Спектр - Сергей Лукьяненко

– До определённого предела, – вежливо пояснил Павлик. –После сорока градусов тепла структуры начинают повреждаться. А при пятидесяти япросто шизею!

– Ладно, оставим в покое твою физиологию, – решил Мартин. –Как вы решили вздуть ключников? За что? И зачем?

– Как – определим по ситуации, за что – за нежеланиеравноправия, зачем – для установления мира во Вселенной!

Мартин внимательно осмотрел амёбу и решил, что Павликпродолжает издеваться. К счастью, в разговор вступила Ирина.

– Лучше я, – бесцеремонно отстраняя Чужого, сказала девушка.– Ты знаешь, что Беззар – это первый мир, на который высадились ключники?

– Нет, – признался Мартин. Вспомнил слова Юрия Сергеевича иуточнил: – Восемьдесят шесть лет назад?

– Да. – Ирина немного растерялась. – Беззарийцы высчиталиэто совершенно точно. Все остальные планеты были подключены к транспортной сетипозже, хотя бы на полгода, на год, но позже. Что можно извлечь из этого знания?

– Расположение планеты ключников… – прошептал Мартин.

– Правильно! – воскликнула Ира. – Если экспансия началасьодновременно во всех направлениях и все корабли ключников летели примерно содинаковой скоростью, а у нас есть основания считать, что это так, мы можемполучить карту. Звёздный глобус.

– И родной мир ключников? – спросил Мартин.

– Гамма Капеллы. Три с половиной световых года отсюда.

– Это… это очень важная информация, – согласился Мартин. –Если бы у нас были звездолёты…

– У нас есть звездолёты, – скромно сказал Павлик. – Точнее –один звездолёт.

Мартину пришлось мысленно посчитать до пяти, прежде чем онсмог спросить достаточно спокойным голосом:

– И сколько лет займёт полёт к Гамме? На каком принципеустроен двигатель? Это живое существо или техника?

– Не верит… – печально сказал Павлик. – Впрочем, твоисомнения оправданны. Мы не сумели пока создать полноценные космические корабли…только орбитальную мелочь. Но мы пробрались на Станцию и сумели разобраться втехнологиях ключников. Веришь?

Мартин вспомнил полы из синей субстанции. Кивнул – и сталслушать.

Корабли ключников, по утверждению Павлика, двигались лишь вобычном пространстве со скоростью восемь-девять десятых скорости света.Возможно, на них были установлены Врата, что делало путешествие комфортным ибезопасным, но сверхсветовой скорости они не развивали. Беззарийцы не сталикопировать межзвёздные корабли: четыре года пути – слишком долгий срок дляпартизанской вылазки.

– Мы воспользуемся транспортной сетью, – объяснил Павлик. –Каждый раз, когда кто-то отправляется на другую планету, происходит искривлениепространства – и две точки меняются местами. Ты знаешь, что вместе с тобой впутешествие отправляется целый сегмент Станции? Тот зал, в котором установлентерминал управления Вратами?

– Догадываюсь, – сказал Мартин. – Даже проверял однажды.Бросил клочок бумаги у входа в зал, другой – у терминала. Первый клочок бумагиисчез, второй уцелел. Значит, перебрасывается в пространстве не только турист.

– Правильно, – сказал Павлик. – Это, впрочем, не тайна. Номы сумели разобраться в тех механизмах, которые отвечают за переброску. Кпланете ключников будет переброшен не только зал с туристом, но и находящийся вопределённом месте объект. Им станет наш звездолёт, выведенный на стационарнуюорбиту. Стартовать с планеты опасно, ведь на место звездолёта будет переброшенкусок материи с планеты ключников.

– Но планеты ключников нет в транспортном списке! – заметилМартин.

– Правильно, – довольно ухнул Павлик. – Ключники не стануттак рисковать. Но они и сами пользуются Вратами. Мы сделали следующее – нашипосланники отправились по всем планетам, внесённым в список. Каждый раз приэтом мы фиксировали происходящие в пространстве изменения и выяснили служебныйкод каждой планеты.

– Так! – подбодрил Мартин.

– А потом мы стали ждать. И заметили, что приблизительно разв неделю со Станции осуществляется переход в какой-то иной мир, неидентифицируемый с известными мирами. Перед этим в Станции никто не входит, апосле – никто не выходит. Логично предположить, что таким образом меняетсяперсонал Станции – или осуществляется доставка грузов с планеты ключников.

– Замечательно, – согласился Мартин. – Значит, корабль настационарной орбите… хорошо, мы окажемся у Гаммы Капеллы. И что дальше? Этозвёздная система, откуда идёт экспансия ключников по Вселенной! Она должна бытьзабита космическими кораблями, как Тверская автомобилями! Нас моментальнообнаружат!

– Возможно. Но мы считаем, что ключники вовсе не стольсильны. Они самозваные наследники древней расы…

– Бла-бла-бла… – поморщился Мартин. – Замечательнаягипотеза, на Земле тоже много её сторонников. Вот только какие доводы в пользуэтой версии? Не идём ли мы на поводу своих комплексов, не желая признатьключников сверхсуществами?

– У меня есть косвенное доказательство, – сказала Ирина. –Ты знаешь, что ключники – это их самоназвание?

– Ну, вроде как… – согласился Мартин.

– Причём они так представились во всех мирах и на всех языках!Мартин, скажи, кто такой ключник? Хозяин ли он воротам, от которых держитключи?

– Блин! – сказал Мартин. Слова Ирины были так неожиданны… итак логичны.

– Они лишь ключники, – повторила Ирина. – Стражи ключей иврат. Слуги! Станции и Врата им не принадлежат. И если мы убедимся…

– То обратимся в Галактический суд, – сказал Мартин.

Ирина смешалась:

– В какой суд?

– В Галактический. Где разбираются претензии разныхцивилизаций. В фантастических романах всегда такой бывает.

– Твоя ирония нравится мне, – громогласно произнесла амёба иопустила на плечо Мартина ложноручку. – Но мы можем выразить своё возмущение ииным способом. К примеру, сделать планету ключников похожей на Беззар. С орбитымы сможем диктовать ключникам любые условия!

– Я не буду в этом участвовать, – резко ответил Мартин. –Даже если ключники используют чужие достижения – это не повод к их геноциду.Они никому не причиняют вреда, напротив! А наши амбиции… это только амбиции.Жизнь – лотерея, и главный приз всегда достаётся одному.

Амёба сдвинула органеллы, изображая взгляд, обращённый кИрине. И сказала:

– Ты была права, товарищ. Он годится. В нём нет лишнейагрессии.

Ирина виновато улыбнулась Мартину:

– Извини. Я была уверена, что в тебе нет слепой неприязни кключникам. Но беззарийцы настаивали на проверке.