Всё, что меня не убило… - Анна Дашевская

Впрочем, грех было бы жаловаться – пыль стёрта, пол сияет чистотой, в холодильнике наличествуют яйца, сливки и масло, дверь в погреб заперта на висячий замок.

Замок? Да…

Мы с принцессой переглянулись и разошлись в разные стороны, я в кабинет, Анндаранэ в свою спальню. Но нет, и в кабинете на столе, где, согласно договорённости, должен был оставить записку Михаил, было пусто. Должен был оставить, если бы вернулся.

Значит, не возвращался.

Шумно выдохнув, я пошла в гостевую спальню. Девочка сидела на постели, держа на коленях большую резную деревянную шкатулку, и вид у неё был самый потерянный. Она подняла на меня взгляд:

– Ничего нет…

– В каком смысле?

– Это почтовый ящик. Можно написать письмо, положить внутрь и отправить адресату. Я говорила, мы договаривались связываться по определённым дням и когда… когда что-то прояснится.

– Такая здоровая коробка ради связи с единственным адресатом? – я поморщилась.

Всё-таки магия иной раз, оказывается, не слишком удобна для использования…

– Бывает по-разному. Это же артефакт, – с некоторой снисходительностью объяснила мне принцесса. – Коробка красного дерева, а в крышку вмонтированы камни по числу… абонентов. Здесь их пятнадцать. Это предельное число, более ёмкого устройства не существует.

– И Михаил должен был тебе написать, когда прояснится ситуация, даже если в контрольный дни не смог выйти на связь?

– Да. Как минимум – когда поймёт, что случилось с порталами, и ещё если по каким-то причинам он задерживается.

– И не написал…

Она только помотала головой. Впрочем, что уж тут было говорить? Чуда не случилось, факир оказался несостоятелен. Я потёрла лоб, соображая.

– А с кем ещё ты можешь связаться по этому артефакту? Нет, погоди, сперва скажи вот что: это предмет дворцовый или твой персональный?

Анндаранэ нахмурилась, пытаясь понять мою логику, потом лицо её прояснилось:

– Ты имеешь в виду, что рабочим остался только портал, зачарованный лично на дядю Михаэля?

– Именно.

– Ага… Да, это мой собственный ящик. Мне его подарил на первое совершеннолетие наш дворцовый маг, адан-лоэ Герард ап’Тренс Ковали.

– И есть надежда, что этот канал связи пока должен работать… – я прикусила губу, отчётливо понимая, что вот сейчас делаю первый шаг по дороге, которая может привести куда угодно, только не в мой неуютный кабинет заведующей травматологическим отделением. – Скажи мне вот что, пятнадцать контактов. Абонентов. Кто именно?

– Родители, – начала перечислять Анндаранэ, – адан-лоэ Герард, адан Михаэль, старшая арданэ Высокой супруги правителя, две моих собственных арданэс, глава службы безопасности, мой старший наставник, две кузины. И несколько камней свободны, потому что так посоветовал адан-лоэ Герард.

– Хорошо… Скажи, а возможно ли ошибиться, отправляя письмо? Ну, ты же пользуешься телефоном, так что сталкивалась с неправильным набором номера.

– Не-ет, что ты, – девочка хихикнула. – Ну, можно, конечно, нажать не на тот камень и отправить записку для папы в почтовый ящик кузины. Но на самом деле так не получится, камни все разные, и тебе не дают пользоваться шкатулкой, пока всех не заучишь. А почему ты спрашиваешь?

– Если бы можно было ошибиться, попробовали бы связаться с кем-то и проверить хотя бы, работает ли связь… – Я сосредоточенно грызла ноготь. – Беда в том, что мы никому не можем доверять, понимаешь?

Взглянув на неё, я мысленно выругала себя последними словами: на резко побледневшем лице прорезались веснушки, а глаза стали такими огромными, будто у меня на плече сидела розовая мышь.

– Ты… думаешь?… – выдавила из себя принцесса.

– Лучше мы будем предполагать худшее, надеясь на лучшее, и в результате получим устраивающее нас, чем наоборот. Если почтовый ящик, к примеру, твоей кузины, попал в чужие руки…

– Он не сработает, – она прервала меня почти грубо. – Открыть шкатулку может только тот, на чью кровь она зачарована!

– Или тот, кто зачаровывал.

– Да…

Принцесса сидела на своей кровати, сгорбившись и обхватив колени руками. Маленькая худенькая девочка, попавшая в чужой мир и не знающая, что случилось с её роднёй. Мне хотелось пожалеть её, обнять, погладить по голове и спеть колыбельную…

Хотелось.

Но ничего этого я делать не стала, а предложила самым деловым тоном:

– Давай-ка сейчас выпьем чаю и ляжем спать. Завтра утром, на свежую голову, мир может показаться чуточку более дружелюбным.

Ночью меня разбудил какой-то непривычный звук. Я нашарила под кроватью тапки, накинула халат и вышла в коридор. Да, это в гостевой спальне… Подошла к двери и прислушалась. Анндаранэ повторяла какое-то слово на незнакомом мне языке, раз за разом, всё с большим напором. Слово было коротенькое, так что уже точно не заклинание. Имя, призыв, команда?

Наконец, девочка замолчала. Я уже подняла руку, чтобы постучать в дверь, когда оттуда раздались совсем другие звуки – не слова, а всхлипывания. Ну да, конечно, принцессы питаются радугой и какают бабочками, а плакать не приучены вовсе, это же все знают! Пойти утешать? Нет, всё-таки я для неё человек чужой, а нам неизвестно во что ещё придётся вляпаться, плохо будет, если ей окажется неловко смотреть мне в глаза.

Я прислонилась к стене, закрыла глаза и постаралась припомнить один из первых уроков магии, данных мне Анной: «Овеществлённое желание, очерченное формулой – вот чем должна быть твоя магия. Внутри неё нет места страсти, горю, гневу или скуке, только красота математики, совершенство линии, законченность точки»…

Ладно, попробуем.

Обратившись к крохотному очагу внутри себя, где-то в районе диафрагмы, я мысленно раздула этот огонёк, осторожно, чтобы не загасить его вовсе. Почувствовала тепло в ладонях, сложила их ковшиком и попыталась представить себе, что туда перетёк кусочек этого пламени, превратившись в шарик, переливающийся всеми оттенками перламутра. Повинуясь моему приказу, шарик наполнился спокойствием и светом, поднялся в воздух и полетел туда, где горело больным красным цветом чьё-то горе…

– Неплохо, – раздался спокойный голос совсем рядом. – Почему шар?

– Совершенная геометрическая фигура, – пожала я плечами, отклеиваясь от стены. – Всё в порядке?

– Теперь да, спасибо, – кивнула Анндаранэ. – Напомни мне завтра, что мы уже можем заняться стихией огня.

Наверное, я должна была почувствовать, что мой, скажем так, объект, уже не находится на месте. Да что там говорить, если бы я с такой сосредоточенностью попробовала защищаться даже не от другого мага, а от обыкновенной шпаны, уже огребла бы неприятностей по самую маковку! Но, в конце концов, медицине я училась десять лет, да и потом не переставала узнавать новое, а о существовании магии узнала три недели назад…