Нарушители - Анжела Ченина

— Как это что?.. Печенье, из рибира… сто лет тут валяется… ну не сто, конечно, лет десять…

В подтверждение своих слов про удобство Нарелин уселся на полу. Он вообще любил так сидеть — полулежа, развалившись...

— А мой синтезатор так и зажилили? — спросил он мрачно.

— Зажилили, — подтвердил рыжий. — Сволочи… Я только вот не пойму, на хрена Керр наши одеяла?..

— В каком это смысле?

— В том, что они обчистили домик, — поморщился Лин. — И думается мне, что ничего она не вернет…

— Вот пусть ими и укроется, этими одеялами... это ей в нагрузку к базе данных моего комма... Если, конечно, — добавил Лин, — они сумеют ее взломать.

— Дайте ваше печенье, что ли... — Нарелин протянул руку и демонстративно поцопал в воздухе пальцами. — Десять лет, говорите? А, мне уже пофиг... даже интересно. Никогда не ел таких старых, гм... продуктов. То есть печений...

— Кстати, что у тебя было в базе данных? — спросил Пятый.

— Много чего интересного. Только они ее не взломают, скорее всего. У нас защита надежная, а комм — не голова...

—…поэтому ломать его гораздо проще, — закончил Лин. — Держи печенье. Оно не старое, оно вкусное. Рибир и сам по себе очень неплохая штука…

— Только кусты колючие, — задумчиво сказал Пятый. — Пока соберешь, обалдеешь. Хуже, чем после общения с Фиске…

Нарелин откусил печенье.

— Ты не отвлекайся, ты скажи, что там было в базе, — попросил Пятый. — Потому как сейчас будет связь, и лучше бы нам знать, что она может предъявить. Мы даем решение, и я бы хотел… на всякий случай… Пойми, Лин, мало ли что?

— Данных, позволяющих с ее инициативы установить связь с моей вселенной, там нет, — успокаивающе сказал Нарелин, — а Керр, по-моему, больше всего интересовало именно это. А так... Ну что там? В основном — то, что они и сами должны были получить: информация, собранная моими «шмелями», ее анализ...

Он усмехнулся.

— Ну, конечно, кое-что личное — но вряд ли ей интересны древние песенки Терры...

— Ну и счастлив наш Бог, — заключил Пятый. Тоже взял печенье, откусил. — Знаешь… такое странное ощущение… словно надо прыгать с обрыва. Стоишь на самом краю, ветер, камни под ногами и море где-то далеко внизу. А за спиной…

— Не надо, — попросил Лин. — Ничего там нет, за спиной.

— Ты не прав, рыжий. За спиной — ты сам… И ты знаешь, что твоя же рука толкнет тебя же в спину, — еле слышно закончил Пятый.

— Решили? — спросила Тон.

Лин и Пятый синхронно кивнули.

— Я вас только очень прошу... — тихо сказал Нарелин, — постарайтесь, ну пожалуйста... не погибнуть. Ладно?

— А зачем? — спросил Пятый. — Зачем тебе — чтобы мы были живы, или… нет?

— Какие ты кретинские вопросы иногда задаешь, Пятый! — эльф нервно откусил кусок печенья. — Ну как я тебе на такой вопрос отвечу?!

— Попробуй… я просто для себя хочу понять, — попросил Пятый.

Ренни возвел глаза к потолку и беззвучно выругался, Тон погладила мужа по руке, рыжий выразительно покрутил пальцем у виска… но все почему-то промолчали и уставились на Нарелина.

Нарелин только головой покачал в полном бессилии. Молчаливая сцена продлилась целую минуту. Потом эльф сконфуженно посмотрел куда-то в потолок, не зная, куда деть глаза, и произнес:

— Ну, нравитесь вы мне как люди, вот и все.

— Спасибо, — просто сказал Пятый.

— Слушай! — тут же оживился Лин. — Ты того… если не получится вернуться… ну, в общем, я люблю цветы такие, не помню, как называются, желтенькие, а гроб мне, пожалуйста, сделайте зеленый, я всю жизнь…

— Издеваешься, да? — осведомился Нарелин. — Гроб ему! В гроб-то чего класть прикажешь? Добрую память? Может, тебе еще и плакальщиц заказать?! Вы же, как я понимаю, если — того... то от вас ничего не останется!

—…я всю жизнь любил зеленый цвет, — невозмутимо закончил Лин. — Он мне идет. А плакальщиц не надо заказывать, они сами придут.

— Про то, что ничего не останется, это ты не прав, — покачал головой Пятый. — Катер останется, Тон с Ренни…

— Ага, и кусок Сети, который явно в гроб не впихнешь, — едко заметил Ренни. — Он не козел, Нарелин, он обычная бессердечная…

— Ах, — Лин томно прикрыл глаза. — Ну и какая я там еще?..

— Хватит уже! — Нарелин треснул ладонью по полу. — Хватит, проехали. Нашел с чем шутки шутить!

— А может, это я так нервничаю? — едко спросил Лин. — Дай поприкалываться-то, напоследок…

— Ребята, через пять минут связь, — напомнила Тон. — И вы это… Лин, Пятый, хватит жрать! Если вы хотите прожить там хоть полчаса, готовиться надо начинать уже сейчас.

* * *

—…именно поэтому я требую, чтобы нам была предоставлена гарантия, — закончила Керр.

Пятый смотрел на нее молча, не отводя взгляда. Он уже понял, все остальные — нет. Лин, кажется, тоже начал догадываться, деланное равнодушие на его лице стало сменяться возмущением.

— Не мытьем, так катаньем? — с тихой угрозой в голосе спросил он.

— Не поняла, — парировала Керр.

— Не так, так эдак, — перевел Пятый. — Нет. Об этом не может быть и речи.

— Тогда я не позволю вам это делать, — эмпатка улыбнулась.

— Интересно, каким образом тебе удастся нам что-то запретить, — процедил Лин.

— Я найду способ, — безмятежно ответила та. — Конечно, убить вас не удастся, но…

— Что — «но»? — спросил Пятый.

— До окончания срока договора еще трое суток, — напомнила Керр. — А за это время многое может успеть произойти. Случайно… — со значением добавила она.

— Снова? — спросил Пятый. — Уже была одна «случайность». Не слишком ли часто они намерены происходить, эти волшебные случайности?

— Ровно столько, сколько будет нужно, — ответила Керр.

— Какая же ты сволочь… — покачал головой Лин. — Если тебе нас не жалко, хоть своих людей побереги!.. Кончится срок договора, ответим же!.. Доведешь!..

Керр помолчала, потом снова улыбнулась.

— Судя по всему, о сроке речь уже не идет, — заметила она. — Сколько вам надо времени на всё? Сутки? У вас есть сутки, но я всё равно не дам вам начать работать с Сетью, пока не получу гарантию того, что мы не потеряем мир.

— Вы его не потеряете, десять раз уже говорил, — вымученно сказал Лин. — Неужели наших слов недостаточно?

— Мне — нет. Слишком много Сэфес остались в Сети, мало ли, что придет в голову вам…

— В сеть уходят те, кто уже закончил стадию Энриас… — начал было Пятый, но Керр его прервала: