Темный - Игорь Дравин

– Здравствуйте, мастер Хоринер. Что ж вы так быстро покинули мое общество и компанию моих друзей? Какой же после этого вы гостеприимный хозяин? Непорядок.

– Я не понимаю, что вы говорите, мастер Слав. Что это за язык? О таком я даже не сл…

– Да слышали вы все, мастер Хоринер, – я пинком отбросил кресло, стоящее перед столом, за которым восседал опоссум, взял из угла другое и присел первый раз за несколько часов, – язык называется русским, и он является для вас родным. Неужели я неправ? А как вас зовут по-настоящему? Вот меня – Владислав Истрин. Видите, как я с вами откровенен!

Молчание и слабая улыбка, блуждающая по губам темного. Что-то тут не то, а чего я хотел? Бахрома не показывает ничего подозрительного. Будем действовать наугад, полагаясь на свой копчик и логику. Айдал покинул ножны, короткий полет, клинок пробил портьеру, висевшую слева от меня, и по рукоять погрузился во что-то мягкое.

– Ай-яй-яй, – покачал я головой, – я к вам со всей душой, а вы ко мне пятой точкой, а…

Я осекся: мастер Хоринер все так же продолжал улыбаться, но черты его лица стали мелко подрагивать. Лифт поднял меня к потолку, кресло, в котором я сидел, разлетелось на мелкие кусочки под ударом водяной плети, наполненной невероятным количеством энергии. Ледяное копье легко разворотило грудь лже-Хоринера, кресло и пол. Он всю свою силу влил в атаку, не заботясь о защите?! Я метнулся к портьере и сорвал ее. На ковер упал настоящий мастер Хоринер. Только клинок, соединивший его с бархатом в одно целое, держал темного на ногах. Он полностью пуст. Вот почему бахрома его не обнаружила. А кто сидел за столом? Я повернулся, пара шагов вперед. Мастер Ульф, вам-то зачем было на меня нападать? То жизнь хотели мне спасти, то ликвидировать задумали. Блин, да у меня отсечена по локоть левая рука, и кираса пробита! Холод, ты – отличный анестезиолог, я даже ничего не почувствовал. Быстро обработать культяпку и рану иноином. Ульф открыл глаза. Крепкий дедок, другой бы уже ласты склеил.

– Слав, – с трудом прошептал Ульф, – это все Дариана. Я был слишком взвинчен, я нервничал и волновался за тебя, когда ты ушел. Она сумела подчинить мой разум, я слишком поздно это заметил. Не говори моему внуку о моей смерти. Для него я уже давно мертв. Не скажешь?

– Нет. Почему вы здесь оказались?

– Клирики: я зашел в своих исследованиях слишком далеко, так они посчитали… – Ульф закашлялся, из его рта полилась кровь. – Я не стал дожидаться костра, я…

Темный прервался, его глаза стали закрываться, дыхание остановилось.

– Мастер Ульф, – я склонился к уху дедка, – кракена изучит ваш внук, кровью своей клянусь в этом. Колар – талант, он гений, он сможет это сделать. Он весь в вас.

Я не знаю, услышал он меня или нет, надеюсь, что услышал. Неприятно у меня на душе, я встал с колен. Я ведь мог продлить ему жизнь на день или на два, эликсиры у меня еще остались, – а дальше что? А ничего: кем бы он ни был профу, Ульф – темный. Везде его ждет костер, а не маг Жизни. Фанатизм никогда до добра не доводит. Нужно знать, когда следует вовремя остановиться. Я подошел к Хоринеру и пинком перевернул его на спину: вытащить клинок, очистить от крови – и в ножны.

– Так это ты все затеял? – поинтересовался я у темного. – А зачем? Хотел стать здесь первым, а не третьим лицом? Скажи свое настоящее имя, земеля, я ведь представился.

– Жаль, что ты не представился как положено, – прохрипел по-русски Хоринер, прижимая руки к животу, – жаль, что ты не сдох! Жаль, что я пуст! Я всех вас ненавижу!!!

– Кого именно? – поинтересовался я. – Представлюсь тебе своими двумя довольно известными именами, все равно ты скоро сдохнешь. Меня называют Влад Молния в Белгоре и Далв Шутник в поселках рейнджеров.

Молчание. Молчание. Молчание было нарушено истеричным смешком темного. Тело его содрогалось, а из горла вырывались булькающие звуки. Наконец он расхохотался по-настоящему. Темный просто бился в истерике, не обращая внимания на хлынувшую кровь.

– Я слышал о тебе, – успокоившись, через пару минут произнес Хоринер. – Отлично работаешь на благо матери-церкви, земеля. Меня зовут Сергей Хореев. Попал на Арланд двадцать восемь лет назад. В прошлой жизни был важняком, следователем по особо важным делам. Садись рядом со мной, братишка, нам нужно о многом поговорить.

– Не о чем мне с тобой разговаривать. – Я вытащил клайд. – Падшему передавай привет от меня. Уверяю тебя – ты будешь не первым и не сотым моим приветопередатчиком.

– Не торопись. Я тебе еще не сказал, кем я здесь стал. Очнулся я в гнилом пятне, десять лет провел в монастыре ордена Ирдиса, а потом получил мантию Пса Господа.

Меч выпал из моей руки.

– А хорошо я организовал это небольшое побоище между темными? Оставь в покое сумку с эликсирами. Я должен умереть, я нахожусь в Красных пещерах уже пятнадцать лет, братишка, и много греха взял на свою душу к вящей славе Его. Я сам стал темным мерзавцем и ненавижу себя. Поговори со мной, нам нужно поговорить.

– Босс, – в комнату зашел Ровер, – мы все прошерстили, ни одного живого темного нет, нет и ни одной псевдоживой твари. Мы взяли отличную добычу. Босс, ты ранен?!

– Ерунда, за сколько времени отрастет? – Я показал культяпку Роверу.

– Недели за три, не раньше, – авторитетно заявил вампир. – Босс, великолепная работа. Мы гордимся тобой, родич, весь клан Скалы будет гордиться тобой, Слав.

– Да, да, – пробормотал я, вставая на ноги, – работу я сделал отличную. – Я посмотрел на два мертвых тела. – Прибери здесь. Потом все сожги, и мою руку тоже. Броню и артефакт я с нее уже снял.

Я вышел из комнаты под лязг вынимаемого из ножен меча Ровера. Отличную я провернул акцию, я немного усмехнулся. Ведь я провел, кто же еще?! КТО ЖЕ ЕЩЕ?!! Мне даже не хреново – я равнодушен, и только легкая грусть временами сжимает сердце. Эх, Серега…