На страницах окаменевшей истории - Саша Гран

Видимо, все же и в этой девушке была такая нежная сторона. В ней тоже есть сострадание. Хотя раньше оно не проявлялось.

Он улыбнулся ей и аккуратно обнял, утыкаясь носом ей в макушку.

— Теперь ты понимаешь те мои слова? Я тоже очень хочу, чтобы мы жили в мире друг с другом. И все же…Хиро поведал мне, что однажды ты сказала, что мир невозможен без жертв, и что ты, если понадобится, станешь одной из них на пути к освобождению твоего народа. Считай, что эти маги стали такими жертвами, которые были принесены во имя мира 400 лет назад. Ведь все же…их похоронили трое — вампир, облив и оборотень. А теперь ты, человек, тоже внесла свою часть, похоронив эту эльфийку.

— …во время Северных облав очень часто мы не можем вернуть тела наших погибших солдат. Они остаются в снегу, а потом, напитавшись энергией вампиров, они становятся либо гулями, либо низшими вампирами*…это так ужасно — невозможность упокоиться и после смерти заставлять страдать своих же…поэтому…я считаю, что каждый имеет право после смерти найти свое место в земле. — она отстранилась от него, быстро вытирая глаза рукой.

Теперь ему стало понятно, почему она так рьяно хотела похоронить эту эльфийку, а также тело Альфхейм — все дело было в ее печальном опыте.

— Рин… — Мия тоже подошла к девушке и обняла ее. — Спасибо…что похоронила ее. И помолилась тоже. Ты замечательная. Если бы не ты, она бы так и осталась, наверное, там, приколоченная цепями…

— Мгн… — жрица кивнула ей. — Пора уходить. Мира и Вольфганг уже заждались нас.

— Тут ты права. — согласился с ней вампир, задвигая монолит обратно. — Дэмиан, ты знаешь, где ближайший телепорт до Хундэхайма?

Когда он обернулся на облива, то увидел, что тот сидел около очнувшегося эльфа.

Это заметили и девушки.

— Брат! — Мия тут же кинулась на шею Хиро.

— Ай, Мия, аккуратнее. У меня шея болит. — нахмурился эльф от боли. — Стоп, Мия?

Он огляделся и увидел Джека и Рин, а также понял, что был в незнакомом ему месте.

— Где…мы? И как вы тут оказались?

— Мы пришли за тобой, разумеется. — поднял бровь вампир, не понимая, как его друг сам не догадался, а затем посмотрел на стены грота. — Мы в гробнице, где Джакасис, Дэмиан и Фердинанд похоронили всех жертв проекта. Ты ведь наверняка видел эльфийку в стене, да? Вот, мы ее похоронили здесь. А теперь пора выбираться отсюда.

Эльф потряс головой, переваривая всю быстро рассказанную ему информацию, а затем с помощью Мии встал на ноги.

— Понятно…красивое место. Однако…голова болит…Мия, я вспомнил, что мы уже были в том зале. Ну, где вы меня, похоже, нашли.

— Да, Дэмиан уже сказал. — кивнула Рин. — Что ты вспомнил, как вы вдвоем вытащили меч из корня и упали.

— Меня больше интересует, как вы сюда попали. — нахмурился вампир, сложив руки на груди. — Насколько мне известно, другой путь, по которому сюда можно попасть — это использование черной магии в камине в одной из комнат в нижней части альвийского дворца. Меголий не владел черной магией, Нарон в то время еще не пользовался ею. Тогда каким образом?

— Я сам не помню…я вспомнил лишь тот обрывок, который вы уже знаете, а до и после…пустота…думаешь, мне стерли память? — эльф поднял глаза на друга. Тот вздохнул и присел на корточки перед ними, хватая лицо юноши обеими руками.

Его глаза стали красными, и их свет отразился в синих глазах Хиро, а затем вампир лишь тяжело вздохнул, отпуская его.

— Нет, на тебе нет наложенных заклинаний стирания памяти. Видимо, ты был еще очень маленьким, и шоковое состояние из-за произошедшего заставило сработать защитный механизм в твоей голове. Поэтому ни ты, ни Мия ничего не помните.

Эльф уже успел забыть, что его друг был забвенником, а значит мог проверить его гипотезу.

— Ладно, идемте. — черноволосый мужчина потянулся и пошел вон с островка. — У вас всех это место наверняка вызывает скорее негативные, нежели позитивные, эмоции, однако вы что-то не торопитесь его покинуть.

— Да, давайте уже выйдем из этих ужасных лабораторий. — Мия кивнула и пошла следом, потянув брата за собой.

Последней на острове осталась Рин. Она еще раз повернулась к монолиту и сложила руки в жесте прощания. А затем поспешила за ними.

***

Когда они дошли до нужной стены, в которой скрывался проход, Джек вынул из ножен подаренный ему кинжал и слегка провел им по своей ноге так, чтобы не пустить кровь.

— Теперь надо подождать.

— Надеюсь, они скоро прибегут. Я, если честно, уже устала от этих постоянных проблем, с которыми нам приходится сталкиваться везде, куда мы приходим. — вздохнула Мия.

— Да, согласен. Наша задача просто добраться до Левэхайма, но, куда мы не придем, везде что-то случается. — согласился с ней Хиро. Он уже отозвал визуальную оболочку Дэмиана обратно, потому еще не успел прийти в себя после резкого слияния.

— Оборотни называют это «законом подлости». - усмехнулся Джек. — Они говорят так: «именно в тот момент, когда ты наконец ляжешь полежать на травке, какой-нибудь шабан обязательно пнет тебя копытом».

— У людей это называется «черная и белая полосы». В жизни всегда происходят и хорошие, и плохие моменты, и они имеют свойство постоянно сменять друг друга. Какое-то время тебе будет везти, а потом удача обернется неудачей. Я не особо верю в это, но думаю, что прямо сейчас наша черная полоса должна замениться белой. — рассказала Рин, присоединившись к обсуждению.

— Надеюсь, что это так. — вздохнул эльф.

Вскоре они почувствовали, как стена начинает светиться, и повернулись к ней.

Камень побелел и словно исчез, и эльф увидел перед собой вид окраины Хундэхайма, а также два знакомых лица.

— Хиро! — Мира тут же обняла его и Мию, что стояла рядом. — Вы наконец-то вернулись! Я так испугалась!

— Прости, что заставил поволноваться. — улыбнулся юноша, мягко опуская руку ей на голову. Затем он посмотрел на Вольфганга, но тот по какой-то причине был слишком серьезным. — Что-то случилось?

— Да! Нам нужно поторопиться! Бруяры собираются напасть на алькратов! — тут же ответила ему девочка, вытягивая его из лаборатории.

— …чего? Напасть? — переспросила эльфийка. — Только не говорите мне, что опять произошло нечто такое, во что нам нужно ввязаться?!

Они только что надеялись, что череда неприятностей подошла к концу, а теперь даже не успели выйти, как вновь оказались втянуты в разборки.

— Алькраты украли целую партию пива, закупленного для праздника