Сумеречный клинок - Макс Мах

«Что за бред?! — Сказать, что Ада была ошеломлена, значит не сказать ничего. — Дьявол и преисподняя, они что, все с ума посходили?»

— А к кому бы вы обратились, капитан, если бы нас здесь не было? — Закономерный вопрос, но избыточный в данной ситуации.

— К губернатору, ваше высочество, или мэру города Лукка.

— Но я здесь, и вы обращаетесь ко мне.

— Это так, ваше высочество. Вы «согласованный наследник», принц крови и, значит, высшая власть в Империи. В вашем присутствии обращение Сапфировой Короны к кому бы то ни было еще являлось бы оскорблением величия.

— Что скажете, граф? — Вопрос предназначался Виктору, и не напрасно. Если это действительно ди Рёйтер, то лучшего знатока имперской дипломатии иди еще найди.

«Если, разумеется, ты это ты!»

— Все верно, ваше высочество, — подтвердил Виктор. — Но я вынужден напомнить, что претендент на престол рассматривается имперским правом как принц крови, пока не доказано обратное. Выдача же принца империи иностранному государству…

— Чеан не иностранное государство, — возразил Евгений. — Но я понимаю ход вашей мысли, граф. Проблема, однако, состоит в том, что госпожа Ферен еще не объявлена законным претендентом. Ее претензии на престол не заявлены официально и не рассмотрены Коронным советом. Вы понимаете, что я имею в виду?

— С точки зрения имперского права госпожа Ферен все еще остается частным лицом. — Судя по всему, Виктору не нравилось то, что он говорит, но ничего другого он сказать не мог. — Однако в вашей власти, ваше высочество, изменить ситуацию, если вы признаете госпожу Ферен своей кузиной. Достаточно признания «родства второй категории»…

— Не могу, — покачал головой Евгений, лицо его выражало сожаление. — Без документов, подтверждающих родство, я этого сделать не могу. Поймите, граф, я все еще не император и не имею таких полномочий. Спросите Александра, — кивок в сторону Керста. — Я уже много лет пытаюсь вернуть ему утраченное в связи с обстоятельствами положение в обществе, а ведь он мой двоюродный брат.

«Официальное объявление… С чего бы?»

— Кстати, Александр, прими мои поздравления! Повод, конечно, не самый удачный, но, как говорится, лучше так, чем никак. Подтверждения получены, титул графа ан дер Глен принадлежит тебе…

«Три графа и баронесса сопровождают неизвестную девушку на ее пути к славе… Случайно ли такое совпадение?»

— …Бумаги находятся у моего секретаря, — продолжал между тем говорить герцог, — но это терпит, не правда ли?

— Разумеется, ваше высочество, — склонился в поклоне Керст. — Примите мою искреннюю благодарность, милорд!

— Вот видите! — Евгений снова смотрел на Тину. — Я бессилен изменить ситуацию, и это меня искренне огорчает. Не знаю, какое преступление инкриминируют вам власти княжества, но, учитывая всю сложность отношений между Империей и княжеством Чеан, я не могу им отказать. А вы — вы должны извинить меня за это уточнение, сударыня, — но, даже если вы дочь императора и моя кузина, формально вы не имеете даже дворянского звания. Вот, собственно, и все. — Герцог замолчал, но пауза длилась всего лишь мгновение. — Впрочем, нет, не все. Сударыня, надеюсь, суд в Чеане так же нетороплив, как и в Империи. Обещаю вам предпринять все меры к вашему освобождению, едва я взойду на трон. Полагаю, князь Чеана прибудет на коронационные торжества, и у меня будет возможность переговорить с ним на ваш счет. Это все.

— Кого вы пытаетесь успокоить, герцог? — Голос Тины не дрогнул, поза не изменилась. — Меня или свою совесть?

4

Все произошло слишком быстро, но, когда стража в сине-красных цветах княжества Чеан сомкнулась вокруг Тины, Виктор — а он порешил до времени оставаться именно Виктором — не медлил. Бросив один «долгий» взгляд на возвышение, где все еще стояли, не успев сесть или покинуть место действия, «сильные мира сего», он шагнул к стражникам и раздвинул их сильной рукой.

— Стоять! — приказал он. — Разойтись! Я желаю говорить с госпожой с глазу на глаз.

— Это невозможно! — шагнул к нему капитан Ворварт.

— Я не знаю такого слова, — ответил Виктор ровным голосом и посмотрел в глаза чеанцу.

Ты труп, — сказали его глаза капитану речной стражи. — Вопрос лишь в том, когда ты умрешь, сейчас или позже. Выбор за тобой.

— Надеюсь, вы знаете, что делаете, — кивнул мертвый человек, принимая судьбу. — Разойтись! У вас минута, сударь. Не более, но и не менее. — Вытащив из складок плаща маленькие песочные часы, он перевернул их и демонстративно поставил на обтянутую кожаной перчаткой ладонь.

— Благодарю вас, сударь. — Виктор отдал должное самообладанию Ворварта, но занимал его отнюдь не чеанец.

— Тина, — сказал он, подходя к ней вплотную. — Я пойду с тобой, куда бы ни вела эта дорога, и я спасу тебя, даже если ради этого мне придется развязать войну.

— Не торопись лить кровь, Виктор. — По-видимому, Тина тоже не хотела расставаться с Виктором ди Креем — проводником и кавалером. — Сейчас ты в меньшинстве, и тебе не выиграть бой. Ну, а умереть — со мной или без меня — ты всегда успеешь.

— Все время забываю, насколько ты умна, — усмехнулся Виктор, ощущая, как к нему возвращается спокойствие.

— Тебя сбивает с толку моя красота, — улыбнулась Тина.

— Так и есть, сударыня, но время на исходе. — Он хотел поцеловать ее, но не решился, учитывая публичность их разговора.

— Ты можешь поцеловать меня, Виктор, пусть это будет их проблема, а не наша!

Тогда он обнял ее под взглядами сотни глаз и привлек к себе. Поцелуй вышел короче, чем хотелось, но длиннее, чем принято в обществе.

— Я еду с госпожой Ферен! — объявил он Петру Ворварту, когда тот снова оказался рядом.

— Ничего не имею против, — кивнул капитан. — Но не на моем «Копье», а на «Закатном луче», он идет следом за флагманской галерой. И не спорьте, ваше сиятельство, таков приказ Ставки.

— А на меня место найдется? — Ремт возник рядом, словно это само собой разумелось, что он и дальше будет следовать за Виктором.

— Присоединяйтесь, — пожал плечами капитан, он был озабочен тем, чтобы как можно быстрее и без помех вывести Тину из зала.

«Не слишком ли много бойцов для одного арестанта, тем более девушки?» Тину конвоировали двенадцать стражников, половина с обнаженными мечами, остальные — с алебардами.

— Я с вами. — Дама Адель подошла и встала рядом с Виктором.

— Поторопитесь! — бросил Ворварт, отходя. — Мы отплываем через час от Гончарной набережной. Три галеры с полосатыми парусами.

— Один вопрос, капитан! — окликнула его в спину Ада.

— Но только один, — оглянулся Ворварт.

— За что все-таки арестована госпожа Ферен?