Талисман - Гуль Замон

Солнце поднималось все выше, освещая низкие крыши домов, мимо которых проезжали Сардор и Кахрамон. Наконец, город остался позади, уступив место садам, полям и холмам. Дорога стала шире, и всадники поехали быстрее. Это была пора, когда в садах зацвели фруктовые деревья, и казалось, что с небес спустились бело-розовые облака. Налетевший ветер срывал лепестки, уносил их за собой белоснежным шлейфом и щедро рассыпал по зеленой траве. С полей плыл терпкий аромат диких цветов. Друзья ехали молча, любуясь чудесной картиной, открывающейся перед ними. Каждый из них думал о том, как все-таки прекрасен окружающий мир. Порой им приходилось съезжать с дороги и двигаться поодаль от нее, чтобы обогнать громоздкие телеги, груженные различными товарами. Гужевой транспорт ехал в том же направлении, что и они, — на север. А один раз они вдруг услышали нагоняющий их хриплый звон медных колокольчиков. Это был сигнал уступить дорогу. Ребята пришпорили коней, разъезжаясь в разные стороны. Мимо них промчался, поднимая пыль, небольшой отряд на верблюдах и лошадях. Верблюды были нагружены большими, тяжелыми мешками и сумками из плотной ткани, украшенной разноцветными мелкими узорами вышивки. Всадники были вооружены. Из-под полы дорожных накидок отчетливо выпирали клинки в ножнах, а у некоторых были перекинуты через плечо луки и свисали, притороченные к седлам, колчаны, набитые стрелами. Очевидно, эти люди спешили добраться до Ходжента, чтобы успеть присоединиться к одному из больших караванов, державших путь на запад по Большому западному тракту.

— Вот здорово было бы в один прекрасный день уехать куда-нибудь вместе с караваном, — сказал мечтательно Кахрамон, — увидеть новые земли и живущих там людей.

— Да, было бы здорово, — поддержал его Сардор. — Говорят, что далеко-далеко на востоке находятся чудесные города, с прекрасными дворцами и фонтанами, а улицы там выложены золотом и драгоценными камнями. Представляешь, если бы мы попали в такое место, как бы мы разбогатели.

От картины, которая предстала перед его мысленным взором, Сардор глубоко вздохнул, зажмурился и не сразу открыл глаза.

— Давай немного перекусим, — предложил Кахрамон. Пакеты с едой, которые им заботливо приготовил Али, были под рукой — не нужно было ни останавливаться, ни слезать с коней.

Друзья ехали и медленно пережевывали вчерашнее жареное мясо, заедая его лепешками и запивая все холодным чаем из больших кожаных фляг. Солнце миновало зенит и постепенно спускалось по небесной дуге на запад. Вечерело, но пока не было и намека на то, что они приближаются к городу. Впереди просматривались только поля, а справа горизонт закрывали небольшие холмы, поросшие зеленым кустарником.

— Кахрамон, уже солнце начинает садиться, а города все нет, — забеспокоился Сардор. — Что мы будем делать, если ночь застанет нас в дороге? А ведь нам еще нужно найти дом кузнеца Махмуда. В темноте это будет сделать очень сложно.

— Странно, неужели наш учитель ошибся, и мы не успеем вовремя доехать до Ходжента? Давай прибавим ходу, — предложил Кахрамон, тоже начиная волноваться. — Доедем до холма, который закрывает нам обзор справа, взберемся на него и, по крайней мере, увидим, что находится за ним.

Они поехали быстрее и скоро уже мчались во весь опор, не обращая внимания на пыль, вздымаемую копытами лошадей. Сардор крепко прижимал к груди перекинутую через плечо сумку с книгой. Холмы, которые издали казались почти игрушечными, начали приближаться и расти, все больше закрывая небо с правой стороны дороги. Если бы солнце садилось на востоке, то оно уже давно бы оказалось за холмами, и ребятам пришлось бы ехать в темноте. Но так как оно садилось на западе, они еще могли воспользоваться светом его заходящих лучей и продолжить свой быстрый бег с надеждой доехать до Ходжента до наступления темноты. Однако за первым холмом появился второй, за вторым третий, и, когда друзья уже отчаялись увидеть хоть что-то похожее на дома и постройки, холмы внезапно исчезли. Дорога прекратила свои изгибы, и они, сдерживая лошадей, въехали в шумное скопление людей, животных, различных повозок, которые перемещались почти одновременно, беспорядочно и в то же время подчиняясь какому-то особенному ритму. Выцветшая от солнца, дождей и ветра табличка, прибитая на высоком шесте слева от дороги, некогда яркими, но теперь поблекшими темно-синими буквами на белом фоне оповещала и приветствовала путников: «Добро пожаловать в Ходжент, город на перекрестке дорог».

— Кахрамон, мы приехали, — воскликнул, воодушевляясь, Сардор, показывая товарищу надпись. — Теперь мы в безопасности.

— Погоди радоваться, — охладил его пыл Кахрамон, — мы еще не нашли дом кузнеца Махмуда, а ты уже рассчитываешь на его гостеприимство. Вдруг он не сможет или не захочет нас принять, тогда что будем делать?

— Ты излишне подозрителен и недоверчив, — упрекнул друга Сардор, — как, впрочем, и чересчур рассудителен, — добавил он после небольшой паузы. — Не лучше ли спросить у кого-нибудь, где находится квартал ремесленников?

— Отличная мысль, Сардор. Только давай проедем еще немного в город и если сами не увидим ничего похожего на квартал ремесленников, то спросим у хозяина какого-нибудь постоялого двора или у караванщиков, они точно все здесь должны знать.

И они начали пробираться по дороге вглубь города. На них мало кто обращал внимание. Таких, как они, запыленных всадников на уставших лошадях вокруг было слишком много. Кто-то остановился на ночлег в одном из многочисленных караван-сараев Ходжента. А кто-то лежал, расстелив дорожные покрывала, на небольших утоптанных площадках вдоль дороги. Здесь же, рядом, стояли или лежали верблюды, с которых сняли поклажу и разложили аккуратными горками в центре охраняемого квадрата, накрыв прочными непромокаемыми чехлами.

— Может, свернем налево? — предложил Сардор, увидев небольшую улицу, которая уходила прямой линией перпендикулярно к большой дороге.

— Здесь нет никаких указателей, — засомневался Кахрамон, оглядываясь по сторонам.

Внезапно они услышали детские голоса и увидели группу малышей, лет пяти-шести. Весело смеясь, с криками, обгоняя друг друга, они побежали вниз по этой улице. Сардор спрыгнул с лошади и побежал за ними.

— Стойте, мальчики! — крикнул он, но дети даже не обернулись, вероятно, не услышав его.