Ее темные рыцари - Лана Ежова

От глухого рыка, раздавшегося позади, волосы встали дыбом. Буквально сразу вспыхнул свет. Первое, что увидела, – разноцветная вязь татуировки на удерживающей меня руке. Второе – это ряд круглых кожистых наростов вдоль предплечья. Затем меня толкнули к стене. Зазвенело стекло. Инстинктивно прикрыла голову руками от разлетающихся во все стороны осколков.

– Герда! – Меня легонько встряхнули. – Цела?!

Не теряя ни секунды, вывернулась из объятий вертигра – и увидела, как спрыгивает с подоконника мой похититель. Спрыгивает и взлетает! Зависшая в воздухе крылатая фигура четко выделялась на полотне звездной ночи. Летун, одетый в черные штаны и жилет, выжидал, напоминая зверя, еще не решившего, нападать ему или убегать. Суперзрение таки соблаговолило вернуться, и я сумела рассмотреть тонкие черты хищного лица, раздосадованного от злости. Вместо волос голову незнакомца покрывали такие же наросты, что и на руках.

– Кто ты? Что тебе нужно? – отрывисто бросил Булатов, пытаясь задвинуть меня себе за спину.

– Я – посыльный, – с гордостью сообщило зависшее в воздухе существо. В его сложенных чашей ладонях засиял ярко-голубой цветок – красивый, экзотичный, чуждый нашему миру. – Великая Саариза передает тебе поклон, полукровка, и желает нежной…

Что еще мне пожелали, услышать не удалось – Лазарус, схватив немаленький осколок, швырнул его в посланника. Попало стекло в цель или нет, я не увидела – крылатый будто растворился в воздухе.

– Зачем ты его убил?! – закричала я.

– Он жив и ушел порталом, – заверил меня Руслан, – к моему большому сожалению.

– …и желает нежной смерти, – закончил фразу летуна Болконский. – Еще секунда промедления – и тот симпатичный цветочек полетел бы в нас, чтобы вмиг обратить в горку пепла. Я сам не видел, как действует это фейрийское заклинание, но верю слухам: смерть действительно нежна – жертва просто не успевает ощутить боль.

Душной летней ночью мне неожиданно стало холодно. А ведь я не боялась, что меня убьют, считая себя ценной добычей! Наи-и-ивная…

– Но почему он тогда не сжег сразу? Почему не переместился со мной, как только схватил?

Блондин пожал плечами.

– Должен был передать сначала устное послание? Отправили убивать впервые, вот и замешкался? Или до последнего надеялся уйти вместе с тобой? А у порталов, насколько слышал, бывают ограничения – к примеру, некоторые нельзя открыть в помещении.

– Боже, что я сделала этой Сааризе?!

– Успокойся, родная, все обошлось. – Обняв, Руслан зашептал слова утешения, перемежая их легкими поцелуями, – и я осознавала, что меня трясет от страха.

– Соберись, маленькая, – потребовал вампир, – никто не должен видеть испуганного Гласа.

– Что произошло? Никто не ранен? – Напоминание Лазаруса запоздало – к нам спешила Майя Рыбова, единственный судмедэксперт полуночной стороны города. Похоже, женщина, услышав шум, выскочила как раз оттуда, куда направлялась я.

– Окно разбила птица, похоже, решила, что оно открыто, – невозмутимо соврал блондин.

Морщась от режущей уши неправды, спрятала лицо на груди вертигра. Или это не ложь, а метафора и допущение?

– С птицами такое бывает, – протянула некромантка, поедая нас с Русланом горящими любопытством глазами. – Как думаете, они там договорились? Или можно еще погулять?

– Лучше вернуться и напомнить, что скоро полночь.

– Мне духу не хватит, поэтому вся надежда на вас.

Кокетливо улыбнувшись Лазарусу, Рыбова оставила нас одних.

– Вот и пошли первые «гости» с сидха, – озабоченно произнес оборотень. – Жаль, Томасовского не расспросишь, чего еще ждать. И кто такая Саариза.

– Великая Саариза, – уточнил Болконский, хмыкнув, и уже мне: – Все, от нас ни на шаг, Герда. Ты в туалет собиралась? Сейчас проверим его – и пойдешь.

– Да я только умыться хотела, жарко было… сейчас уже нет. – Я зябко обхватила себя за плечи, но, когда согреть пожелал Руслан, мягко уклонилась – хватит того, что наши нежности подсмотрела некромантка. Почему-то при мысли, что Эмма увидит, что мои отношения с рыцарем изменились, становилось неловко, более того – тревожно. Но признаваться, что стараюсь избежать очередной морализаторской проповеди Черновой, было стыдно. – Вы же не думаете, что «гости» решили нагрянуть, потому что Томасовский умер?

Вампир прищурился.

– До сих пор переживаешь?

Я промолчала – за враньем не ко мне.

– Сбивающая со следа магия Артура стала бесполезна после того, как с Кайагардом начал вести переговоры Хемминг. Теперь в сидхе точно знают, кто ты, Герда, и где живешь, – что-то высматривая в окне, пояснил Булатов. – Одно лишь может помешать недоброжелателям – то, что ты Глас, которого, если не забыла, не видят поисковые заклинания.

– Насчет фейрийской магии я бы не брался утверждать – крылатый посыльный ведь нашел нас.

– Любому полуночнику в городе известно, где этим вечером должен находиться Глас, – возразил вампиру Руслан.

– В принципе ты прав, – кивнул тот и предложил: – Давайте вернемся и напомним, что о ночевке в этом аварийно опасном здании речи не шло. Пускай вызывают, когда договорятся.

И мы отправились в зал, где шли дебаты о новых пунктах в договоре сотрудничества оборотней и магов.

Удивляло, что спор затеяла Эмма. Сама магичка, одновременно являясь женой Вожака, она требовала от Сергея Евламова уступок, которых не было при Пасечник. И Чернову совсем не волновало, что положение полуночников, наделенных Даром, на грани бедственного. Никакой солидарности или понимания! Даже вечерний наряд женщины, алое платье в пол и варварской толщины золотая цепочка с кулоном, казалось, служил укором новому лидеру магов: отказал, скряга, союзникам в празднике…

Демид, как и остальные присутствующие, оделся по-простому и с угрюмой усмешкой следил за женой, не вмешиваясь в переговоры.

К нашему приходу от словесных прений устали все, кроме раззадоренной Эммы и непрошибаемого Евламова, которого новая должность обязывала стоять на своем до конца.

– Прошу прощения, но, если в ближайшие полчаса вы не планируете ставить подписи, мы удаляемся, – с порога сухо произнес Лазарус.

Глава улыбнулся уголками губ. Чернов с облегчением вздохнул. Майя Рыбова закатила глаза, мол, что ж вы так грубо. Остальные, пятеро магов из Совета, которых я сегодня увидела впервые, неодобрительно поморщились или покачали головами. И лишь Эмма сохранила невозмутимое выражение лица.

– Не беспокойтесь, через пять минут уйдем все вместе. И кстати, Глас, у вас перышко в волосах. – Жена Патриарха вертигров сопроводила свою ложь слащавой улыбкой.

Неужели некромантка видела «птицу»? И успела рассказать Черновой о нашем приключении и лжи? Внутренне холодея, прошла к своему месту, где лежала книга о нравах оборотней за авторством профессора Лукина.