Наваждения - Макс Фрай

Пока мы разговаривали, наш летательный аппарат послушно взмыл вверх. На миг нерешительно притормозил над верхним краем стены и, плавно покачиваясь, начал снижаться.

Мы проникли в Черхавлу, но я не был готов открыть по этому поводу бутылку шампанского. Чего мне по-настоящему захотелось, так это истошно завопить и рвануть назад. К счастью, в отличие от Кофы, я не умею управлять пузырем Буурахри. Так что пути назад не было. Впрочем, я все время упускаю из виду, что этого самого пути назад у меня вообще отродясь не было. И вообще ни у кого.

Поэтому я закрыл глаза и мертвой хваткой вцепился в Кофину руку. Такие детские выходки почему-то всегда оказывают на меня самое благотворное воздействие. Мой спутник презрительно хмыкнул, но руку отбирать все-таки не стал — очень мило с его стороны.

Я почувствовал, что днище корзины прикоснулось к земле. Поневоле пришлось открыть глаза и выпустить на волю дружественную конечность. Мой опыт свидетельствует, что, оказавшись в незнакомом месте, следует временно забыть об утонченности собственной душевной организации. Неизвестности может противостоять только та, почти незнакомая нам самим часть нашего существа, которая способна вглядеться в темноту, чутким носом хищника втянуть незнакомый воздух и мгновенно определить присутствие и степень реальной опасности — вместо того чтобы пускаться в изготовление душещипательных комментариев к своим неземным переживаниям.

— Кофа, здесь кто-то есть, — прошептал я. — Совсем рядом, но… кажется, это не люди.

— Да нет, мы люди, просто немного другие люди, — отозвался из темноты мелодичный голос.

Я ни за что не решился бы определить пол существа, которому он принадлежал. Обладатель голоса говорил с едва заметным акцентом и немного нараспев, словно лечился от заикания по популярной в свое время методике.

— Будет лучше, если вы покинете свое убежище, — продолжил голос. — Не такое уж оно надежное, по чести говоря. Кроме того, меньше всего на свете мы хотим вам навредить. Мы всегда рады гостям, но к нам редко кто-то заходит.

— Говорят, к вам трудно попасть, — откликнулся я, спрыгивая на мостовую.

К этому времени я уже был совершенно уверен, что нам ничего не угрожает. Мудрая и практичная половина моего существа утверждала, что никакой опасностью тут и не пахнет. Разве что есть риск рехнуться от новых впечатлений, но с этим я, пожалуй, как-нибудь справлюсь. Прочие мои составляющие, как всегда, купились на возможность вести диалог. Самый надежный способ меня приручить — дать мне поболтать с хорошим собеседником.

— Мало ли что говорят, — откликнулся голос. — Ты же легко нас нашел, правда?

— Правда, — улыбнулся я. И повернулся к Кофе: — Выходите, чего уж там!

— Сейчас выйду, не гони, — проворчал он. — Между прочим, ты забыл разбудить Кумухара.

— Не нужно будить вашего спутника, — попросил невидимый незнакомец. — Будет лучше, если его сон продлится еще некоторое время.

— Ладно, значит, обойдемся без Кумухара, — согласился Кофа.

— А вас можно увидеть? — спросил я у темноты. — Или у вас есть только голос?

— У меня есть все, что может понадобиться. Просто я никак не могу понять, кого вы хотите увидеть? Мы, жители Черхавлы, любим нравиться своим гостям.

— Ну, если можно заказывать… Тогда просто что-нибудь не очень экзотическое, ладно? Какой-нибудь приятный, но заурядный человеческий облик, без ярко выраженных отклонений. Главное — не пугать меня до полусмерти.

— Как скажете.

Мы услышали смех, звонкий и объемный, как переливы целого хора серебряных колокольчиков. Потом перед нами появилось совершенно очаровательное создание. Белокурая леди в тонкой темной тунике, совсем юная. На моей родине ей дали бы лет четырнадцать — пятнадцать, не больше.

— Такой облик вас не пугает, правда? — лукаво спросила она.

— Такой облик действительно никого не может испугать, девочка, — добродушно согласился Кофа.

— А такой?

Рядом с юной леди появилась еще одна, судя по всему ее ровесница. Они вообще были ужасно похожи, только волосы второй леди были немного потемнее.

— А такой?

Рядом с ними появилась еще одна девчонка. Они хохотали, как расшалившиеся школьницы. У меня голова кругом пошла от их переливчатых голосков.

— Если вы все будете выглядеть таким образом, нам будет непросто заставить себя придавать значение вашим словам и поступкам, — неожиданно серьезно сказал Кофа. — По крайней мере, я-то уж точно не смогу относиться к вам с должным… — он замялся.

— С должным уважением, да? — подсказал пожилой джентльмен, немного похожий на самого Кофу. Я и не заметил, как он появился из темноты. — Ну, зато к моим словам и поступкам вы, несомненно, отнесетесь с должным уважением, не так ли?

— Совершенно верно, — спокойно согласился Кофа.

— Забавно, что вы сами осознаете, как смешно устроены, — рассмеялся его симпатичный двойник.

— У нас это называется мудростью, — усмехнулся Кофа.

— Наверное, вам кажется, что мостовая у городской стены не очень подходит для беседы? — спросила одна из девиц. — Полагаю, это очень удобно — знать, в каких местах следует беседовать, а в каких беседовать не следует… Во всяком случае, мне нравится!

— Можно подумать, у вас нет мест, где можно расположиться с бо́льшими удобствами, чем стоя у городской стены! — проворчал Кофа.

— О, конечно! У нас есть такие места, — хором защебетали наши новые знакомые.

— У нас вообще есть все, что может понадобиться нашим гостям. Только мы сами не всегда помним о том, чем обладаем, — добавила одна из барышень. Она немного помолчала и вдруг объявила: — Мне больше не нравится этот облик. Слишком уж легкомысленный. Можно быстро поглупеть, а то и вовсе исчезнуть.

Она отступила назад, в темноту. Через несколько секунд на ее месте появился невзрачный мужчина средних лет, закутанный в тонкое узорчатое лоохи. Можно было подумать, что дядя только что посетил модную лавку в центре Ехо. Насколько я понял, это было то же самое существо, которое только что казалось нам девочкой. Очевидно, для обитателей Черхавлы и пол, и возраст являются вопросом сиюминутного каприза.

— Так-то лучше, — удовлетворенно сказал этот оборотень. Потом придал своему лицу самое добродушное выражение и обратился к нам: — Мы можем найти какое-нибудь место, которое покажется вам подходящим для хорошей беседы.

— Отличная идея, — кивнул Кофа. — Макс, как ты полагаешь, мы можем оставить тут наш пузырь и все остальное?

— Не знаю, — честно сказал я. — С другой стороны, а что нам еще делать? В конце концов, мы добирались сюда не для того, чтобы топтаться у городской стены, карауля свое имущество.

— А он не похож, да? — восхищенно защебетали наши гостеприимные хозяева. — Он совсем не похож!