Вернувшийся из навсегда - Юрий Иванович

Кто больше всех оказался против вывоза обеих магических сущностей в иное пространство, так это ректор Академии. Впрочем, вполне ожидаемо. Единовременно лишиться своих главных помощников практически во всех опытах и экспериментах – это у Титела Брайса в голове не укладывалось:

– Нет! Нет и нет! Только через мой труп! – бесновался он.

– Так ты же молодеешь? Значит, умрёшь не скоро, – деловито рассуждал граф. – А нам надо уже буквально послезавтра.

Молодеющий в последние недели ректор взъерошил у себя на голове появляющийся ёжик волос, но шутливый тон не принял:

– У нас и так полная запарка по всем направлениям. Старшие ученики практически забросили занятия, нам помогая. Где это видано, чтобы так прерывался учебный процесс?

– Постой, но ведь раньше вы справлялись? – попытался подойти с другой стороны владелец замка. – К тому же сейчас у тебя в распоряжении огромная группа Дассаша Маххужди. Они решают поставленные задачи раза в три быстрее, чем вся Академия в прошлые годы.

– Ха! Так у нас тех самых задач стало в сто раз больше, чем раньше! В сто! А не в три! Почувствуй разницу, а? И девяносто процентов работы, причём срочной, подкидывает нам твоё сиятельство! Совесть не мучает, господин граф?

– Мучает, ещё как мучает… Но как иначе? Именно сейчас надо напрячься, вводя в эксплуатацию не только первый участок Сети Опорных Станций, но и замок Свинг Реальностей. После этого миллионы Торговцев распространятся по всем мирам, и сотни из них, если не больше, придут нам на помощь во всех отраслях науки и хозяйства. И наши нынешние усилия вернутся нам сторицей в ближайшем будущем. Кто, как не ты, должен лучше всех понимать первоочерёдность решаемых задач?

Верховный целитель отвечать не спешил. Да и вообще из буйного и громогласного вдруг перевоплотился в тихое, безобидное существо, угнетённое печалью и тоской. Словно из него неожиданно вынули стержень воли.

– Да я всё понимаю, Дин, – пробормотал он и перешёл к признаниям: – Но ты бы знал, как я уже устал от этой всей беготни… Ни ночью покоя нет, ни днём. И хорошо, что хоть в госпитале, куда привозят больных со всей империи, меня заменили выпускники Академии. В последние две ночи бессонница достала… Всякие дурные мысли в голову лезут… Типа не пора ли мне уйти и кислород не переводить…

– Постой, постой! – не на шутку обеспокоился Светозаров о друге. – Да ты ведь молодеешь! Эйфория и энтузиазм из тебя так и прут! С чего это вдруг такие мрачные и безосновательные мысли?

Ректор на это лишь руками развёл:

– Сам не пойму… Последние сутки стал впадать в крайности: то ору как ненормальный, то впадаю в жуткую депрессию… Вот как сейчас… Ничего не хочется, даже жить…

Пока он так бормотал, владелец замка уже встревоженно общался с обеими магическими сущностями. Те тоже обратили внимание на странное поведение папы Титела, но его странную чёрную меланхолию списывали на чрезмерную занятость и высокие психологические нагрузки. Но сейчас, рассматривая проблему уже со всех сторон, общими усилиями выдвинули предположение: не кроется ли причина такого резкого спада настроения в слишком обильном поглощении молодильных каштанов? Ведь ректор был первым, кто эти каштаны начал употреблять в лекарственных целях, да ещё и в неограниченных количествах.

– Я их стал раньше есть на целые сутки, – напомнил граф, – и со мной ничего не случилось.

– Но сейчас-то ты их есть почти перестал, – резонно напомнала Эрлиона. – Да и все остальные старики, коих начали омолаживать, получают порции строго дозированные, три, максимум четыре каштана в сутки. А папа Тител их ест горстями, словно семечки.

– Всё равно не сходится, – упорствовал Торговец. – В Янтарном мире, у пещер Повиновений, некоторые рыцари питались только исключительно каштанами, и никакая депрессия их не одолевала.

– О! Так давайте у главного эксперта по рыцарям и каштанам спросим! – предложил Эльвер-Аусбурн. – Куда ты там забросил Карольда Азанделя и чем он занимается?

– Вся их компания попросилась на отдельное поселение. Причём с моими условиями: принимать новых колонистов и по первому моему требованию участвовать в исследовании пещер Повиновения и окрестностей Клоца – согласились. Так что, можно сказать, они стали первыми постоянными обитателями мира Грибной.

– Это как раз кстати! – обрадовалась Эрлиона. – Забирай Титела немедленно туда, и сразу на месте всё у Карольда расспросите.

– Заодно и его заберу сюда, – решил Дмитрий. – Желательно его будет забросить в лабиринт, прямо в пещеры Повиновения. Пусть там приготовит плацдарм для группы исследователей.

– Другой вопрос, – заметил Эль. – Захочет ли Тител сейчас куда-то перемещаться? Смотрите, в каком он упадническом настроении.

Все трое внимательно присмотрелись к ректору, так и не прекратившему бормотать что-то печальное и бессвязное. И граф продолжил мысленное общение, начав с фырканья:

– Да кто его согласия будет спрашивать! Вы со всеми ведущимися в данный момент делами и экспериментами справитесь без папы Титела?

– Легко!

– Ничего не разобьём, если прыгнем прямо отсюда в подпространство?

– Мы придержим и защитим.

– Вот и отлично! Устрою ему сейчас небольшой перерыв на свежем воздухе в чудесном мире и с фантастическими грибами. Отправляемся!

И через полминуты Тител Брайс растерянно озирался в лесу, прямо среди десятка гигантских грибов чуть ли не в его рост: