Ларт Многодобрый - Елена Плахотникова

Вот только не гони, Лёха, на чужой мир. Неизвестно, что про твой родной другие сказали бы. Та же самая Марла или…

А вот и она. Легка на помине.

– Рада тебя видеть, нутер Рид.

– И я рад, ла… прости. Мин Марла.

Все правильно. На работе только официальные отношения.

– А попить тут можно чего-нибудь?

Марла не успела ответить. Малек склонился к моему уху, зашептал:

– Я принесу, господин.

И затерялся между тюками и животными.

Паром огромный. На нем большой караван уместить можно. Или два поменьше. Если по-нормальному, то мост через реку нужен. Но в этом мире особое отношение к мостам. Табу на них наложено. Вот и приходится плавать. Или в обход двигать.

– Марла, мы тут без разрешения на борт влезли. Может, мне со старшим каким поговорить? Чтоб проблем не было.

– Я старший…

– Хорошо, Лапушка. Извини, забыл!..

– …И мы ждали тебя.

– Мы?

– Да.

– Знаешь, я ведь, когда обедать сел, и думать не думал куда-то ехать.

– Асстархусионий сказал, что ты пойдешь с нами.

– Кто сказал?!

– Асстархусионий.

– Кто?!!

– Наш Великий и Мудрейший.

– А-а…

Да уж, имечко он себе придумал оригинальное. Но пусть такое те, кому совсем уж нечего делать, выговаривают. А я для запудривания мозгов могу сказать «тромбофлебитный» или «инсулинозависимый». Эффект тот же самый: чувствуешь себя жутко образованным болваном среди толпы малограмотных кретинов. Да только на фига мне это надо? Самоутверждаться? Таким способом себе дороже получается. Выяснено опытным путем.

– Подожди, Марла, а откуда Асс, наш Многомудрый, про мои планы узнал?

– Имя нашего…

– Я знаю, Марла. Так откуда он узнал? Да еще раньше меня…

– Он же колдун. Он все знает.

– Ну-ну… – Насчет «всего» – это мы поживем, посмотрим. – Марла, а следующий паром когда?

– Завтра.

– А он успеет подняться?

– Зачем?

– Ну чтобы других забрать. Или меня наверх отвезти.

– Других заберут другие караваны. А наверх они поднимутся в конце сезона.

– Как это? А сейчас?..

– Сейчас можно только вниз.

– А если надо наверх?

– Наверх по реке. В конце сезона.

– Блин, река одна, а направления разные. Сегодня вниз, завтра…

– Не завтра, а в конце…

– Да понял я, понял. И что это за река такая?

– Даратулана.

– Ну теперь мне сразу стало легче!.. Получается, к Ранулу я попаду не скоро.

– Через два сезона. Если удача будет с тобой.

– Надеюсь, мужик не обидится, что я сбежал из-за стола… Да где этот Малек с пойлом?! Кажется, Ранул перестарался со специями…

– Я здесь, господин. Вот. – Пацан протянул мне узкий длинный сосуд. Открытый уже. На горлышке обрывки шнура болтаются.

– Давай сюда, пока я не засох. Но это точно можно пить?

– Я отпил немного.

– И полбутылки опустело.

– Расплескалось, пока донес.

– Ну конечно…

Питье оказалось вкусным и слегка напоминало Ранулов кисляк.

Марла принюхалась.

– Отобра.

– Хочешь глотнуть?

– Хочу. Но мне пока нельзя.

– Почему?

– Потому, что это отобра.

– Ну и…

– Она будит в жене желание.

– А в мужике чего она будит?

– Не знаю. Никогда не слышала, чтобы мужи пили отобру.

– Ну все бывает в первый раз. Я вот никогда не катался на пароме.

– А как же ты попадал на другой берег?

– Как-как, да по…

И едва успел прикусить язык. К тем, кто много болтает о мостах, привязывают камни. На шею и к ногам. А потом их отпускают плавать.

– Ладно, Лапушка, пошутили и хватит. На берег мы когда попадем?

– После заката.

– Тогда держи свою отобру…

– Она не моя!

Марла смущается? Не-э, показалось.

– Теперь твоя. Дарю. Может, угостишь вечером…

– Нутер Рид!..

– Да-да, мин Марла, я знаю: у тебя много работы и тебе сейчас очень некогда…

Марла фыркнула и ушла. Но кувшинчик с собой прихватила.

Малек шкодливо ухмыльнулся. А понял, что я его засек, и стал изображать из себя саму скромность.

– Ты специально мне эту дрянь подсунул?

– А нутеру не понравилось?

Ну прям невинность. Белая и пушистая. Хлопает глазками и только ножкой не шаркает.

– Понравилось. Очень, – душевно и прочувствованно так ему это сообщаю. – Знаешь, эта отобра и в мужиках желание будит. К малькам вроде тебя.

– Ми… ну… – Пацан побледнел. – Прости, господин. Я больше не буду так шутить.

– Если Марла не придет сегодня ко мне, то тебе придется греть мою постель.

– Она придет, господин, обязательно придет! – И за Кранта спрятался.

Я вроде пошутил, а Малек, похоже, на полном серьезе все воспринял. Ладно, в следующий раз умнее будет. И больше уважения к…

– Раб, ко мне! – Это наш «великий» колдун проблевался и командовать начал.

– Раб, тебя хозяин зовет!

А сам на меня почему-то смотрит. И взгляд у рыжего такой, что мне вдруг захотелось стать в позу сломанной березы и сказать: «Слышу и слушаюсь, о Мудрейший!»

На миг только возникло такое желание, а потом и возникать перестало. Я, не поднимаясь, посоветовал Ассу не драть глотку и оглянуться. Все его рабы и слуги давно у него за спиной топчутся.

Спокойно вроде как сказал, без мата, а колдун почему-то пятнами покрылся. Или он реально ждал, что я к его ногам приползу? Так это он размечтался. Не знаю, правда, с какой радости. Может, чего возбуждающего или укрепляющего перебрал?..

А Малек оказался провидцем: Марла пришла ко мне. Вечером.

Этой ночью Санута не было.

Утром я едва смог влезть на поала.

2