Песнь Шаннары - Терри Брукс

И снова Брин заколебалась, на этот раз из осторожности. Как много может она рассказать этим людям? До какой степени может раскрыть им правду? Но когда Брин поглядела в глаза Кимбер, ее осторожность, заставляющая хранить в тайне истинную цель похода, вдруг утратила всякое значение. Алланон умер, ушел навсегда из Четырех Земель. И магическая сила, которую друид дал Рону для защиты, теперь потеряна безвозвратно. Несмотря на решимость во что бы то ни стало идти вперед, Брин чувствовала себя такой беспомощной, напуганной и усталой. Если она хочет выжить в этом походе, ей пригодится любая помощь, какую только удастся найти. Утаивание правды и хитроумный обман — это путь Алланона. Но она, Брин, пойдет по другому пути.

И она рассказала Кимбер и Коглину все, что знала сама об Идальч. И обо всем, что случилось с ней с того самого дня, как Алланон впервые появился в Тенистом Доле. Она ничего не утаила от них, кроме тех своих тайн, о которых Брин не поведала даже Рону: тех пугающих подозрений и ужасных проявлений силы, темной и непостижимой, — силы песни желаний. Рассказ занял немалое время, но старик в первый раз сидел тихо и, как и Кимбер, слушал с нескрываемым интересом.

Когда Брин закончила, она повернулась к Рону, как бы спрашивая, не упустила ли она что-нибудь, но горец лишь молча покачал головой.

— Теперь вам понятно, почему я должна идти в Мельморд? — спросила она, выжидающе глядя то на старика, то на девушку.

— Говоришь, что в тебе есть эльфийская сила? — пробормотал Коглин, прищурив глаза. — Печать друидов на всем, что ты делаешь, да. Но ты знаешь, и во мне есть кое-что от друидов — немного их темного знания. Да-да. Именно так.

Кимбер нежно прикоснулась к его руке:

— Мы им поможем, деда? Покажем дорогу на восток?

— На восток? Да, страна на востоке мне знакома вдоль и поперек. Каменный Очаг, Темный Предел, Старая Пустошь — до самого Вороньего Среза, до самого Мельморда. — Он задумчиво покачал головой. — Только я уж старался держаться подальше от этих мрачных мест. Странники не беспокоят меня: они не заходят в долину. Ну и я их не задеваю.

Лишь бы сюда не совались. А так, пусть себе ходят где вздумается. Это их страна.

— Деда, послушай меня, — слегка пихнула его Кимбер Бо. — Мы должны помочь нашим друзьям: ты, Шепоточек и я.

Мгновение Коглин молча глядел на нее, а потом вскинул руки.

— Только время зря тратить! — объявил он. — Совершенно впустую! — Он выставил тощий палец и ткнул им девушке в нос. — Ты вот подумай как следует, девочка. Я ведь учил тебя, что всегда надо думать как следует! Ну, допустим, мы им поможем — проведем их через Темный Предел, через Старую Пустошь, прямо к Вороньему Срезу, к самой этой черной яме. Допустим! И что потом? Ну скажи мне, давай! Что потом?

— Нам бы только добраться туда, ну а дальше мы сами… — попыталась было вставить Брин.

— Сами? — воскликнул Коглин, обрывая ее. — Не все так просто, девочка! Утесы стоят перед тобой, как стена высотой в сотни футов. На многие мили — один голый камень. И гномы повсюду. Ну и что ты тогда станешь делать? — Палец метнулся, словно кинжал, и остановился в каком-нибудь дюйме от лица Брин. — Там не пройти, девочка! Никак не пройти! Что же, тащиться в такую даль, чтобы потом повернуть обратно?! Там хода нет, если ты только не знаешь секретных троп!

— Мы отыщем дорогу, — твердо сказала Брин.

— Уф! — Старик скривился и плюнул на землю. — Прямиком в лапы странников! Да они вас заметят на середине подъема! Если вообще вам удастся найти, где вскарабкаться, да! А может быть, магия сделает вас невидимками? Как, сможет?

Брин сжала губы.

— Мы отыщем дорогу, — повторила она.

— Может быть. А быть может, и нет, — заговорил вдруг Рон Ли. — Мне все это очень не нравится, Брин. Старик знает страну, и, если он говорит, что там один только голый камень и негде укрыться, нам, наверное, стоит принять это в расчет, прежде чем нестись вперед сломя голову. — Он взглянул на Коглина, словно бы для того, чтобы убедиться, что старик действительно знает, о чем говорит. — Ну и к тому же у нас есть еще одно дело. Сначала нужно отыскать меч, а потом уже отправляться в поход. Меч — наша единственная защита от странников.

— От странников нет защиты, — фыркнул Коглин. Брин мгновение глядела на горца, а потом глубоко вздохнула.

— Рон, о мече надо забыть, — как можно мягче сказала она. — Мы его потеряли и не знаем, что с ним стало. Алланон сказал, что меч сам найдет путь в руки смертных, но ничего не сказал о том, чьи это будут руки и как скоро все это случится. Мы не можем…

— Мы и шагу не сделаем без меча! — Горец не дал ей даже договорить. Он сердито поджал губы и уставился в пространство перед собой.

Настала долгая тишина.

— У нас нет выбора, — в конце концов проговорила Брин. — Во всяком случае у меня.

— Вот и идите себе, — махнул рукой Коглин. — Идите с миром и оставьте нас наконец в покое — вы оба, со своими дурацкими планами влезть в эту яму и уничтожить странников! Да, совершенно дурацкими планами! Давайте идите из нашего дома, провалиться вам… Шепоточек, ну куда ты опять подевался, никудышный… Вылезай, а не то я тебя… Ой!

Старик изумленно вскрикнул, когда голова громадного кота возникла из темноты как раз над его плечом: глаза зверя сверкнули в прищуре, холодный нос ткнулся в ладонь Коглина. Старик шлепнул кота, разозлившись, что тот так его напугал, и с сердитым ворчанием направился прочь от скамьи — под навес ветвей старой ивы. Шепоточек мгновение смотрел ему вслед, а потом растянулся у ног Кимбер Бо.

— Мне кажется, дедушку можно уговорить показать вам дорогу на восток, по крайней мере до Вороньего Среза, — задумчиво проговорила она. — Но вот дальше…

— Подожди… сейчас мы тут подумаем… — Рон умоляюще вскинул руки и повернулся к Брин. — Я знаю, что ты уже твердо решила довести до конца этот поиск, который Алланон поручил тебе. Я понимаю, ты должна это сделать. И я пойду с тобой и буду рядом, пока это все не закончится. Но нам нужен меч, Брин. Разве ты не понимаешь? Он нам необходим! У нас нет никакого другого оружия против Мордов! — Горец с досадой поморщился. — Черт побери, как я смогу защитить тебя без меча?

Брин смутилась, внезапно подумав о грозной силе песни желаний и о том, что сила эта сотворила с теми парнями с Длинной Гряды в торговом дворе на Грачином Пределе. Рон об этом, конечно, не знал — да ей и не хотелось, чтобы он узнал, — но сила эта могла стать мощным оружием. Настолько мощным, что Брин не решалась даже представить себе. Сама мысль о том, что в ней таится подобная сила, была ей ненавистна. А Рон так настойчиво твердит о возвращении меча Ли…

Брин поглядела на Рона: странное выражение было в его серых глазах. Любовь и забота о ней смешались во взгляде горца с непоколебимой уверенностью, что ему ни за что не помочь Брин без меча, наделенного Алланоном магической силой. И еще в его взгляде сквозило такое отчаяние…