Ведьмы не признают отказов! - Мэй Кин

Да простит меня святая природа за мысли мои темные и за дурные помыслы. Но, увы, я ведьма — не ангел! А ведь этим крылатым живется куда проще, чем нам!

Выдохнув, и снова включив режим «самообладания», я улыбнулась, и с угрожающими нотками в голосе, проговорила:

— А, если хорошенько посмотреть? Просто не хотелось бы беспокоить Эльмара Тирановича.

Женщина сглотнула, едва занервничав. И злость, что она пыталась скрыть все это время — отчетливее проступала на ее лице.

Она тяжело вздохнула, и натянув очки, снова уставилась в монитор.

Я нетерпеливо начала отстукивать ногтями по столу.

— Ну… есть тут одно место. — Она оторвалась от экрана и прищурившись, посмотрела на меня, словно в чем-то сомневалась.

— Вот видите! А вы говорили! — обрадовалась я, под странным взглядом секретаря.

Хм. Небось я уже довела ее. Ну ничего. Ее кислое выражение лица доводит меня не меньше!

— Тогда вот, — Она протянула мне длинный серебристый ключик, который достала из ящика, — ключ от вашей комнаты, — и неожиданно улыбнулась. Правда эта псевдо-улыбка, тут же насторожила меня. Но я не обратила на этот жест как такового внимания. Мало ли… — Общежитие находится поодаль, от академии, на небольшом холме. Далила Ритовна все покажет и объяснит.

— Большое спасибо! — Я расплылась в лучезарной улыбке, несмотря на дикое желание клацнуть зубами, и подхватив ключ со всеми выданными мне бумагами, взяла чемодан и вышла за дверь.

— Фух-х… — выдохнула я, передернув плечами, стоило мне оказаться в коридоре. — Ну и злючка!

— И не говори. Та еще штучка!

— Шторм! — шикнула я, посмотрев на друга и тут же оглянулась, посмотрев по сторонам.

Коридор по-прежнему пустовал.

Наверное, все еще спят (за исключением одной хамки), ведь на часах было около восьми. Занятия же начинались в девять. А значит у меня есть все шансы — спокойно разобраться в местности и устроиться в общежитие!

— Вообще то мне тоже интересно! — фыркнул он недовольно и оскалился, показав маленькие, но остренькие клыки.

Я закатила глаза.

Интересно ему видите ли!

— Ты совершенно не думаешь о безопасности!

— Но, кто узнает, что мы связаны? Некромантам, в отличие от вас, не запрещены взаимоотношения с такими, как я! — обиженно выдал он, повиснув на одном из карнизов. — Следовательно я могу свободно здесь прибывать!

На этом заявление я сникла.

Летучие мыши считались теми же порождениями смерти, что и некроманты. Ну, а ведьму, связанную с летучей мышью — считали падшей. Будто, связавшись с этим маленьким, милым созданием — она преподносит свою душу дьяволу и тем самым — больше не может служить святыне природы!

Ну бред ведь, согласитесь!

Чего только не написано в древних летописях, которые представляют собой некий кодекс, по соблюдению определенных и важных правил. Правда с недавних пор, мы все больше начали отдаляться от этих правил. Да и совет, как оказалось так же идет в ногу со временем. А потому, я просто уверена, что еще немного — и мне больше не придется прятаться, чтобы пообщаться с другом — лично, а не мысленно, как это часто бывает!

— Ты прав. Но разве ты видишь здесь еще летучих мышей?

— Не-ет…

— Тогда скройся, Шторм! Это, как минимум подозрительно!

— Знаешь, как Дамир тебе отказал — ты стала еще невыносимее! — Он фыркнул, и взмахнув крыльями, исчез.

Это я?

Я-то невыносима!?

— И никто мне не отказывал! — крикнула я в пустоту. — Просто он еще не созрел!

Ну ничего… я ему помогу!

Я со злости пнула свой чемодан и ойкнула.

— Что б тебя! — выдохнула я, не обращаясь к кому-то конкретному. А затем поплелась вперед, на поиски общежития.

Долго искать не пришлось.

Небольшое, прямоугольное здание с двумя ответвлениями, стояло прямо посреди небольшого холмика, в отдалении, от академии. Пара минут, и вот я уже стояла напротив главного входа, над которым красовалась огромная черная вывеска, с красными буквами, гласившая: «ОБЩЕЖИТИЕ».

Я решительно открыла дверь и вошла внутрь, но не успела толком пройти вперед и осмотреться, вдруг услышала: «Берегись!», а дальше что-то тяжелое прилетело мне прямо в голову, и пошатнувшись я начала падать. В голове крутилась лишь одна мысль: «Ну держитесь! Вот только оклемаюсь, и тогда мало вам не покажется, нечисти!»

Перед глазами все начало плыть, краски потеряли былую яркость. Лишь темнота, что отрезает тебя от всего мира и самого себя — вступает в права. Невероятно обволакивающий голос, что заставляет сердце дрожать, касание к коже — последнее, что врезается в мою память. Потому что потом я окончательно теряю нить, связывающую меня с происходящим, потеряв сознание.