Осколки - Наташа Загорская

— Это безрассудство, — не желала отступать Дорина. — Вы просто не в состоянии оценить глубину той ямы, в которой окажетесь, когда он заменит вас кем-нибудь другим.

— Я не собираюсь страдать по этому поводу, — упрямо мотнула головой Анна. — Хватит. Теперь я просто буду жить, и наслаждаться каждым прожитым днем. Я больше не одна и для меня это главное.

Она покинула спальню шииссы Найтвиль, оставив последнюю в весьма растрепанных чувствах. Старая шиисса не одобряла поведения своей уже бывшей компаньонки, и не скрывала своего отношения к поступку Анны. Но, к счастью, и задержать ее Дорина была не в силах.

А Анна чувствовала себя счастливой. Очень счастливой. Ее радовало все, на что падал глаз. И солнце, что появилось из-за туч, и ярко блестевший снег, и даже морозный воздух казался наполненным чем-то особенным. Счастьем, быть может?

Рейджен смотрел на улыбающуюся девушку и ругал себя. Самыми последними словами. Он не должен был этого делать. Не имел права подставлять ее под удар. Не сейчас. Но и отказаться от нее тоже не хотел. Анна стала для него важна. Он сам делал все возможное, чтобы удержать ее возле себя и теперь не собирался отступать, хоть рассудок и подсказывал ему, что еще не время. До тех пор пока не решен вопрос с Маратом не стоит привлекать внимания к девушке.

Анна была такой счастливой. Все утро улыбалась, и серые глаза ее сверкали точно драгоценные камни. Он не мог отвести от нее взгляда, следил за ней глазами, поворачивался в ту сторону, где она была, только бы не упустить ее из своего поля зрения.

Вряд ли кто-то из тех, с кем он сталкивался за это утро, не понял, что произошло на самом деле. Даже Кристиан не утерпел и высказал другу свое одобрение.

— Я могу тебя поздравить, — граф приблизился как всегда неслышно и сжал плечо друга. — Ты наконец-то одумался. Я рад за тебя.

— Я совершил самую большую ошибку, — недовольно скривился Рейджен. — Это все совсем не вовремя.

— Любовь никогда не приходит вовремя, — философски отозвался граф. — И ты будешь дураком, если упустишь свой шанс. Второго может и не быть.

— Я подставляю ее под удар. Марат не упустит такой возможности, не пройдет мимо, зная, что может задеть меня. А я никогда не прощу себе, если с Анной что-нибудь случится. Просто не прощу.

— Так не допускай этого, — отмахнулся граф. — И перестань во всем видеть только плохое. Я рад за тебя, рад, что ты наконец-то возвращаешься к жизни. И эта девушка… она удивительно тебе подходит.

— Вот как? — фыркнул Рейджен. — И как ты это понял? По каким признакам определил?

— По тому, как сейчас сверкают ее глаза и по тому, что ты вот уже полчаса хмуришься. Все те полчаса, что она провела в комнатах Дорины Найтвиль. Ты уже не можешь без нее, а что будет дальше? — Кристиана было не так-то легко сбить с толку.

Рейджен лишь покачал головой в ответ, но понял что друг прав. Во всем прав. Он стоит в этом коридоре вот уже Шарх знает сколько времени и не сводит взгляда с двери, за которой скрылась Анна, решившая попрощаться со своей бывшей работодательницей. Он передернул плечами и отвернулся, вынуждая себя смотреть в окно.

Кристиан понял маневр и фыркнул весело. Благо еще, что решил больше ничего не говорить. Но этого и не требовалось.

Но короткого разговора с графом не хватило для того, чтобы Рейджен изменил свою точку зрения. Он по-прежнему был уверен в том, что не стоило так открыто проявлять свое отношение к Анне. А в том, что Марат не преминет воспользоваться единственной слабостью Ветра, сомнений не возникало. Не зря, ох не зря, Призраки появились в Гроапе. Они пришли сюда по его, Рейджена, следам. Теперь осталось лишь выждать немного и посмотреть, к чему все это приведет. Именно так он бы и поступил, если бы не Анна.

Рейджен бросил очередной взгляд на девушку и, решившись, пересел к ней поближе. Взял ее ладошку, лежащую на коленях в свои руки. Анна счастливо улыбнулась в ответ.

— Не жалеешь? — тихо спросил Рейджен, хотя и знал, что она на это скажет. Просто, где-то глубоко внутри у него все еще тлела слабая надежда на то, что она передумает, испугается, снова захочет убежать от него подальше. И тогда он, со спокойной душой, поручит заботу о ней Кристиану, отошлет в Дорван, где она уж точно будет в безопасности. А потом, когда разберется со своим прошлым, вернется и…

Постоялый двор они покинули ближе к обеду, Рейджен дал Анне возможность собраться и попрощаться с шииссой Найтвиль.

— Вы уверены в том, что, в самом деле, желаете совершить эту ошибку? — даже не пытаясь смягчить свое высказыванием, поинтересовалась у нее Дорина. — Пути обратно уже не будет. И тот шаг, что вы делаете сейчас, изменит всю вашу жизнь. Этот мужчина… шиисс ШиЛарон, он не женится на вас. С его стороны это развлечение. На месяц, быть может немного больше. А что потом? Что будет с вами потом? Подумайте об этом и откажитесь от своей затеи, пока еще не поздно.

— Я всю свою жизнь только и делала, что думала, — покачала головой Анна. — И это не привело ни к чему хорошему лично для меня. Сейчас же, я счастлива и не желаю снова прятать голову в песок. Я сделала свой выбор. И даже если он ошибочный, то мне некого будет винить кроме себя самой.

— Это безрассудство, — не желала отступать Дорина. — Вы просто не в состоянии оценить глубину той ямы, в которой окажетесь, когда он заменит вас кем-нибудь другим.

— Я не собираюсь страдать по этому поводу, — упрямо мотнула головой Анна. — Хватит. Теперь я просто буду жить, и наслаждаться каждым прожитым днем. Я больше не одна и для меня это главное.

Она покинула спальню шииссы Найтвиль, оставив последнюю в весьма растрепанных чувствах. Старая шиисса не одобряла поведения своей уже бывшей компаньонки, и не скрывала своего отношения к поступку Анны. Но, к счастью, и задержать ее Дорина была не в силах.

А Анна чувствовала себя счастливой. Очень счастливой. Ее радовало все, на что падал глаз. И солнце, что появилось из-за туч, и ярко блестевший снег, и даже морозный воздух казался наполненным чем-то особенным. Счастьем, быть может?

Рейджен смотрел на улыбающуюся девушку и ругал себя. Самыми последними словами. Он не должен был этого делать. Не имел права подставлять ее под удар. Не сейчас. Но и отказаться от нее тоже не хотел. Анна стала для него важна. Он сам делал все возможное, чтобы удержать ее возле себя и теперь не собирался отступать, хоть рассудок и подсказывал ему, что еще не время. До тех пор пока не решен вопрос с Маратом не стоит привлекать внимания к девушке.

Анна была такой счастливой. Все утро улыбалась, и серые глаза ее сверкали точно драгоценные камни. Он не мог отвести от нее взгляда, следил за ней глазами, поворачивался в ту сторону, где она была, только бы не упустить ее из своего поля зрения.

Вряд ли кто-то из тех, с кем он сталкивался за это утро, не понял, что произошло на самом деле. Даже Кристиан не утерпел и высказал другу свое одобрение.

— Я могу тебя поздравить, — граф приблизился как всегда неслышно и сжал плечо друга. — Ты наконец-то одумался. Я рад за тебя.