Никто и звать никак - Полина Ром

— Грант, это потому, что она еще очень маленькая. Когда-то и ты был таким же крохой.

Но в такую ерунду Грант, разумеется, отказывался верить! Ему уже исполнилось пять лет, скоро он научится еще и умножать, мама сама обещала, что научит… Как можно поверить, что он был таким же беспомощным?! Глупости, не бывает так!

— Папа, а она что, тоже фон Крейг?! Как ты и я?

— Да, как ты, и я, и мама.

— Ну, ладно, раз уж она все равно есть — пусть уж будет. Только жалко, что она такая маленькая.

— Поверь, Гранд, она совсем не безнадежна.

Ригер изо всех сил старался не смеяться.

— И, сынок, обещаю, когда она немножко подрастет — она обязательно станет красавицей.

— Что, красивее мамы?

А сколько недоверия в голосе!

Похоже, папа у нас попал в неловкое положение, судя по тем умоляющим взглядам, которые он бросал на меня. Я засмеялась — так забавен и нелеп в своем упрямстве был Гранд.

— Да, Гранд, она обязательно будет красивее меня!

— Ну, не знаю…

Жизнь текла своим чередом, несколько раз в год прибегал из леса Найд, один раз, обязательно, ранней осенью, второй-третий — обычно зимой, в сильные морозы, в поисках еды. Со слов лесничего, он хорошо прореживал поголовье зайцев в лесу, не давая им обгрызать наши сады. У него появилась подруга и своя стая. Ригер собирался выкупить еще большой кусок леса. Пусть будет…

Росли дети, Каталина, что значит — сильная духом, уже вполне успешно ковыляла по дому, шталь Тагина с Пайсой на пару обшивали барышню так, что даже Гранд согласился, что она стала «немного получше». Вообще, он был с ней строг, но, по-своему — щедр. Делился конфетами и жалел, когда она ухитрялась упасть. Пытался учить ее математике и возмущался, когда она грызла и слюнявила его любимые кубики. Сам-то он уже учился писать и осознание собственной учености делало его несколько высокомерным. Но папа ухитрялся сбивать с него спесь новыми знаниями, не обижая, но показывая, что учится еще есть чему.

Нита, наконец-то, вышла замуж за Риша. При всей своей молчаливости и скромности нервов она ему помотала знатно. Так что, возможно, скоро мне понадобится новая горничная. Сегодня утром Ните было плохо. Я отправила её полежать и попросила Ранду сделать отвар, что помогал мне при токсикозе. Думаю, это не просто недомогание.

Малыш Дикон, которого и я, и его мама, продолжали звать просто Дик, поступил учеником к помощнику шталь Тинда. Возможно, когда-нибудь, он и сменит нашего управляющего на его посту. Но пока он еще в начале пути.

Ранда по-прежнему занимается производством сиропов, сейчас это уже приличный по размерам цех и она строго следит за чистотой и соблюдением технологий. А вот Грай подбил Ригера на покупку двух породистых кобылиц и красавца-жеребца. Ригер долго приценивался, но, наконец не устоял… первые дни, мне кажется, он готов был променять супружескую спальню на конюшню. Потом немного успокоился, но по-прежнему ежедневно лично проверял состояние животных. Возможно, когда-нибудь у нас будет свой породистый табун. Во всяком случае первый жеребенок, который будет, обещан Гранду в подарок.

Примерно раз в полгода приходили письма от Гомиро тер Ванга. Он женился и у него два сына-близнеца. Его пожилая тетя написала ему письмо, в котором спрашивала разрешение на брак для шталь Шерлы фон Маргж. По ее словам жених был более, чем подходящим и шталь Шерла считала, что этот брак ей послан небесами. Сама Шерла писала хоть и редко, но всегда добавляла в письме — «…искренне благодарная Вам…». Так что за вмешательство в ее жизнь совесть нас с Ригером не мучила.

Росли и крепли деревья в садах, в честь Каталины заложили еще один, с редкими сортами деревьев. Ригер проводил там довольно много времени — не все деревья приживались хорошо. Но так всегда бывает с новыми образцами — не всё сразу.

А в целом, жизнь в прошлом мире казалась мне уже каким-то странным сном. Я точно знаю, что она была, но гораздо важнее для меня другое — моя жизнь протекает здесь и сейчас. Это — моя семья, мой дом и мой мир.

КОНЕЦ