Последнее заклятие - Игорь Ревва

— Ты понимаешь, — сказала Йорка, — дело в том, что заклятие уже нельзя снять. Оно уже действует. А это значит, что во всем Межгорье больше никогда не будет магов. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Все маги лишатся своей силы. Это — последнее заклятие, сотворенное в Межгорье. Самое последнее. Если бы я могла остаться колдуньей, я имела бы возможность возвращаться назад во времени и хотя бы видеть тебя. Хоть иногда. А так у меня не будет даже этой возможности. Я никогда тебя больше не увижу, Оке… А я не хочу этого…

— Ты будешь вспоминать обо мне, — говорю я. — О том, как мы были вместе. Как мы жили вдвоем. А если эту хреновину не остановить, то и вспоминать-то больше будет нечего! И некому…

— Оке, прошу тебя, — жалобно говорит Йорка. — Ну, пожалуйста!…

Я отпускаю ее плечи и подхожу к каменному шару.

— Что надо делать? — деловито спрашиваю я. Мне немного не по себе, и я стараюсь говорить бодро. Но в душе я бодрости совсем не ощущаю. В душе я ощущаю страх. Не за свою жизнь, за Йоркину. Я-то ее хорошо знаю, она обязательно придумает какой-нибудь финт, чтобы сделать все по-своему.

— Нужно заключить его в кольцо своих рук… — упавшим голосом говорит Йорка.

— И?..

— И все.

— Врешь! — настораживаюсь я. — Не может быть, чтобы все было так просто!

Йорка отворачивается и всхлипывает.

— Ну? — требую я.

— Я не вру, — еле слышно шепчет она. — Это действительно очень просто…

— И не нужно никаких этих ваших заклинаний, никакого колдовства?!

— Нет…

— Гм-м-м…

Не могу сказать, что я этому поверил. Я осторожно наклоняюсь над шаром и пытаюсь обхватить его руками. У меня ничего не получается — шар слишком большой.

Я смотрю на Йорку и вижу, как лицо ее светлеет. Глаза ее радостно загораются, на заплаканном лице появляется торжествующая улыбка.

— Круг должен быть замкнутым, Оке! — улыбаясь, говорит она. — ЗАМКНУТЫМ!!! — Глаза Йорки горят от восторга. А я все еще не понимаю, в чем тут подвох?

— Как это, замкнутым? — спрашиваю я.

— А вот так! — она подходит ко мне, берет мои руки и разводит их в стороны.

— Только мы вдвоем, — говорит она. — Только мы вдвоем сможем сделать это!…

Наши руки образуют кольцо вокруг каменного шара. Замкнутое кольцо, как и говорила Йорка. Ну что за ерунда получается! Что, обязательно нам с ней вдвоем пропадать, что ли?!

— Слушай, Йорка, — говорю я. — А нельзя что-то другое придумать?

— Можно, — соглашается Йорка. — Можно всем нам быстренько смотаться отсюда. Переместиться куда-нибудь в другое место. Но — только в Межгорье! В иные миры уже не уйти — заклятие начало действовать. А Межгорья все равно скоро не станет! Да и других миров тоже… Так что…

— Йорка, — подает голос Ларка. — Хочешь, я буду вместо тебя…

— Вон!!! — орет на нее Йорка. — Вон отсюда!!!

Ларка испуганно отскакивает. А Йорка выдергивает из моих ладоней свои руки, вскидывает их над головой и громко, со злорадным смехом, читает заклинание. Ларку тут же окружают сполохи белого света, закручивают ее, и она бесследно исчезает.

— Нет!… — только и успевает крикнуть она, И в следующий миг мы с Йоркой остаемся одни.

— Ну, вот! — удовлетворенно говорит Йорка. — Теперь мы остались в узком семейном кругу, без по— сторонних!

— Куда ты ее подевала? — подозрительно спрашиваю я.

— Не бойся ты! — снисходительно отвечает Йорка. — Жива твоя ненаглядная Ларка! Жива и здорова! Она сейчас уже где-то возле Диирия. Лучше, когда ее здесь нет, правда? Мы теперь все можем спокойно обдумать…

— А чего тут думать-то?! — удивляюсь я.

— Ты правда этого хочешь? — спрашивает Йорка.

— Да.

— Вот уж никогда не подозревала, что ты способен на самопожертвование!

— Никакого самопожертвования тут нет, — возражаю я. — Мы с тобой все равно погибнем! Так какая же разница?! Будем мы спасать Межгорье или нет — для нас с тобой ничего не изменится! Нас все равно уже не будет.

— Но мы можем умереть достойно, — заявляет Йорка. — А можем и иначе — как два дурака, которые могли спасти мир и не сделали этого!

— Какие красивые слова, — усмехаюсь я. — Это ты у себя на болотах их придумала? Высушить, на фиг, такие болота! — решительно заявляю я. — Как источник распространения героической заразы! А насчет достойной смерти… Видел я людей, которые прожили достойную ЖИЗНЬ, но достойная смерть… С этим я как-то не встречался. Все смерти похожи одна на другую. И умирающему, как правило, до фени, какой именно смертью он умрет — достойной или нет. Смерть есть смерть… Да и судьбы мира, насколько я помню, ни тебя, ни меня никогда особенно не волновали…

— Что-то ты расфилософствовался, — замечает Йорка. — Хочешь, я попробую перебросить тебя куда-нибудь в другой мир? Может быть, у меня еще остались силы. На одного тебя, пожалуй, хватит.

— И не думай! — возмущаюсь я. — Попробуй только! Я даю тебе слово, что начну изучать магию, вернусь в прошлое — туда, где ты будешь еще жива — и так тебя отделаю, век будешь помнить!

Йорка хохочет.

— Не будет уже никаких колдунов, Оке! Никогда! Это заклятие — Последнее Заклятие Межгорья! Да и какой из тебя маг? Ты же ни одного заклинания никогда не мог запомнить! А может быть, не стоит спасать все эти миры? — вдруг спросила Йорка.

— Почему это?!

— Столько в них гадости! В каждом из них! Я сейчас вспоминаю, что с нами там приключилось… Так хочется, чтобы этого больше никогда не было! Нигде! Может, хрен с ними? Со всеми мирами этими… Через несколько миллиардов лет появятся новые. Может быть, они будут гораздо лучше, гораздо чище, чем эти?

— А может быть, хуже?

— Может быть, и так, — соглашается Йорка.

— Наверняка будет именно так! — убежденно говорю я. — Каждый раз, когда кто-либо пытается изменить мир к лучшему, получается какое-то дерьмо! Еще хуже, чем было!

— Это точно! — хохочет Йорка. — Помнишь, как мы с тобой!…

Внезапно комнату наполняет низкий гул, от которого начинают дрожать стены башни. Йорка замолкает на полуслове. Каменный шар вдруг озаряется изнутри золотистым светом, и от него начинает струиться тепло.

— Что, уже началось? — интересуюсь я.

— Да. Началось, — Йорка стала серьезной. — Началось… Ну, как? Попробовать сплавить тебя отсюда? Я серьезно спрашиваю!

— Как ты мне надоела! — вздыхаю я. — Я же сказал тебе — НЕТ!!! Зачем оттягивать неизбежный конец?! Мы достаточно часто смотрели в лицо смерти, чтобы теперь подставлять ей свою задницу! И потом… Ну что я буду без тебя делать?!

— А что ты делал, когда я жила на болотах?