Тесен мир - Сергей Иванов

– Так мы поможем им! – дерзко выкрикнул Эрик, крепче обнимая дрожащую богиню. – А теперь, почтеннейший, почему бы вам не убраться к дьяволу?

Хранитель обратил к нему сияющий лик и одарил новой снисходительной улыбкой.

– А ведь я мог бы порассказать про твоего отца, мальчик, – произнес он. – Или тебе это неинтересно?

– Ложь! – уверенно ответил Тигр. – Знай вы хоть что-нибудь, давно попытались бы меня купить.

– Порознь мы действительно не наскребли много, но теперь, когда крупицы собраны воедино… Вся мощь и все знания Хранителей сосредоточены во мне!

– Вся ваша свора не продержится против меня и минуты, – презрительно пророкотал Горн. – Вы упустили момент. И всегда вы запаздываете, вот к чему привело ваше пресмыкание перед Духами. Сейчас даже мы, загнанные в кольцо судьбы, слишком непредсказуемы для вас. Владея мертвым знанием, вы разучились думать. А может, и не умели… Вот ты, соединивший в себе многих тысяч, – стал ли ты мудрее каждой из своих частиц?

– Нас слишком мало, чтобы перейти в новое качество, – спокойно возразил Хранитель. – Зато так мы лучше слышим своих повелителей.

– И в этом счастье рабов, – заключил Горн. – Ладно, бесполый, пожелай нам удачи, если не хочешь, чтобы ваше племя прекратилось. И прощай.

Небрежно он ткнул перед собой ладонью, выключив сияющую фигуру Хранителя, словно экран.

– Собственно, зачем он являлся? – удивленно спросил Эрик. – Ну, выслушали мы его болтовню… Кстати, ты все понял?

– Может, он пытался освободить меня от ненависти? – отозвался Горн, странно усмехаясь.

– Хранитель – и освободить? – изумился Тигр. – Зачем?

– А в самом деле, за что злиться на Духов? Любая жизнь стремится себя сохранить, и чем примитивней формы…

– Горн, ты о чем?

Гигант покачал массивной головой.

– Ветер времени кружит наши судьбы, – задумчиво пробормотал он. – А по ним, одна за другой, прокатывают волны параллельных миров. И что там, на следующем уровне?

– Дружище, пожалей меня! – взмолился Эрик. – Хорошо, если хоть Ю тебя понимает.

– Слушай, малыш, – повернулся к нему Горн. – Если мы сумеем исказить хотя бы одну из волн, искажение двинется по ступеням вверх, и нарушится баланс во всей Вселенной. Разве это не шанс?

– Горн, объясни толком: мы уже не охотимся за ВК?

– Формально – да, цель прежняя. Но с каждым кругом Духи выстраивают стену прочнее. И кто знает, сумеем ли мы сломать ее на этот раз? И ради чего: чтобы пролететь еще один круг?

– Горн, я не поспеваю! – жалобно вскричал Тигр, как и Олт совсем недавно. – Что мы будем делать? Скажи внятно.

– Мы расшатаем кольцо, малыш, – осклабясь, объявил гигант. – Ты помнишь наше вступление в Огранду?

– Все-таки хочешь обмануть судьбу?

– А что остается тем, кто не умеет отступать? Проклятие, мы порвем цепи!..

Черное небо вдруг расколола чудовищная вспышка, в следующий миг на капсулу обрушился плазменный поток толщиной с крепостную башню. И прежде чем молния померкла, Эрик ощутил мгновенное головокружение, будто обвалился в пропасть. А когда осторожно разомкнул ресницы, вокруг уже был иной мир, яркий и солнечный. Капсула скользила над песчаным пляжем, но теперь здесь густо и неподвижно лежали Хранители всех возрастов и званий, а некоторые, самые древние, уже не дышали.

– Как видишь, даже идентичным слияние дается нелегко, – с усмешкой заметил Горн. – Ну, вперед?

Лагунный остров сгинул, вместе с лежбищем Хранителей, однако ни солнца, ни моря меньше не стало. Из синей глубины вздымался крутой, покрытый душистыми зарослями склон, а совсем рядом, на согретом лучами уступе, расположились два жизнерадостных существа, юноша и девушка, болтая над обрывом ногами. Завидев пришельцев, парень приветливо помахал рукой.

– Видишь, куда нас загнало цунами? – сказал он Горну на неведомом языке, однако Эрик понял. – Вот, решили пожить тут до холодов… Слушай, а кто это с тобой?

– Не узнаешь? – усмехнулся исполин. – Может, это ваши двойники.

Ю подалась к самой оболочке, вглядываясь в туземку, улыбающуюся пришельцам, словно родичам. А этот парень… Эрик вздохнул: хорошо бы иметь его своим братом.

– Скажи, друг, – спросил Горн, – ты ведь сам строишь свое будущее?

– Конечно, – удивленно ответил юноша. – Как же иначе? Гигант рассмеялся негромко и зловеще.

– Смотри, Эрик, – произнес он, – этим двоим не понять нас и не научить. Они рождены вольными, и жизнь не ломала или не сломила их. Но, значит, и мы могли быть свободны! Когда же Духи сумели загнать нас в кольцо?.. Ты не знаешь, Алекс?

– Обычно это случается в детстве, – откликнулся тот. – Почему бы вам не взглянуть назад пристальнее? Ведь есть поворотные моменты, когда закладывается характер.

– Меня ломали всю жизнь, день за днем, – мрачно сказал Горн. – Как тутсыщешь развилку? И как из этих вот искалеченных половинок образовать совершенство?

– А если сперва выправить одну? – с улыбкой спросил Алекс. – Может, не только болезни бывают заразными?.. Попробуй, Горн!

– А чем, по-твоему, я занимаюсь сейчас?

– Если смогу быть полезен… Гигант покачал головой.

– Ты же знаешь: к свободе не ведут за руку, – ответил он. – Каждый добивается ее сам.

Он вскинул руку, прощаясь, и вновь у Эрика на миг затуманилось сознание. Затем внизу мелькнула сумеречная пустыня, плоская как стол, посреди которой громоздились циклопические развалины, – и пропала.

Новый прыжок неожиданно вернул их в Огранду, в самое ее сердце, – к Благодатной Горе, над которой непрерывно взбухали и тут же лопались оранжевые пузыри, посылая по материку волны нестихающего урагана. От раскатов безумного грома дрожали и рассыпались скалы, реки раскаленной плазмы почти сливались в один чудовищный костер. Потом сгинуло и это.

Скачки капсулы все учащались, картины за ее призрачными стенками менялись с головокружительной быстротой, и большинство пейзажей были знакомы Тигру разве что понаслышке. Перед глазами мелькали туманные мертвые болота, бурлящий гигантскими волнами океан и столь же бескрайний лес, укрывшийся от непогоды густыми кронами, далекие и чужие города, озера, пустыни, реки. И вдруг Эрик увидел…

– Стой! – выкрикнул он поспешно, и мельтешение прекратилось.

Здесь была ночь. Глубокая черная ночь, обычная в предгорьях Огранды, и только частые сполохи разрядов позволяли разглядеть безжизненную равнину, прорезанную многими трещинами, да темную громаду замка со шпилями по периметру, похожую на исполинский тиберийский шлем. И спутать это древнее строение было невозможно ни с чем.

– Смотри-ка, целый! – удивился Горн. – Но что-то в нем изменилось.

Стремительным броском капсула сблизилась с замком, описала вокруг него полный круг.