Галактический враг - Маргарет Уэйс

Брат Фидель не стал спорить. Купола из пластика и стали казались ему совершенно одинаковыми. Он представления не имел, где они находятся.

Они торопливо шли по серой поверхности планеты, под ногами скрипел гравий. Монах нервничал и был начеку. Они припозднились, даже чересчур припозднились. Хотя в Преддверии Ада никогда никто не спал, сейчас жители, наверно, занимались своими делами или развлекались (а может, и то и другое одновременно) за закрытыми дверями. Улицы, вернее, извилистые тропки, которые петляли вокруг возвышающихся повсюду куполов, были почти безлюдными, кое-где им попадались темные фигуры, прятавшиеся в тени.

Фиделю показалось, что одна из этих фигур отделилась от стены и пошла следом за ними. Случайное совпадение, сказал он сам себе. Просто кто-то идет в том же направлении, что и они.

Святому отцу пришлось ускорить шаг, чтобы нагнать Мейгри, которая мчалась на всех парах, не глядя по сторонам, погруженная в мысли.

– Миледи, мне кажется, мы заблудились, – сказал брат Фидель.

– Следуйте за мной, – сказала мягко, чуть слышно Мейгри.

Вокруг возвышались купола, почти все – пустые, темные. Украдкой оглянувшись, священник увидел, как чья-то тень слилась с тенью здания.

– Нет, мы идем в правильном направлении. Я уверена в этом, – вдруг громко сказала Мейгри.

Фидель не понимал, что происходит. Внутри все сдавил страх, Мейгри посмотрела на него и беззвучно прошептала:

– Скажите хоть что-нибудь. Не молчите.

Как же он хотел понять, что же все-таки происходит!

– Я... я не узнаю эти дома, – сказал он, сглотнув слюну. – Смотрите, отсюда видна стена. Это не тот шлюз, через который нас впускали. И не видно припаркованных кораблей. Мы... заблудились, – повторил он беспомощно.

Мейгри резко остановилась. Фидель вырвался вперед, потом, спохватившись, остановился.

– Действительно, – сказала она, развернулась и пошла в другом направлении. – Вот сюда. Теперь я вспомнила.

Идя рядом с ней, святой отец оглянулся назад. Тень тоже изменила направление, двинулась следом за ними.

– Миледи, – сказал он тихо. – Мне кажется, за нами...

Послышались звуки – кто-то дрался, затем чье-то прерывистое дыхание, наконец, предсмертный вопль.

– Черт подери! – Мейгри повернулась и побежала назад.

Фидель, ничего не понимая, поспешил следом.

Возле тела какой-то женщины, распростертого на серой гальке, стоял на коленях Агис. Мейгри подбежала к нему.

– Мертва? – спросила она.

Центурион перевернул тело. Брат Фидель посмотрел вниз и тут же отвел взгляд. Ему приходилось видеть смерть, насильственную смерть, но никогда он не видел такую чудовищную картину. Глаза женщины были широко раскрыты и с ужасом смотрели на них. Рот – открыт, лицо исказила маска страдания от невыносимой боли.

Агис поднялся.

– Простите, миледи. Я пытался задержать ее, как вы приказали, но когда я положил руку ей на плечо, она... она закричала, дернула головой и... рухнула.

– Она одна их тех? – спросила Мейгри, бесстрастно взирая на труп.

– Думаю, да, миледи. Не уверен. Она ждала вас возле таверны. Она села вам и брату Фиделю на хвост.

– Да, – сказала Мейгри. – Я и не думала, что наш святой отец столь наблюдателен. Он почти сразу ее заметил, спас нас.

Фидель смотрел на труп.

– Что же убило ее, коли Агис не убивал ее?

– Абдиэль убил ее. Поразил сначала ее мозг. Один Господь знает, какие чудовищные видения явились бедняге, на какие муки он обрек ее.

Фиделю стало плохо, подступила тошнота. Его закачало.

– Не убивайтесь так, брат. Садитесь. Опустите голову между колен, – посоветовал Агис, подхватывая священника, который начал заваливаться.

– Простите. Не понимаю... что со мной, – простонал монах. – Я увидел людей... их рвало на части...

– Такое случается, – сказала Мейгри. – Это все от напряжения, у вас стресс. Вдохните несколько раз поглубже.

Она вместе с Агисом снова наклонилась над трупом.

– Есть один способ установить истинную причину смерти..

Мейгри опустилась на колени, взяла руку мертвой женщины, повернула ладонь к свету. Фидель опустил голову, стал вбирать в легкие воздух.

– Так и есть, – услышал он тихий, мрачный голос Мейгри. – Она одна из зомби.

– Непрофессионально как-то она вас выслеживала, – заметил Агис.

– А может, это они нарочно так сделали. – Мейгри поднялась, огляделась. – Может, она для отвода глаз за нами шла. Не исключено, что они решили какую-то игру разыграть, отвлечь нас, пока двое других выполняли поставленную перед ними задачу. Брат Фидель, вы в состоянии передвигаться? Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь на этой планете стал сокрушаться при виде трупа, но я предпочла бы не отвечать на вопросы полицейских.

– Все в порядке, – сказал Фидель, покраснев, но от помощи Агиса он отказался. – Просто я чувствую себя... полным кретином, миледи.

– Простите, что мы не смогли посвятить вас в свои планы. Не потому что не доверяем вам, просто и у стен есть уши. И простите мне, что я вам тогда такое сказала, – добавила она ласково, кладя руку на его руку. – Я боялась, что она что-нибудь заподозрит.

– Это я должен извиниться, миледи. Мне следовало поверить вам. Следовало понять...

– Смотрите, не захвалите меня, брат Фидель, – пресекла его Мейгри. – Нам пора идти.

– Одну минуту, миледи. – Брат Фидель склонился над трупом. Он поднял руку женщины, положил ее ей на грудь, другую сверху. Закрыл ей глаза и прочел молитву, заканчивающуюся словами: «Exaudi orationem meam; ad te omnis caro keniet. Помяни, Господи Боже наш, в вере и надежде живота нашего...»[1]. – Она ведь тоже дитя Божье, – сказал он, поднимаясь, бледный, но спокойный.

– Когда-то была, – сказала Мейгри. – А теперь – нет. Абдиэль расправился с ней. Хорошо, что она умерла. Пошли. Нас ждет долгая ночь. Нам, думаю, сюда, – добавила она, печально улыбнувшись монаху.

* * *

Агис шел чуть поодаль, зорко оглядываясь по сторонам; они добрались до шлюза без приключений и без лишних провожатых. Надев скафандры, пройдя шлюз, молча направились к своему кораблю. Мейгри и центурион сжимали в руках оружие, зорко вглядываясь в тени, резко проступавшие в залитом солнечным светом пространстве. Но хотя они были предельно внимательны, они не заметили ублюдка, который возник у них прямо под носом, словно выскочил из-под земли.

– Опустите оружие! Это я, леди, – сказал убийца в микрофон, вмонтированный в шлем.

– Не смейте никогда больше повторять этот трюк! – крикнула она, пряча за раздражением чувство облегчения.