Гробницы пяти магов - Андрей Васильев

– Равах-ага? – неверяще произнес Гарольд. – Это вы?

– Так и есть, – всадник покинул седло. – Ай, как плохо все. Сколько крови и в этом месте!

Один из спутников капитана Раваха что-то быстро протараторил и ткнул пальцем в сторону Гробниц. Тот ему что-то ответил, поморщившись. Еще несколько всадников спешились и начали обшаривать трупы братьев-ищеек, а также стягивать с их пальцев кольца и перстни.

Гарольд глянул на это и скривился.

– Ну-ну, – Равах-ага мягко улыбнулся. – Господин Монброн, некоторые вещи не являются тем, чем выглядят. Поверьте – так надо.

Я с ним согласен, что тут такого? К тому же воины нашего спасителя попутно занимались и другой полезной работой – проверяли, все ли братья-ищейки отправились к Престолу. Почти сразу среди тел обнаружился боец, который еще дышал и его тут же прирезали.

– Лу, – о камни брякнула шпага, и мы повернулись на этот звук. – Лу, ну как же так?

Робер стоял на коленях около Луизы, которая казалась сейчас еще меньше, чем раньше. А еще у нее просто не было половины лица, точнее – оно было как маска в вертепе. Одна часть белая как снег, вторая – черная от крови. В каком-то смысле Лу повезло – клинок прошел вскользь, а не разрубил ей череп, как мне сначала показалось, но это было сомнительное везение. Негодяй-ищейка все равно преуспел, практически срубив де ла Мале щеку, которая болталась на лоскуте кожи, и, похоже, зацепил глаз. По крайней мере, глазница девушки выглядела жутко.

Аманда глянула на это, и ее немедленно вырвало, Фриша тоже была белее простыни.

– Она дышит, – пробормотал де Лакруа, наклонившись над ней. – Она еще жива!

– Так что же ты стоишь? – Аманда вытерла рот, сплюнула и встала на колени около де ла Мале. – Давайте, как тогда наставник учил. Ну, формула заклинания восстановления. Правда, там не для таких ран, но все-таки. Она жива – значит надо что-то делать. Фриша, ты иди к Флоренс.

– Нет смысла, – с грустью сказал Равах-ага, глядя на Флайт, которая лежала у стены. – Болт не арбалетный, полегче, попроще, но это ничего не меняет. Если его выдернуть – она умрет. Если не выдернуть – тоже умрет. Я видел такие раны, они безнадежны. А вот эту девушку можно спасти, ей изрядно досталось, но череп вроде бы цел. А все остальное выглядит хоть и страшно, но, по сути, не слишком смертельно. Главное теперь, чтобы рана не загноилась. Идрис!

К нам подошел немолодой воин, с опаской глянув в сторону пролома в стене.

Равах-ага что-то ему сказал, тот залез в напоясную сумку и достал оттуда шкатулку, в которой обнаружилась какая-то черная вонючая масса.

– Это драгиль, – пояснил нам Равах-ага. – Сок дерева «Уч». Очень большая редкость и ценность. Драгиль может залечить почти любые внешние раны и защитит от загноения. Правда, красоту он этой бедняжке уже не вернет. И глаз тоже.

Идрис хлопнул по ладоням Аманды, которыми та все еще водила над Луизой, погрозил ей пальцем, после бесцеремонно, но ловко пристроил отрубленную щеку на место, цокнул языком и начал наносить драгиль на лицо де ла Мале.

– Равах-ага, – истово сказал капитану де Лакруа. – Пусть она выживет. Пожалуйста. Как я без нее?

– Выживет, выживет, – обнадежил его тот. – Ты о себе подумай, вон, сколько крови из тебя натекло. У тебя бок пробит, еще минут десять, и ты нас покинешь навсегда.

Он отдал команду, и к нам подошло еще несколько человек, на ходу доставая из сумок какие-то тряпки, как видно – перевязочный материал.

– А где Карл? – Монброн выругался. – Эраст, где Карл?

Карл обнаружился под трупом на редкость дюжего служителя Ордена Истины, они буквально сплелись в одно целое. Острие шпаги Фалька торчала из спины брата-ищейки, пробив его тело насквозь, а кинжал воина Ордена был погружен в бок нашего друга.

Впрочем, эта рана была у Карла последней, но не первой. Он был весь залит кровью, надо думать, что и чужой, и своей.

А еще он был жив, чем нас немало удивил. К нашему великому стыду, это обнаружили не мы, а молчаливые бойцы капитана.

– Сильный, – удивленно сказал нам Равах-ага, неслышно подойдя. – Ох, сильный. Но это ничего не значит. Девочка должна выжить, те двое – тоже, надо только им побольше гранатов кушать, они хорошо кровь восстанавливают. А вот этот – не знаю. Надо раны глядеть, насколько они глубоки, и что там с кишками у него, все дело в этом. Сейчас в оазис Марст поедем, там все смотреть будем. И вас там тоже смотреть будем, хотя на первый взгляд у вас так, одни порезы. Раз на ногах стоите – то все нормально. И говорить обо всем, дражайший Монброн, тоже там будем, не здесь. Отсюда надо быстро уходить, без промедления. Вон, смотрите.

Он показал в сторону стены, за которой лежали Гробницы пяти магов, и я охнул – складывалось такое ощущение, что за ними кто-то развел большой костер, только пламя в нем было не желто-красное, а лиловое.

– Те, кто там живет, почуяли кровь и смерть, – пояснил Равах-ага. – Они не сразу вылезут сюда, но вылезут, они уже там, за стеной, они готовятся. И им будет все равно, кто перед ними – живые или мертвые. Надо уезжать.

– Наших лошадей увели, – хмуро ответил Гарольд, вытирая клинок шпаги. – На чем нам уезжать-то? И потом – вынесут ли дорогу наши друзья?

– Как боги рассудят, так и будет, – пожал плечами Равах-ага. – Теперь все в их руках. Но, думаю, довезем. Мы воины пустыни, для нас это привычное дело.

– А, может, тех, за стеной просто подкормить? – предложил я, показывая на трупы братьев-ищеек. – Забросим туда пару-тройку мертвяков, время выиграем.

– Нет, – коротко ответил капитан. – Надо чтобы они тут лежали.

– Флоренс умерла, – негромко сказала Аманда и то ли всхлипнула, то ли просто звучно хватанула ртом ночного воздуха – не поймешь.

– Красивая была, – вздохнул Равах-ага и приложил руку ко лбу. – Вот и ваши кони. Я знал, что далеко они их увести не могли.

И правда – три всадника вынырнули откуда-то из-за бархана, мчась во весь опор, и за ними скакали наши лошади.

Равах-ага отошел от нас, раздавая резкие команды на своем языке и махая руками, его воины подняли на руки Луизу, голова которой была замотана белыми тряпками, и куда-то понесли.

– Флик, – сказал Гарольд, размазывая по лицу кровь, что сочилась у него из пореза на щеке. – Надо его забрать с собой, нельзя его тут оставлять. Надо похоронить по-человечески.

– Само собой, – даже не стал спорить я.

Собственно, это было единственное, чем мы могли заняться, все остальное происходило без нас, люди Раваха-аги работали слаженно и умело. Они натянули между двух лошадей какую-то холстину, на которую положили Луизу, как видно, именно так они обычно транспортировали своих раненых. Так же пристроили и Карла. Флоренс тоже была не забыта – ее положили поперек седла одного из всадников. Робера, который совсем ослаб, посадили в пару к невысокому всаднику, который присмотрит за ним во время пути. Надо заметить, что действовали люди капитана очень внимательно, они даже не забыли вложить шпагу де Лакруа к нему в ножны.