Земля – Паладос - Алексей Гравицкий

Габриель молча смотрел на странную троицу, идущую прочь. Исаак, а он был уверен, что не ошибся, собака и спут.

— Подожди, — окликнул он.

Исаак обернулся.

— Подожди, — повторил искренне. — Меня пытались убить, Исаак. Мне нужна помощь. Сейчас, срочно.

Рыжий смерил Габриеля изучающим взглядом, словно сомневался в правдивости просьбы о помощи, исходящей от священника. Габриель считался одним из лучших следователей и никогда ни в чьей поддержке не нуждался. Но сейчас перед Исааком стоял, кажется, не священник-следователь, а просто человек. Брат Габриель выглядел уставшим, издерганным, в глазах его была мольба и надежда на понимание.

— Хорошо, — согласился Исаак, мысленно ругая себя за то, что поддался. — Идем.

Уже через четверть часа они были в космолете Ру-пора. Разрешение на взлет дали без проволочек, и тарелка вертикально пошла вверх, покидая гостеприимную планету воюющих роботов.

Габриель, хоть и изнывал от любопытства, ни о чем не спрашивал, только рассказывал. Хотя вопросов было море. Священника-следователя интересовало все, начиная от странной конструкции летательного аппарата и происхождения говорящей собаки, заканчивая историей похождений Исаака на Паладосе и после того вплоть до приземления на Икс-87–98–34.

Исаак слушал внимательно. События на Нью-Детройте его не сильно заинтересовали, разве что героический спут заставил прочувствоваться. Стычки с пиратами, рабами и рептилиями вызвали лишь пару кривых усмешек. А вот покушение на планете икс-ботов отчего-то привлекло внимание Исаака куда больше, чем остальные истории.

— Кто пытался тебя убить?

— Не знаю, — честно ответил Габриель. — Но стакан с коктейлем принесли именно мне.

— А кто мог знать, что ты на Икс-87–98–34? — поинтересовался Ру-пор, слушавший с интересом все истории.

— Никто. Капитан Альтарес. Но он друг, он спас меня от рептилий и, если бы хотел убить, сделал бы это раньше. Икс-ботам я точно не нужен: еще вчера я даже об их существовании не знал, да и они о моем вряд ли догадывались. Да, еще я говорил с Землей. С братом Джоном. Вроде бы все.

— Кто такой брат Джон? — вступил в разговор спут.

— Старший администратор земного отделения Церкви Света, — коротко и ясно объяснил Исаак.

Ру-пор посмотрел на Исаака и Габриеля. Уши арибала встали торчком.

— Вот он-то тебя и пытался убить, — заявил пес-инопланетянин.

— Не может быть, — покачал головой следователь. — Он был на Земле.

— Да точно его рук дело, — безапелляционно заявил Ру-пор.

— Не может быть, — уперто повторил Габриель. — Церковь Света не способна на такое. Только не на такое.

— Как знаешь, — фыркнул Ру-пор.

Исаак перевел взгляд с собакообразного на Габриеля.

— Ты к нему прислушивайся, брат Габриель, — сообщил Исаак. — Он, скорее всего, самый старый житель этой галактике, а может, и всей вселенной.

— Спасибо, — гавкнул Ру-пор. — Первая умная мысль за последние десять дней, искатель сокровищ.

— Почему искатель сокровищ? — не выдержал наконец Габриель. — И вообще что у вас тут происходит?

Теперь настал черед веселой троицы поведать о своих похождениях. История выходила весьма сбивчивой, так как трое рассказчиков постоянно перебивали друг друга, но на Габриеля произвела основательное впечатление.

— И вот к чему я пришел, Габи, — закончил историю Исаак. — Цивилизация, обустроенные планеты, налаженные космолинии — ерунда.

Габриель хотел было возмутиться из-за фамильярного обращения, но зацепился за мысль и наглое «Габи» проглотил.

— Конвенции, законы, договоры, — продолжал Браун. — Тьфу! А свернешь от этой цивилизации чуть в сторону, и каждый, кто смелее других, творит, чего хочет, наплевав на все конвенты и договоренности. Так вот. А слабые молча терпят. Потому что кто смел, тот и съел. Потому что до царя далеко, а до бога высоко.

— Царя нет, — рефлекторно поправил священник-следователь. В выводах, которые предлагал Исаак, было что-то крамольное, чему он по инерции еще противился.

— Да плевать, как ни назови, — отмахнулся Браун. — Хоть царь, хоть президент, хоть советник. У каждой кочки свой правитель. А тот правитель, что главнее всех и стоит над всеми правителями, он где-то за тридевять земель. А может, его и вовсе нету. Кто знает?

Габриель вздохнул.

— Что ты намерен делать дальше?

— Отвезем тебя на Землю, — пожал плечами рыжий.

— У нас там как раз… — начал было спут, но замолчал, припечатанный взглядом Исаака.

— И полетим искать сокровища арибалов и родственников нашего Ру-пора, — закончил рыжий. — В Церковь Света я больше не вернусь. Разве что зайду попрощаться, пропустить стаканчик с братом Терезием и чмокнуть в лобик брата Джона.

Габриель сидел, немного ошарашенный. Информация сыпалась в огромных количествах, события последних дней мелькали, как в калейдоскопе, и не было времени, чтобы посидеть и спокойно все это осмыслить.

— А как же…

— Никак, — отрубил Исаак. — Это путешествие на Паладос меня кое-чему научило. Я жил чужой жизнью по чужим правилам и больше так не хочу.

— Это не совсем верно, — покачал головой Габриель, в нем снова просыпался священник Света.

— Это верно на сто процентов, — сказал, как отрезал, Исаак. — И я желаю тебе понять это как можно скорее. Ру-пор, конечно, ошибается, Церковь не станет кого-то убивать, но не лучшее это место, скажу я тебе. Не такое светлое, как свет на церковном гербе. Символы и идеи чистые, а вертят ими дядьки с грязными руками.

Больше к этой теме не возвращались, вообще говорили мало. Габриель не хотел трогать щекотливые вопросы, да и общаться с Исааком ему всегда было сложно. Он считал рыжего священника недалеким и глуповатым, способным больше на безрассудства и авантюры, чем на осмысленные поступки.

Исаак же к бывшему брату по Церкви относился, как к любому другому священнику, — с подозрением, даже несмотря на то что увидел его совсем в ином свете, без ореола догматов, правил и требований. Габриель по-прежнему оставался для рыжего братом Церкви, редкие разговоры с ним это подтверждали, а доверяться кому-то, кто подчиняется этой организации, Исаак не собирался.

В результате из всей четверки в словесные баталии периодически пускались лишь спут и арибал. Эти чаще толковали между собой: Ру-пора интересовало все, что происходило в последние сотни тысяч лет, Антрацит был падок на вспоминания собакообразного пришельца о прошлой жизни.

Полет проходил спокойно. Легкое напряжение возникало лишь от ожидания его завершения, а оно приближалось с каждым днем.

Новые неприятности возникли за двое суток до прибытия на Землю: на грани видимости замаячил чужой корабль. Первым посторонний космолет заметил Ру-пор.