Охотник за демонами - Владимир Лосев

— Вам нужно, вы и берите.

— И то верно, — Ивашев дал знак и охранник, тот вытащил оберег из-под камуфляжа, протянул руку к камешку. — Зачем с холопом говорить.

Неожиданно верзила дико заорал, отскочил в сторону, недоуменно глядя на свою руку — на глазах она покраснела и распухла, а потом охранник упал на пол и затрясся мелкой предсмертной дрожью. Толстяк не шевельнулся, он с любопытством наблюдал за конвульсиями своего человека, а когда тот затих, улыбнулся.

— Мне говорили, что этот камешек продлевает жизнь, а оказывается, он и укорачивать ее может. Удобная штука, можно подбрасывать его своим врагам, а потом наслаждаться результатом. Вряд ли кто сможет доказать, что эта смерть спланирована. Замечательная штучка. Итак, продолжим…

— Что продолжать? — мрачно спросил Крот. — По-моему итак понятно, что оберег сам выбирает себе хозяина, и никому чужому в руки не дается. Если он передавался, как вы говорите, от деда к внуку в вашей семье, то можете его взять только вы. Но если вы меня обманываете, то он вас убьет!

— Меня умные люди предупреждали о подобных эксцессах, но мне самому захотелось убедиться в том, что они правы. И не надо мне морочить голову. Если ты добровольно передашь камешек, то он ничего мне не сделает, наоборот, примет меня как хозяина, а вот если я попробую взять его сам, то он может повести себя иначе. Так?

— У меня на руках наручники.

Ивашев сделал знак охраннику, и наручники с него сняли.

— А теперь давай сюда оберег.

— Не дам.

— А как же твоя девушка, неужели тебе ее не жалко?

— Где она? — Вадим закрутил головой по сторонам. — Простите не вижу. Если мы собрались делать обмен, то хотелось бы увидеть ваш товар.

— Ненавижу молодых наглецов, — улыбнулся одними губами Сергей Петрович, глаза его оставались холодными и равнодушными. — Им кажется, что наглость поможет занять достойное место в жизни, но это неправда. Холоп никогда не станет хозяином, мы уже это проходили в прошлом веке. Девушку сейчас приведут, и советую больше не испытывать мое терпение, у меня его не так много.

Один из охранников что-то проговорил в рацию. Вадим вздохнул и чуть расслабился. Если честно, то смерть охранника произвела на него огромное впечатление, он не подозревал, что его камешек способен на такое. Сейчас он лихорадочно думал о том, как ему освободить Ладу и уйти с ней невредимым. Ивашеву он не верил ни на грош, тот свое положение заработал, идя по трупам, а такое впечатывается на уровне подкорки. Убить человека для него ничего не стоящая мелочь, раздавит его без каких-либо раздумий, как убивают комара севшего на кожу — мимоходом, почти не заметив.

Такие люди всегда добиваются всего, чего хотят. Как же ему вывернуться и остаться в живых, да еще спасти Ладу? Впрочем, девушка толстяку не нужна, и если она под психотропами, то шанс у нее спастись есть. Это у него его нет. Ивашеву он живым не нужен.

Он посмотрел по сторонам, используя свое новое зрение и увидел маленькую машинку, которая теперь везла от особняка троих — водителя, охранника и Ладу, голова которой лежала у того на плече. Крот грустно усмехнулся. Все-таки жива. Хорошо. Теперь ему бы все правильно сделать, чтобы ее отпустили.

Когда машина подъехала к дому, охранник просто вскинул девушку на плечо и вошел во флигель. Внес в подвал, посадил на стул и встал рядом, поддерживая, чтобы та не упала. Глаза у Лады были закрыты, но она была жива, видно было, как ее высокая грудь вздымалась.

— Можно подойти, посмотреть? — спросил Вадим. — Проверить, все ли с ней нормально?

— Пожалуйста, — пожал плечами толстяк. — Она жива, только от дури, которую в нее напихали, отойдет только через пару дней.

Крот подошел ближе, присел на корточки и погладил ее по щеке.

— Лада, посмотри на меня. Пожалуйста…

Девушка зашевелилась, ее глаза распахнулись, она посмотрела на него мутным, непонимающим взором.

— Вадим? Что ты тут делаешь? Как хочется спать… Где я?

— Ты в плохом месте, сейчас поедем домой, — Вадим хмуро взглянул на заместителя губернатора. — Вы нас отпустите?

— Остаться в моем доме я вас не приглашаю. Но сначала оберег!

Крот потянулся за камешком, но неожиданно услышал шепот Лады.

— Не отдавай.

— Не могу, тогда он убьет тебя и меня.

— Не убьет.

Девушка вздохнула, ее глаза закрылись, она попыталась выпрямиться. Охранник схватил ее за руку, но отлетел в сторону и впечатался в стену, словно и не весил больше центнера. В середине подвала возник слабый вихрь, сначала размером не больше метра, но потом резко увеличился до пяти метров, набрал силу и поднялся до потолка.

— Держи ведьму! — заорал один из охранников, но было поздно — смерч уже разбрасывал людей по стенам словно они были тряпичными куклами. Единственное место, где ничего не происходило, находилось рядом с Ладой, а уже в метре от ее стула крутился воздушный поток, в котором нельзя было что-либо разглядеть.

Вадим держал девушку за плечи, чтобы она не упала со стула, и не знал, что делать. Лада явно была не в себе, глаза у нее были закрыты, она управляла смерчем, продолжая спать, это было видно по ее безвольному телу. Что она может еще натворить — неясно. А вдруг она захочет развалить весь дом? И они все погибнут под обломками И как он сможет ее остановить? Да и нужно ли это делать?

Наконец смерч стал стихать, он увидел тела охранников лежащие вдоль стен, по неестественно вывернутым рукам и ногам понял, что они мертвы. Ивашев валялся в углу, из разбитой головы текла кровь, шея была неестественно вывернута.

— Что же ты наделала, Лада? — с горечью прошептал Крот. — Ты же всех убила…

— Это всего лишь плохой сон, — девушка открыла мутные глаза. — Не хочу его больше смотреть, уведи меня отсюда, пожалуйста. Хочу домой. …

— Ты думаешь это сон?

— Конечно, можешь ущипнуть меня, я не почувствую.

— А если почувствуешь?

— Перестань, — девушка поморщилась. — Ты же в моем сне, значит, должен делать все, что пожелаю, а я хочу домой.

— Да, конечно, — вздохнул Вадим. — Идти сможешь?

— Мне итак хорошо, зачем куда-то идти? Давай полетим, это же сон, в нем все возможно.

Девушка снова повалилась на него и мерно задышала. Крот взвалил ее на плечи и зашагал к двери. Следовало убраться отсюда подальше, пока не появился кто-нибудь из охранников. Правда, чтобы выйти из особняка, придется что-то придумать. Забор слишком высокий, через него не перелезешь, да и камеры на нем стоят, увидят, и ворота закрыты, их охраняют.

Он поднялся вверх по ступенькам и вышел на улицу. После теплого подвала ему показалось, что во дворе очень холодно. Ветер бросил в лицо горсть снежинок, и они растаяли на разгоряченном лице.