Вейн - Инна Живетьева

– А чья эта Цитадель? – подал голос Егор.

– Не знаю. Никто не знает.

– Знаешь, мне сейчас показалось… Глупости, конечно. Ну, будто это Старая крепость.

– А разве похоже?

– Нет. Не знаю, как объяснить. Вроде и другой мир, но крепость – та же самая.

– Мистика, – буркнул Юрка.

Егор замолчал, и стало еще страшнее. Лежат, точно их заживо замуровали. Юрка снова потрогал свод, колупнул ногтем.

– Слушай, – спросил он, – а когда вдруг война, это как?

Тишина. Юрка уже подумал, что Егор не хочет говорить – правда, идиотский вопрос! – но тот ответил:

– Сначала непонятно. Жутко. Потом очень… обидно? По-дурацки звучит. Понимаешь, вот мы жили. Я в новую школу собирался, с Родькой за одной партой сидеть. Макс у отца на гонки отпрашивался. Он классный водила. Сержик со своим технологическим… Везде таскал учебник по физике. А потом раз – и ничего нет. Сержика, Макса – вообще нет! И любого могут убить. Потому что какие-то уроды решили забрать нашу землю. Захотелось им! А нас – к ногтю. Ну… как вошь! Неважно, умный ты или глупый, честный или сволочь – все равно. А вот хрен им!

Брякнуло – это Егор задел арбалет. Зло выругался.

– Ладно, пошли, – сказал Юрка. Поднялся на четвереньки и зашипел – колени распухли, ползти стало больнее.

Ох, не блевануть бы! Чтоб он еще раз поводырем!..

Ход и не думал расширяться, наоборот, сдавил плечи. Юрка, прикрывая макушку ладонью, посмотрел вперед. Ага, значит, не показалось – крохотное пятнышко увеличилось в размерах. Ну, еще немного! Уже можно различить каменные наплывы, спускающиеся с потолка. Осталось несколько метров. Вдох-выдох, вдох-выдох… Есть! Перевалился через край, и от яркого света заслезились глаза. Горячее солнце лилось сквозь оплавленную крышу. Это был тот самый переход, ведущий к узлу.

Подтянулся Егор. Сел рядом и, сморщившись, тоже посмотрел на покореженные стены. При мысли о том, какой оглушительно пустой мир там, за Цитаделью, Юрку передернуло.

– Вельш курто! – крикнули над ухом. – Вельш!

Вздрогнул Егор.

…топот множества ног, гулкий, будто бегут по мосту. Взрыв!

– Ложись!

Юрка неожиданно оказался на полу, Егор тянул его обратно в лаз.

– Да пусти ты! – отпихнул локтем.

…рев мотора. Лязг гусениц.

– Тут никого нет, не видишь, что ли?

Егор озирался, держа наготове арбалет.

– Это просто эхо, – сказал Юрка.

– Что?

– Цитадель, помнишь, я рассказывал? Просто эхо. Из-за того, что воюют в других мирах.

Кричали, ругались, командовали, шептали. Звенело, гудело, трещало. Егор прикрыл уши, но сразу же опустил руки.

– Получается, я могу услышать, что там, у нас?

– Не знаю. Пошли быстрее.

Юрка старался не обращать внимания на голоса. Отсчитывал провалы в полу, темневшие по левую сторону. Они попадались часто – по одному на десяток шагов.

– Беги-и-ите-е-е!

Евсей!

Щелкнул ружейный выстрел.

Юрка оглянулся на Егора. Слышал или нет? Идет, придерживаясь за стену. Глаза остекленевшие.

Не отвлекаться, считать. Пятнадцать, шестнадцать.

– Беги-и-ите-е-е!

…лежит носом в хвою, и в спину упирается локоть. Человек с ружьем внимательно вглядывается в ельник, от страха перехватывает дыхание.

Размахнувшись, Юрка ударил по стене, ссаживая до крови костяшки. Он – в Цитадели! Прошлого – не существует! Обернулся, чтобы поторопить Егора, и осекся на полуслове.

Натадинель лежал ничком, выбросив вперед руку с арбалетом. В нескольких шагах валялась куртка.

Юрка подбежал.

– Ты чего?!

Перевернул на спину. Егор смотрел широко открытыми глазами, губы его дергались. Точь-в-точь как у Дана. Но тогда Юрка плеснул водой, а сейчас фляжки не было.

– Эй!

Тряхнул изо всех сил, голова Егора стукнулась о камни. Ноль реакции.

– Черт… Ну и скотина же ты! Очнись! Я тебя не потащу, лось здоровый!

Всхлипнув, Юрка привалился к стене. Голоса приказывали, ругались, стонали.

– Заткнитесь! – крикнул им.

…шипение, противный хруст. В который раз умирал, спасая их, наставник Евсей, и разлеталась в щепу от выстрела сосновая лапа.

– Хватит!

Егор часто, мелко задышал. Упала, скатившись с груди, бирка и звякнула об пол. Амулет Дана застрял в воротнике футболки.

– Надоело! Слышите? Я хочу домой!

Юрка крикнул это раньше, чем успел подумать.

– Я хочу домой…

Голосам не было до него никакого дела. Кто-то наслаждался победой, кто-то не хотел умирать. Егор, наверное, тоже сейчас воевал. И там по нему – из автомата.

– Дурак! – сказал ему Юрка. – Сын полка, блин. Врезать бы тебе. Вот что мне теперь делать? Что?!

Попытался его поднять. Тяжелый, гад! Еще и брыкается. Нет, так не получится. Чертыхаясь, сходил за камуфляжной курткой, расстелил и перекатил на нее Егора. Разряженный арбалет сунул ему под бок. Ухватил за рукава.

– Бурлаки на Волге, картина маслом. Поехали!

Нитки опасно затрещали. Только бы выдержали.

Опять кричал Евсей. Хотелось пригнуться, спрятаться от направленного в лоб дула.

С шорохом куртка тянулась по бугристому полу. Егор иногда вздрагивал и ударял пятками. В горле у него тогда что-то булькало.

– …три «фоккера». Прием!

– Куи! Куи! Куи!

Из солнечного пятна – в тень, из тени – на солнце и снова в тень, мимо оплавленных, вытянувшихся до пола окон. А за ними – остатки крепостной стены и раскаленная пустошь.

…щелчок тетивы, крик Евсея, походная песня – не разобрать слов, ее обрывает оглушительный взрыв.

Губы соленые от пота. Облизнул, и еще сильнее захотелось пить.

– Карве! Джен ферест!

Темное пятно все не заканчивалось. Юрка выматерился и поднял голову. Небо закрывала слегка просевшая крыша. Почти дошел. Главное – не останавливаться.

…топот копыт, свист. Тяжелое гудение мотора. Выстрел.

Когда уткнулся в порог, не мог даже ругаться. Ухватил Егора под мышки и втянул внутрь. Плюхнулся без сил рядом.

Тишина. Оглушительная, благословенная.

Юрка хватал воздух ртом, точно рыбина, и не мог надышаться. Плавно изгибались стены. В центре потолка, точно в жузговской юрте, светился кусочек неба.

Пахло табаком с ромом.