Искатели ветра - Алексей Пехов

Было темно, но я не спешил зажечь лежавшую в мешке Лаэн свечу. Огонь переполошит спящих на стропилах голубей, и тогда здесь начнется форменное сумасшествие. Переполох среди птиц в такой поздний нар может привлечь ненужное внимание. Нам это ни к чему.

Здесь крепко воняло птичьим пометом, где-то над головой шебуршали и недовольно пыхтели разбуженные нашими осторожными шагами птицы. По счастью, тупые создания не поняли, что на их чердаке объявились непрошеные гости. Я держал Лаэн за руку и медленно продвигался в сторону распахнутого чердачного окошка, через которое прекрасно видна половинка луны.

Что-то с противным смачным звуком упало на мое правое плечо, и Лаэн, не удержавшись, тихонько хихикнула. Я выругался сквозь зубы, посылая проклятия на задницу той птицы, которая столь ловко умудрилась нагадить мне на куртку.

– Прости, – прошептала мое солнце. – Но тебе не кажется, что однажды уже такое случилось? В тот день, когда мы с тобой познакомились?

Я добродушно фыркнул и едва не споткнулся о лежащий у самого окна деревянный круг Мелота. Выругался повторно, выглянул наружу, убедился, что все спокойно, и спрыгнул на крышу. Черепица под ногами держалась крепко, так что я не опасался упасть. Впрочем, и смотреть вниз тоже не спешил. Высота совсем немаленькая. Как-никак второй по величине в городе храм Мелота, да еще и отстроенный самим Скульптором.

Я протянул Лаэн руку, помогая выбраться на крышу. Дующий со стороны моря легкий ветерок пах солью и йодом. Половинка луны сонной рыбой плыла по небу. То прячась в низких облаках, то вновь появляясь, она обливала бледным серебристым светом плоскую крышу храма, его купола и семь шпилей. Нам требовался третий от центрального купола шпиль.

– Хорошо, что жрецы редко выбираются наверх. Нас бы сочли святотатцами. – В ночи блеснула ее улыбка.

– Они слишком жирны и ленивы для такого, – нравоучительно сказал я. – Да и что им здесь делать? Колокола в другом месте. Дай Мелот, сюда два раза в год выбираются рабочие, проверить, не протекает ли крыша.

– Ты заметил, что Молс был не расположен обсуждать историю Шена?

– Не дурак. Видел. Меня это беспокоит.

– Но ты не стал настаивать? Хотя мог.

– Да. Не стал. Он, конечно, опасается тебя и твоего Дара. Но без настоящей силы брать его на испуг неразумно. Все могло кончиться ничем. Я еще узнаю о том, как к нему попал Целитель.

Мы остановились у шпиля. Он имел огромное четырехугольное основание, которое в тридцати ярдах над нашими головами превращалось в острый конус.

– Нам нужна восточная часть. – Я пытался сориентироваться.

– Тогда она противоположная, – не раздумывая, сказала Лаэн. – Идем.

Каждая из сторон шпиля – в длину ровно десять ярдов. Нам пришлось пройти западную и северную, прежде чем мы оказались у того места, которое было нужно.

– Это не центральный храм. Здесь может ничего и не быть.

– Они созданы в одно и то же время, одним и тем же человеком, дорогой. Просто центральный находится в Высоком городе, а этот – в Гавани. Убежище должно быть и тут. Я уверена. Ищи.

Справа от того места, где основание огромной, созданной Скульптором конструкции переходило в крышу, я начал искать. Это оказалось не столь просто. Наконец, у стены, над шестой от края черепицы, я обнаружил едва видимый рисунок, изображавший арку.

– Справишься? – поинтересовался я у Лаэн. Она нервно облизала губы:

– Попытаюсь. Надеюсь, моей оставшейся «искры» хватит.

– Не волнуйся. Если не получится, подыщем другое место для убежища.

– Я не собираюсь сдаваться так просто, – улыбнулась она. – Пробраться мимо жрецов не так легко.

Я ободряюще подмигнул ей в ответ. Мое солнце протянула ладонь, накрыла полустершийся символ, который тысячу лет назад оставил сам Скульптор. Спустя несколько ун арка засияла рубиновым, и часть стены у восточной стороны шпиля отошла в сторону, открывая темный узкий проход. Протиснуться в него можно было только боком.

– Молодец, – похвалил я ее. – Как вижу, ты уже кое-что можешь.

– «Д… ща… тся с ка… дым… ем», – неожиданно раздалось у меня в голове.

– Прости? Не понял. – Я улыбался как идиот. После стольких дней я вновь «услышал» ее.

– Дар возвращается с каждым днем. Все быстрее и быстрее. Только сил пока не хватает, – виновато закончила она.

– То, что ты можешь на данный момент, – уже хорошо.

Мы пробрались в проем. Темно, хоть глаз выколи.

– Свет, – тихо попросила Лаэн.

Я зажмурился от хлынувшего со всех сторон яркого света, который излучали белые шары.

– Это место не такое, как то, – пробормотал я. Лаэн, тоже порядком смущенная, приложила руку к начертанной на стене арке, являющейся точной копией той, что я нашел на крыше, и потайная дверь встала на место.

– Тебе не кажется, что изнутри оно гораздо больше, чем снаружи? – не успокаивался я.

– Это одна из шуток Скульптора. Я слышала о таком.

Девять лет назад Лаэн показала мне тайное убежище, созданное Скульптором в третьем шпиле центрального храма Мелота. Откуда она знала о том укромном уголке, и почему про него не слышал никто из Ходящих и Огоньков, я так и не спросил. Как и не спрашивал, кто учил ее Дару, и откуда она родом. В нашей жизни были темы, которых мы старались не касаться.

В те времена мы использовали указанное моим солнцем убежище для наших нужд. Оно было небольшое, но достаточно удобное и уютное. И, самое главное, никто о нем не знал, и попасть в него, не имея Дара, было невозможно. Безопасней только под подолом юбки Матери Ходящих, да простят меня за такое кощунство.

Это же помещение казалось огромным. Шесть ярдов от входа, десять ступенек вниз и еще по крайней мере сто ярдов просторного зала с высоким куполообразным потолком, мощными контрфорсами и рядами массивных шестиугольных колонн вдоль стен. Сплошь мрачный серый камень. Никакого намека на красоту.