Зона поражения - Василий Орехов

Вызовов оказалось четыре, все от Хе-Хе, все одинакового содержания:

«Хемвль, вы где? Со мной все в порядко, двржусь к Пеоиметру. У меня джип Доктора. Отзнвись!»

Хе-Хе сейчас должен был лежать под капельницей в реанимации у Доктора, а не разъезжать по Зоне на его джипе. В свете только что открывшихся обстоятельств логично было бы предположить, что это очередная подстава и нам готовят очередной удар с воздуха или обстрел из засады, посылая письма с ПДА моего напарника, чтобы уточнить наши координаты. Однако в послании был скрыт специальный код опознавания «свой-чужой». При написании писем мы с помощником специально допускали орфографические ошибки, которые можно было принять за опечатки при поспешном наборе текста. Прочитанные по очереди, эти ошибки должны были складываться в какой-либо осмысленный пароль. С утра мы договорились, что сегодня таким паролем будет «ворон».

Итак, это был настоящий Хе-Хе. Но он тоже был агентом спецслужб. Мог он получить от руководства приказ ликвидировать нас? Да запросто.

Я еще некоторое время прикидывал все «за» и «против» и наконец решил ответить. Транспорт нам бы сейчас очень не помешал: возвращаться пешком в Чернобыль-4 – абсолютное самоубийство, в темноте даже я не распознаю свежие ловушки, возникшие после мощного выброса. Ночевать в Темной долине – самоубийство менее верное, но тоже достаточно эффективное. Ну, а если у Хе-Хе какие-то дополнительные планы насчет нас – что ж, сразимся. Мы все снова были вооружены: Стеценко достался «калаш» Грека, а Донахью – «М-16» незнакомца. Похоже, клептоманы-бюреры покидали подземелья в страшной спешке: они не утащили ни оружие, ни компакт-компьютеры.

Минут через десять из непрекращающегося шума листвы выделился отдаленный звук мотора. Незадачливые разведчики, сидевшие на камнях возле входа в катакомбы, подняли головы. В переплетении ветвей вдали замелькал свет фар, и вскоре из-за рощи вырулил армейский джип без опознавательных знаков.

– Здорово, бродяги! – рявкнул Хе-Хе, выглядывая из кабины.

Выглядел он достаточно бодро, однако нездорово бледное лицо и болезненно расширенные зрачки демонстрировали, что бодрость эта вызвана искусственными стимуляторами. Куртка в районе груди слегка оттопыривалась – на то место, куда его ударила гигантская псевдоплоть, была наложена тугая повязка.

– Виделись, – сдержанно произнес я. – Каким судьбами, Хе-Хе?

– Доктор выгнал! Привел в себя, вкатил лошадиную дозу стимулятора, а потом выгнал. Сказал, что происходит нечто серьезное и ему надо срочно переговорить по этому поводу с Черным Сталкером. Мне, дескать, опасно оставаться у него в доме в его отсутствие и вообще в Зоне, поэтому лучше срочно валить на все четыре стороны, а в течение двадцати четырех часов показаться нормальному врачу. Хе-хе! Он даже предоставил мне транспорт. Потом, говорит, сочтемся как-нибудь…

Пошвыряв окурки в траву, мы полезли в машину.

– А где остальные? – осведомился Хе-Хе.

– Никого больше не будет, – лаконично пояснил я, забираясь на переднее сиденье. – Пусть им хорошо лежится.

– Ясно. – Хе-Хе начал выруливать на дорогу. Помолчал. – Хемуль, Доктор сказал, что вы меня перли к нему через все Болото. Я опять у тебя в долгу.

– Сочтемся. Отплатишь хабаром.

Мы медленно двигались по заросшей проселочной дороге, аккуратно огибая стоявшие по обочинам или прямо на середине проезжей части ветхие остовы БТРов. После первого выброса сюда с перепугу ввели войска, думали, Россия применила какое-то секретное оружие и под шумок пытается аннексировать территорию. Этот мотострелковый батальон остался тут весь – здесь в то время было одно из самых горячих мест Зоны.

– Ты в курсе вообще, что происходит? – поинтересовался я. – Полез в новости, но сталкерскую сеть, похоже, отрубило.

– Хана полная! – отозвался Хе-Хе. Его энергия так и выплескивалась через край, стимулятор Доктор ему ввел лошадиный. – Несколько часов назад произошел грандиозный выброс. Зона внезапно расширилась на тридцать километров. Все Чернобыли накрыло разом. Погибла куча народу. Наши, кто уцелел, прорываются в «Шти», Бубна там держит круговую оборону с ребятами. Военные оцепили новый Периметр Зоны, выжигают тварей, прущих на Киев. Че после выброса потерял два сервера – потерялась вся информация, работает только почта. Цирк, короче!

Надо же. Бубна держит оборону. О как! Говорят, что многие темные сталкеры стали когда-то темными именно так. Зона раскрыла пасть и поглотила солидный кусок территории, на которой находились бары их кланов. Многим из сталкеров оказалось некуда идти, и они остались в Зоне, охраняя территории своих баров от мутантов и сами понемногу превращаясь в мутантов. А затем постепенно стеклись в бар «Сталкер».

– Как ты добрался сюда с Болота? – поинтересовался я. – Там же сплошные ловушки.

– Молча. Доктор пообещал, что до Периметра я доберусь без труда: все аномалии вдруг ушли к Чернобылям. Я подумал, что нет причин не доверять самому дружелюбному призраку Зоны, тем более что если бы он хотел меня прикончить, то мог бы сделать это гораздо проще и надежнее, не жертвуя для этого совсем еще новым джипом.

Мы действительно пока продвигались без приключений. Ни твари, ни аномалии нам на пути не попадались. Поначалу Хе-Хе еле полз, закономерно опасаясь влететь в какую-нибудь неприятность, но постепенно осмелел и начал набирать скорость. Лишь при въезде на Свалку у нас под днищем оглушительно шарахнуло – похоже, мы наскочили на невидимую в темноте мясорубку. Армейский защитный экран отлично справился с задачей, но Хе-Хе снова сбросил скорость: если нам под колеса подвернется гравиконцентратная плешь, то мы в лучшем случае останемся без транспорта.

Мы миновали мертвые заградительные доты с темными смотровыми щелями. Один из дотов слабо дымился в лунном свете. В проволочном заграждении было без счета дыр, проделанных стадом взбесившихся мутантов, некоторые такой ширины, что в них спокойно разъехались бы два военных грузовика. В одну из этих дыр мы и проскочили. Сегодня утром это было первой линией обороны. Теперь, похоже, живых здесь не осталось.

Вскоре на опушке леса я разглядел в полутьме слепую собаку, лежавшую на земле и вывалившую язык на передние лапы. Рядом с ней припять-кабан рвал какую-то падаль, а из кустов неподалеку фосфорически взблескивали в полумраке глаза псевдоплоти. Такое братство мутантов могло иметь место только в двух случаях: во дворе Болотного Доктора или если ими управлял контролер. Мне не пришлось долго объяснять Хе-Хе, в чем дело; я только ткнул пальцем в направлении тварей, и он тут же вывернул руль, ударив по газам. На всякий случай я высунулся из окошка и полил лес свинцом из автомата. Пусть лучше перепуганный стрельбой контролер атакует меня, чем Хе-Хе: остаться на скорости без водителя – удовольствие ниже среднего.

Мы подлетели к опушке, Хе-Хе сбил бросившуюся на джип собаку, и нас подбросило, когда мы переехали ее обмякшее тело. Я ощутил противный звон в ушах: контролер пытался взять меня под ментальный контроль. Омерзительное чувство. Не экономя патронов, я обстрелял ближайшие кусты и подлесок – монстр не мог прятаться слишком далеко отсюда. Давящее ощущение в голове, словно на мозг натянули слишком узкую шапку, тут же пропало. В ладонь мне выпал пустой магазин. Черная человекообразная фигура с треском метнулась в глубину леса.