Вороника. Хозяйка драконьего острова - Анастасия Енодина

Фух! Всё могло получиться!

И вот в проталине показалось что-то зелёное, что я бы точно могла назвать мхом, но на деле это были те самые кустики вороники, какие мне показывал эльф на драконьем острове!

_ Очешуеть, мы нашли её! – обрадовалась я, но эльф шикнул на меня:

- Тише, принцесса, за нами погоня, если ты помнишь.

Да-да, погоня, но Роза теперь не казалась мне непобедимым злом. С нами была моя магия, которой я пока хоть и не умела пользоваться, но зато была уверена, что вместе с ней нам не страшна бабуля!

Странно, но уверенность мою никто не разделял.

- Что делать? – спросила у эльфа, как у знатока растительной магии. Мне всё казалось, что он по своей природе должен знать больше, чем, например, моя мама, которая, собственно, тоже являлась растительной ведьмой.

Ответила Лиля:

- Вы оба должны соприкоснуться с растением. Но его нельзя портить и срывать, оно должно уходить корнями в землю и соединяться с себе подобными, чтобы оказаться сильнее магии ореливия.

Я подошла к островку вороники и присела на корточки. Однако мне показалось, что так я недостаточно тесно соприкоснулась с растением, и потому устроилась на зелёном ковре, пересев на колени. Ткань платья мигом намокла от талого снега, пропитавшего всё вокруг, и я почувствовала кожей ног холод.

Провела ладонями по жёстким веточкам, вглядываясь в растение и мысленно обращаясь к нему: «Ты же поможешь мне? На тебя последняя надежда… Мой мир рухнет, если с Себастьяном что-нибудь случится, так что, прошу, помоги мне!»

Ужасно боялась сделать что-то не так, и потому руки мои подрагивали. Я видела это и знала, что видят и остальные. Но стыдиться нечего: от растения, что я поглаживала рукой, зависело очень многое, а я никак не могла понять, откликается оно или нет.

- Всё будет хорошо, - прозвучал голос Себастьяна, который тоже опустился на колени, расположившись напротив меня на зелёных кустиках.

«Всё будет хорошо», - фраза, которую довольно странно слышать от закованного магическим металлом колдуна, по следам которого идёт моя кровожадная бабуля, а также сообщники Абаля.

Но чёрные глаза вспыхнули изумрудными всполохами, и Себастьян улыбнулся мне уголками губ.

- Поторопиться бы… - скромно напомнил о себе Алмариан. – Не особенно церемонься, принцесса. У нас не так много времени, чтобы приобщаться к тотемному растению. Это ты потом успеешь. Если захочешь.

Первое явно говорил в нём эльф, а последнее – изгнанник. И это его «если захочешь» прозвучало с таким нажимом, словно он сам на моём месте нипочём бы не стал приобщаться к тотемному растению.

- Ладно, потороплюсь, - кивнула покладисто. – Но что делать-то?

- Тебе придётся побыть проводником, принцесса, - вздохнул эльф. – Ореливий должен напитаться магией вороники, и только тогда она сможет своей мощью сокрушить металл.

- Но… - попыталась представить процесс, и нашла нестыковку.

Ответил мне Себастьян:

- Это будет очень неприятно. Возможно, я почти умру. Но не бойся – я силён, и магия растений тоже. У оков нет шансов. И я обязательно выживу. Или воскресну.

Но я чувствовала фальш. Если б было столь безопасно, то мы бы не отправились в этот мир за Серёжей Котовым.

Риски, очевидно, есть. Но выхода нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Нервно сглотнув и посмотрев в глаза Себастьяну, произнесла тихо, чтобы даже в этой лесной зимне-осенней тишине мой голос смог услышать только колдун:

- Я люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю, Вороника, - также едва слышно ответил Себастьян.

Уверена, чуткий слух эльфа уловил наш диалог, но изгнанник промолчал по этому поводу.

Хреново. Значит, всё хуже и опаснее, чем я думала, раз Алмариан не отпустил ни одной шуточки, услышав наши признания.