Осколки - Наташа Загорская

— Вот помяните мое слово, — щебетала невысокая пухленькая девушка — ее имя Анна забыла, а спрашивать было как-то не с руки, — этот прохвост быстренько приберет к рукам все состоянии шииссы Найтвиль, пользуясь тем, что хозяйка сейчас нездорова. Хоть бы вы ее вразумили, шиисса ШиПрейт. А то больно же смотреть, как хлыщ этот распоряжается всем подряд. И такого хозяина из себя строит… тьфу, одним словом.

Анна не очень прислушивалась к болтовне служанок, но для себя отметила, что такое поведение шииссы Дорины выглядит странно. А ну как шиисса Орин и с ней что-нибудь сделала и теперь несчастная женщина не может постоять за себя? Кто там знает, на что способны темные ведьмы? Раньше Анне даже слышать о них не доводилось, не говоря уже о том, чтобы лично встречаться, да в ритуалах разных участвовать.

Впрочем, по здравому размышлению, Анна решила, что доля здравого смысла в действиях шесса Арнода все-таки присутствует: зачем платить слугам жалованье, если в поместье вернуться не представляется возможным еще неопределенное время, а содержать такую ораву — никакого состояния не хватит.

Но волнение за шииссу Дорину все же не улеглось и потому, приведя себя в порядок, Анна первым делом направилась на поиски своей хозяйки. И каково же было ее удивление, когда в комнатах шииссы Найтвиль она встретила невысокую, немолодую уже женщину, в темных вдовьих одеждах и белом чепце, почти полностью скрывающим седые уже волосы.

— Ах, милочка, — всплеснула руками Дорина, обрадованная появлением своей компаньонки. — Это так ужасно. Просто ужасно. Я никак не могу прийти в себя. Не представляю даже, чтобы я делала, если бы не Арнод и моя дорогая шиисса ШиНорис. Это просто чудо, что она уже оправилась и смогла прибыть на постоялый двор в тот момент, когда я больше всего нуждалась в ней.

Анна была поражена переменам, произошедшим с шииссой Найтвиль. Сильная и уверенная в себе женщина, которая еще несколько дней назад выглядела лет на двадцать моложе реального своего возраста и даже имела достаточно сил не только на то, чтобы управлять поместьем и немаленьким состоянием, но и в прямом смысле слова крутила любовь с мужчиной почти вдвое себя моложе, превратилась в старуху. Волосы Дорины поседели полностью, лицо было испещрено морщинами, даже голос, кажется, полностью изменился. После пережитых потрясений, шиисса Найтвиль постарела лет на двадцать. Она подслеповато щурилась и Анна даже заметила, что руки у нее мелко подрагивают, как бывает у стариков.

— Вы больше не нуждаетесь в моих услугах, — грустно произнесла Анна, правильно расценив известие о том, что шиисса ШиНорис поправилась после травм, полученных в начале зимы, и уже даже успела заступить на свой пост, пока она, Анна, болела и не могла присутствовать рядом со своей госпожой.

— Ну что вы, милочка, — отвела взгляд шиисса Найтвиль. — Вы были так добры ко мне. И я, конечно же, не гоню вас прочь. Вовсе нет.

Но Анна понимала, что дальнейшее ее пребывание рядом с шииссой Найтвиль попросту невозможно. Поскольку прежняя компаньонка уже успела занять свое место подле Дорины, то ей стоит удалиться. Благо с оплатой шиисса Найтвиль никогда не скупилась, но предупредила, что все финансовые вопросы отныне решает шесс Арнод.

— Я вот что хотела вам сказать, милочка, — сказала ей напоследок Дорина. Шиисса ШиНорис в тот момент под каким-то предлогом вышла из комнаты. — Шесс Арнод такой милый мальчик. Умный и деятельный. Его единственный недостаток в том, что он не может похвастаться дворянским происхождением. А я не понаслышке знаю, как сложно в наше время пробиться, не имея за плечами титула или родовитых предков.

Анна слушала и не понимала, зачем шиисса Найтвиль говорит ей все это. Вот зачем? Чем она может помочь шессу Арноду, ведь и у нее тоже нет ни родных, ни сколько-нибудь влиятельных знакомых. И уж точно Анна никак не сможет посодействовать в обретении секретарем Дорины дворянского имени. Но, кажется, у шииссы Найтвиль уже все было продумано, потому что следующие ее слова заставили Анну замереть на месте.

— Подумайте о моих словах, милочка, — Дорина поднялась из кресла, в котором просидела весь визит Анны, и приблизилась к ней. Остановилась рядом и заглянула в глаза. Да, если внешне, она и изменилась, то взгляд остался прежним — цепким, пронзительным, острым. — Вам некуда идти, у вас нет ни своего дома, ни родных, ни того, кто мог бы предоставить вам кров. А моему мальчику будет тяжело достичь чего бы то ни было, не имея дворянского имени. Брак с вами не сделает его шииссом, но поможет открыть те двери, в которые сейчас его не пускают. А вам ведь тоже нужно жить дальше.

— Вы… — Анна задохнулась, когда поняла, что именно ей только что предложили, — предлагаете мне выйти замуж за вашего секретаря? Но… — она растерялась, не зная ни как реагировать, ни что ответить на этот предложение.

— Арнод мой внук, — жестко произнесла Дорина, удивив Анну еще больше, — и он хороший мальчик. К тому же, единственный наследник всего моего состояния. Я приняла решение отойти от дел и передать все бразды правления своим имуществом и предприятиями в его руки. Он не пустозвон, с детства был подле меня и умеет делать деньги. Теперь я могу отправиться на покой, зная, что он не пустит по ветру то, что я заработала своим трудом. Арнод — прекрасная партия для бесприданницы. Подумайте об этом. Я не требую от вас ответа сию же минуту, но не затягивайте. Чем раньше все это разрешится, тем лучше для всех.

И вот теперь Анна металась по своей спальне и едва ли не плакала от отчаяния. Она не знала, как поступить. Не видела выхода. Да, с одной стороны, шиисса Найтвиль была права — для нее, Анны, бесприданницы, без гроша в кармане, без своего дома, родственников и друзей, для старой девы, утратившей всякую надежду на замужество и материнство — шесс Арнод был не самым плохим вариантом. Если Дорина и в самом деле оставит ему все свое состояние, то он окажется весьма обеспеченным молодым человеком, а учитывая, что долгое время учился у шииссы Найтвиль, можно даже предположить, что доставшиеся ему в наследство деньги не будут пущены по ветру.

Но выйти замуж? Вот так? Просто потому, что иного выхода нет.

С этим Анна смириться не могла.

Она вдруг замерла посреди комнаты, сжала ладонями виски и закрыла глаза.

— Кого я обманываю, — простонала девушка, — перед кем сейчас лукавлю? Это лучший из вариантов. Для меня — этот брак стал бы спасением.

Она вздохнула, отняла руки от головы и плюхнулась на кровать. Закрыла глаза. Плечи ее поникли. Анна понимала, что еще несколько месяцев назад, до того, как она отправилась в поездку вместе со своей тетушкой Полин, обрадовалась бы подобной перспективе. Она не была ханжой, да и редко когда обманывалась на свой счет. В ее положении, брак, пусть даже и с безродным шессом, рассматривался как лучший из вариантов. И она бы никогда не упустила такой возможности иметь свой дом, семью… какую-никакую, а стабильность.

Анна вздохнула. Потерла руками лицо, отгоняя от себя наваждение. Но оно не спешило уходить.

Рейджен. Мужчина, который перевернул весь ее мир, всколыхнул чувства, заставив ее ощутить то, о чем она раньше только читала в книгах. Вот только Анна до сих пор так и не поняла, какие планы на нее имеет сам шесс Рейджен. То он добивался ее внимания и благосклонности в Дорване, последовал за ней в Сайриш — а в том, что шесс Лорне приехал в поместье только вслед за ней, сомнений не возникало — но потом… потом весь его напор вдруг куда-то подевался.