Ричард Длинные Руки - гранд - Гай Юлий Орловский

Я выпроводил его, ласково похлопывая по спине, понял он, видите ли. Тут сам себя не пойму, конституцию ли вводить или осетрины с хреном поесть, а он, санта санпликатас, понял.

После ухода аббата я вызвал сэра Жерара и долго вводил в курс дела, объясняя ситуацию в Турнедо и даже в Варт Генце. Он слушал очень внимательно и с непроницаемым лицом, только пару раз взглянул с некоторым недоумением.

Я разложил на весь стол карту и намечал, откуда и по каким дорогам в Сен-Мари придут наспех собранные отряды новобранцев. Все они не минуют Тоннель под Большим Хребтом, их следует встречать сразу после выхода.

– Кстати, – сказал я деловым тоном, – сейчас из Турнедо и Варт Генца через Тоннель идут вооруженные отряды в сторону Гандерсгейма. Составьте графу Ришару предписание немедленно распределить их в уже существующие войска. Так, чтобы в каждой сотне было не больше десяти вартгенцев.

Он пробормотал озадаченно:

– Господи, еще и вартгенцы какие-то… Ваша светлость, вы же клялись только что, буквально лбом о пол бились… или о стены, не помню такие хорошие подробности, что отныне ни пяди чужой земли! А то, мол, и эту не знаете кому отдать!

Я вздохнул, вспоминая, каким дураком был вчера, а какой зато умный сегодня, ответил с присущей моему государственному уму величавостью:

– Не удержал бы, да. Не всегда же от победы к победе… Но Варт Генц это цемент… ну ладно, клей, которым скреплю все эти земли!

Он вскинул брови:

– Как?

Я спросил таинственно:

– А вы на чью разведку работаете?

Он буркнул:

– Понял. Умолкаю. Кстати, глава имперской разведки снова мелькнула в зоне видимости.

– Как мелькнула?

– Так, чтобы ее заметили.

– Бабетта здесь? – удивился я. – Ну, значит, что-то будет… Она у нас, как хвостатая звезда, всегда что-то приносит. В общем, готовьтесь к наплыву большого количества новобранцев, из которых будем выстругивать настоящих бойцов. Срочно постройте лагерь, бараки для жилья, площадки для обучения.

Он загибал пальцы, бурча:

– Разбить временный лагерь, завезти туда побольше шатров и палаток.

– Лучше бараки, – повторил я. – Одни уйдут, другие придут. Бараки стройте попросторнее.

– Как долго они там пробудут? – осведомился он.

– Это зависит от многого, – ответил я. – На этот раз придут не закаленные армии, которые привели стальграф Филипп Мансфельд и рейнграф Чарльз Мандершайд, а простые и сопливые, но крепкие. С одной стороны, нам предстоит их одевать и вооружать, что накладно, с другой стороны, гораздо легче, ссылаясь на то, что так принято, всех их перемешивать…

– В смысле?

– Я руководствуюсь великой идеей Господа Бога, – сказал я и размашисто перекрестился. – Все люди равны, как-нибудь слыхали про такую смешную идею? Для Господа нет разницы между благородным армландцем и гребаным турнедцем или злобным вартгенцем! Даже забывшие Господа Нашего безбожные сен-маринцы…

– Которых мы наставили на путь истинный мечами и кострами, – поправил сэр Жерар, чуточку охладив мой ораторский пыл.

– Ну да, – согласился я, – о том и говорю, что перед Господом все равны.

– Так то перед Господом…

– А разве мы не строим правовое и демократическое Царство Небесное на земле, – сказал я с пафосом, – где все будет по заветам Господа?.. Мы даже женщин будем считать людьми и тоже заставим работать, а в отдельно взятых королевствах даже пошлем воевать!

Он вздрогнул, побледнел, торопливо перекрестился. Я подумал с жалостью, что все люди вообще-то побаиваются неизвестного будущего и в мечтах своих предпочитают уютное и понятное прошлое, и сэр Жерар, возможно, перед сном сладко представляет себя в звериной шкуре и с дубиной в руках как охотника на мамонтов…

– Мы лишь исполняем заветы Господа, – подчеркнул я твердо, – и кто посмеет спорить с самим Творцом? И чтоб никто по своей дикости не заносился, мы всех перемешаем, как сделал Господь на завершающем этапе строительства вавилонской башни. В каждом отряде должно быть примерно равное число армландцев, сен-маринцев, турнедцев, фоссановцев и прочих добровольцев ограниченного контингента тоже распределить пропорционально… Таким образом, поддержим идею Господа нашего о всеобщем равенстве народов.

– Равенстве простых воинов, – уточнил сэр Жерар, – но это не может относиться к их лордам!

– Разумеется, – согласился я, – но, что важно, военачальник будет отдавать приказ просто солдатам, а не своим армландцам или турнедцам. Это Господу понравится.

– Уверены?

– Дык мы же Его План выполняем! Мы на Него работаем.

Он осведомился озабоченно:

– А Он об этом знает? А то вдруг не так поймет…

– Господь все понимает, – заверил я. – Только у него и своих дел полно, не до того, чтобы за каждой букашкой тут смотреть и направлять ее на путь истинный, когда она упорно в грязь лезет… Потому мы должны работать так, как будто Бога и вовсе нет, хотя вообще-то он есть, но просто занят…

Он смотрел озабоченно, а у меня по спине пробежала холодная ящерица с противными липкими лапами геккона, сразу вспомнилось, что Сатана тоже за демократизацию, перестройку и обновление.

– Хорошо, – сказал он, – только, ваша светлость…

– Ну-ну, решайтесь, дорогой друг!

Он спросил с напряженным вниманием:

– Ваша светлость, мне абсолютно непонятны некоторые ваши сложные маневры…

– Сэр Жерар?

Он сказал:

– По вашим словам, вы приняли вместо короны Варт Генца всего лишь малозначащий титул гранда…

Я уточнил:

– Который, однако, дает мне абсолютную власть над королевством, не забывайте!

Он кивнул:

– Да-да, помню. Но гранд – это всего лишь чуть-чуть выше множества местных герцогов, графов и прочих лордов. Понимаю, вам и этого достаточно, лишь бы вожжи были в ваших руках. Понимаю-понимаю… Но, хоть убейте, а что за игра и как все это аукнется через год, когда закончится вами же и установленный срок вашего правления?

Я сказал весело:

– Год – это для вас один миг, а для меня это та-а-а-акой огромный срок… За это время, как говорил один мудрец, либо ишак помрет, либо король…

– То есть?

Я покачал головой и сказал уже серьезно:

– Нет-нет, это шутка. На самом деле я ничего не оставляю на волю случая. Конечно же, у меня есть план.

– Ваша светлость?

Он смотрел с надеждой в лице, но я покачал головой:

– Пока о нем говорить рано. Слишком уж точный должен быть расчет, а тут уйма посторонних факторов… Нужно пройти по лезвию ножа над пропастью, проскользнуть между Сциллой и Харибдой, Симплегадскими скалами, что, по-нашему, просто гадскими, не разбудить спящую принцессу, украсть коня у кентавра и спороть подошвы у королевского стражника… Потому пока просто выполняйте распоряжения как можно более точно. От этого зависит, да. И конкретно тоже. Весьма. А королевская корона, скажу по секрету, вовсе не отяготит моего благородного и ох какого мудрого чела. В смысле, не надену, говоря доступно.