Мост Душ - Фиона Макинтош

— Я верю тебе.

— Мне вовсе не хочется навязывать тебе разные странные идеи, но у меня есть единственное объяснение — место, называемое Чащей, заколдовано. Я тоже слышал старые сказки и, должен тебе сказать, они совсем не похожи на то, что происходило там со мной. Я чувствовал враждебность Чащи. Она хотела от меня избавиться.

— Но это невозможно, парень! — воскликнул Мирт, которому трудно давалась вера в несуществующее.

— Согласен, но другого объяснения нет. Конечно, я не могу все это рассказать королю. Он рассмеется и, возможно, минутой позже перережет мне горло. Теперь ты понимаешь, почему эту часть своей истории я предпочитаю хранить в тайне. Чаща пыталась от меня избавиться, она отторгла меня. Я не знаю, как это иначе объяснить. Было бы прекрасно, если бы меня нашла дружная семья жестянщика, подобрала и взяла с собой в путешествие по Скалистым горам, но, мне кажется, в этом случае мы просто пытались бы придумать объяснение, которое можно принять и понять. Кроме того, наверняка нашлись бы какие-то следы присутствия жестянщика и его семьи. Нет, Мирт, я уверен, что на меня воздействовала магия. Есть и другие причины это подозревать.

Аремис подошел к кульминационному моменту повествования. Мирт или окончательно откажется от дружбы с ним, или объявит его сумасшедшим и все расскажет Кайлеху. Аремис глубоко вздохнул и стал ждать неизбежного вопроса, предварительно оглянувшись на безжизненное тело Рашлина, до сих пор не пришедшего в себя.

— Что ты имеешь в виду?

Крепость была совсем рядом. Аремис уже видел людей, работающих в садах, толкающих тележки и выполняющих другую рутинную работу. Он только сейчас заметил, что на долину спустилась прохлада, что поднялся легкий ветерок, а зеркальная гладь озера покрылась небольшой рябью. Это волнение было сродни его настроению.

— Скажи мне, — умолял его попутчик.

Аремис натянул поводья, и Галапек остановился, так же поступили и остальные лошади. Он знал, что Мирту будет трудно переварить сказанное, и тянул время, чтобы подобрать верные слова. Так и не найдя их, он решил подать все как есть.

— Думаю, меня затронула магия Чащи. И именно она своей силой лишила меня на время памяти, но взамен и кое-что дала.

Аремис даже представить себе не мог, что глаза Мирта станут еще больше.

— Сразу хочу сказать, я не могу ею пользоваться, просто чувствую ее. Магия и сейчас с нами рядом.

— Где? — спросил Мирт испуганным шепотом.

— Прямо здесь, подо мной.

Как и можно было ожидать, Мирт посмотрел на землю.

— Галапек, — подсказал Аремис. — Это необычный конь. Магия в нем присутствует в огромном количестве, причем черная. От него пахнет злом, и он воздействует на меня так же сильно, как Чаща. Этот конь заколдован, и я думаю, что за это в ответе Рашлин. Поэтому он так подозрительно ко мне относится.

— И поэтому ты так старался избежать его прикосновения, — закончил за него Мирт, мысленно собравший воедино все, что замечал ранее, но не мог понять.

— Ты прав. Именно поэтому я так опростоволосился во время нашей первой поездки, когда Кайлех был верхом на Галапеке. Магия напала на меня, и я от неожиданности не смог противостоять ей. Мне трудно объяснить, почему я себя так странно вел. Понадобилось время, чтобы взять себя в руки, но я знаю, что прав.

— А теперь?

— Магия и сейчас воздействует на меня, но теперь я уже могу контролировать свое поведение. Она не действует на меня так сильно, как раньше.

Воин присвистнул.

— Вот, значит, почему ты так нервничал сегодня перед поездкой.

Аремис кивнул.

— Я пришел в ужас и не мог себе представить, что произойдет, но я знал, что Рашлин будет за мной наблюдать, поэтому было необходимо соблюдать осторожность.

— Так ты говоришь, что его послал король?

— Конечно. Кайлех чрезвычайно умный человек и не мог пропустить тот эпизод во время первой поездки. Он проверяет меня.

— Но он всегда хорошо о тебе отзывается, Аремис, об этом не следует забывать, — защищался Мирт.

— Спасибо. Я заметил, но суть в том, что он меня в чем-то подозревает. Ведь если он с помощью чар скрывает какую-то тайну, значит, любой, кто может это определить, представляет для него опасность.

— Ты очень рискуешь, говоря мне это.

Аремис угрюмо кивнул.

— Моя жизнь в твоих руках, Мирт. Я доверяю тебе, и одному Шарру известно, как мне необходимо поделиться с кем-то, иначе я сойду с ума.

— Что же ты хочешь от меня?

— Ничего. Просто сохрани то, что я сказал, в секрете, а я буду держать тебя в курсе того, что мне удастся раскрыть.

— Но я не могу участвовать ни в чем, что заставит меня предать Кайлеха, — осторожно заметил Мирт.

— Я никогда не стану тебя просить об этом. Мне просто нужно больше узнать о коне и о Рашлине, которому я не стал бы доверять, даже если бы он остался последним человеком на земле.

— Никто из нас не стал бы, кроме короля, — ответил Мирт с досадой. — Так ты считаешь, припадок Рашлина вызван поведением вороного?

— Да. Что-то произошло с магией или, возможно, нарушилась связь между двумя этими магиями. Но я склоняюсь к другому объяснению…

— Какому?

— Я тоже это почувствовал, правда, совсем незначительно. Когда Рашлин протянул лекарство, у меня закружилась голова и немного затошнило. Тогда я подумал, что в этом виноват страх перед его прикосновением, но теперь понимаю, в чем причина. На меня опять воздействовала магия… возможно, как предупреждение. Так или иначе что-то взволновало коня. Пока я ничего не понимаю. Кто знает, может быть, Чаще удалось разрушить чары, пленившие Галапека, но причем тут Рашлин? Думаю, они как-то связаны между собой.

— Но ты не знаешь как?

— Нет. К моему большому разочарованию. — Аремис нахмурился. — Но я намереваюсь узнать гораздо больше. Так ты сохранишь мой секрет?

Мирт кивнул с несчастным видом.

— Да.

— Спасибо. А я никогда не предам тебя и твой народ. Даю слово. — Он приложил к груди кулак — жест, который может понять только северянин.

Мирт повторил его движение, а затем они скрепили клятву особым жестом, сведя вместе кулаки. Если один из них ее нарушит, то поплатится за это жизнью.

Проехав немного вперед, Аремис решил испытать удачу.

— Теперь, когда ты знаешь мой секрет, может, расскажешь мне о своем друге Лотрине?

Мирт растерялся.

— Да… тут и рассказывать особенно не о чем, — проворчал он, отворачивая лицо.

Аремис пожал плечами.

— Мне показалось, что тебя расстроило упоминание его имени. Я подумал, что, возможно, тебе захочется разделить бремя с кем-то, кто тебя не осудит, то есть с человеком, которому ты можешь доверять.