Век одиночества - Валентин Леженда

— Вполне!

— Тогда покрепче держите содержимое ваших желудков, братцы. Готовлю маневр крутого обгона…

— Ах, что б тебя… — выкрикнул Порра, чуть не въехав лбом в приборную доску машины.

— Пристегиваться надо! — меланхолично заметил лихач, благополучно миновав темно-зеленый грузовик.

Через двадцать минут они уже подъезжали к главной столичной достопримечательности.

«Заповедник братской любви» был построен по высочайшему распоряжению Радетелей, решивших увековечить победу Пандеи в третьей Хонтийской войне. За несколько месяцев в центре города возвели потрясающий по своему размаху парк отдыха. Отныне жители столицы могли в свободное от праведных трудов время найти здесь отдохновение. Средства в строительство были вложены немалые: шутка ли сказать, за какие-то полгода восстановили кусок чистого, не зараженного радиацией леса с многочисленными родниками, зелеными лужайками и цветниками. Так, по рассказам, выглядела вся Пандея, да и вообще большая часть Саракша, до ядерного безумия.

Вокруг царил умиротворенный пейзаж. Буйство зелени, симфония красок, торжество уничтоженной в прошлом первозданной природы. В воздухе звенели насекомые. Целые рои их мгновенно слетелись, привлеченные жаром двигателя громоздкого автомобиля. Было непонятно, как Радетелям удалось все это воссоздать, найти необходимые ресурсы. Быть может, и в самом деле где-то в большом мире еще сохранились маленькие оазисы прошлого, хотя трудно поверить, что они смогли уцелеть в ядерном аду непрекращающихся войн.

— Ах ты, гнусная козявка… — раздраженно проговорил Порра, отгоняя от лица уж слишком настырное светящееся насекомое. — И как это они отсюда по всему городу не разлетаются?

— Думай, что говоришь! — Лахтинен с укоризной посмотрел на приятеля. — Это ведь единственный зеленый уголок во всей Пандее! И куда это, интересно, они полетят — ядовитый смог на улицах глотать?

Оставив машину на бесплатной автостоянке, друзья углубились в парк.

На сколько хватало глаз, возвышались высокие раскидистые деревья, в кронах которых пели какие-то маленькие пичуги. По посыпанным красным песком дорожкам прогуливались немногочисленные влюбленные парочки, чудом избежавшие принудительного выдворения на всеобщую праздничную демонстрацию.

— Кажется, я вижу невдалеке вывеску кафе! — оживленно заявил Порра. — Там мы и засядем до самого утра…

— Не забывай, что завтра тебе на работу! — ворчливо напомнил Лахтинен. — Судя по твоей особо гнусной ухмылочке, ты, похоже, вообразил себе, что мы зависнем тут на добрую неделю…

Лаури не слушал их вялых переругиваний. Лаская руками растущую у обочины необычно мягкую траву, доходившую ему почти до пояса, он шел через небольшую лужайку к понравившейся ему яркой вывеске кафе. Чувство было упоительным, словно мужчина рождался заново, словно все это уже с ним однажды происходило, что-то очень хорошее и что должно вот-вот, с минуты на минуту, повториться.

Лахтинен и Порра о чем-то ожесточенно спорили, отстав на добрый десяток шагов. Кажется, они обсуждали предстоящие вскоре Большие Пандейские Игры, постоянным участником которых был первый. Матти хотел поставить на очередную победу Лахтинена, но тот почему-то яростно протестовал, отказываясь помочь другу как следует подзаработать.

— Да, я суеверен! — хрипло ревел Сами. — И что с того?! В этот раз кто угодно может одержать победу…

— Да ладно тебе! — смеялся Матти. — Все знают, что ты в этом году вне конкуренции…

— Неправда!

— Ты собираешься уступить своим соперникам?

— Разумеется, нет!

— Тогда в чем же проблема?

— Говорю же, я суеверен!

— И когда же это ты таким стал?

— Недавно!

— Что-то не припомню никакого «недавно».

— А ты почаще на работу являйся, а то я уже устал подделывать учетные записи, добавляя тебе недостающие за очередную неделю часы… Вот объявят тебя злостным тунеядцем и сразу к мутантам отправят, на увлекательную прогулку в один конец…

Кафе выглядело просто прелестно. Черепичная крыша, чистые стекла, вазоны с цветами.

— Никого! — Матти неприязненно скривился.

— А ты что хотел? — удивился Лахтинен, плюхаясь за аккуратный маленький столик у панорамного окна. — Рано еще. Хорошо, если тут в такое время хотя бы два человека бывает… Ну, какая-нибудь романтически настроенная влюбленная парочка… Вы ведь сами хотели уютное местечко без толп людей, вот и получили.

— Место просто отличное! — улыбнулся Лаури, располагаясь напротив друзей. — Спасибо, ребята! Лучший подарок трудно себе и вообразить.

У столика тем временем возникла хорошенькая официанточка с клеймом-номером на прелестном лобике, трогательно сжимающая в тонких пальчиках ярко оформленное меню.

Матти не удержался и ущипнул миловидную девушку за упругую маленькую попку, тут же получив в ответ звонкую пощечину.

— А ты что хотел? — весело захохотал Лахтинен, глядя на испуганно-растерянную физиономию приятеля. — У них тут с этим строго. Думаешь, раз она из «отверженных», так тебе все можно? Интересно, что бы она с тобой сделала за попытку изнасилования?

— Прошу вас, молодые люди, сделать заказ! — невозмутимо предложила девушка. — Наши продукты самые чистые в городе, никакой радиации. Можете лично проверить, если хотите! Заранее благодарим вас за то, что остановили свой выбор именно на нашем заведении.

Нурминен принял меню и выбрал пяток недорогих блюд. Да и вообще местные цены приятно удивляли. Не иначе как в честь национального праздника скидки.

— Закуски и напитки будут через несколько минут, горячее — в течение получаса, — сообщила официантка и грациозно упорхнула в глубь кафе, где царил интимно-доверительный полумрак.

— Ох уж мне это ретро! — со вздохом проговорил Порра, поглаживая по-прежнему алеющую щеку. — Необъяснимое преклонение перед прошлым. Взгляните только на этот интерьер. Довоенный стиль! Стулья, занавески, светильники…

— А мне нравится, — пожал плечами Лаури. — Особенно, если кормежка соответствует. Тогда, говорят, к процессу готовки и потребления пищи подходили куда серьезнее…

— Не сомневайся! — покровительственно похлопал его по плечу Лахтинен. — Иначе я бы вас сюда не привел. Еще несколько минут, и вы будете завидовать сами себе!

— Это как? — озадачился Порра.

— У тебя не получится, — подмигнул ему Нурминен. — Этому учат исключительно участников Пандейских Игр!..

* * *

— Матти, я был не прав! Жареный стробль просто отличный! — отложив вилку, Нурминен расслабленно откинулся на спинку стула. — Так что натурально завидую себе, которому еще предстоит его попробовать!

— Да, стоящая штука! — Порра неопределенно взмахнул ножом над головой. — Вот только не помню, произрастает ли эта штука в почве или по лесу бегает?