В конце времен - Дмитрий Мансуров

Сеть полностью повисла в воздухе, и он увидел, что ошибался: на самом деле улов был. Одна-единственная попавшаяся рыба тоскливо висела на самом краю сети и даже не пыталась выбраться, устав освобождаться еще в воде. В воздухе освободиться было куда тяжелее.

Но не это было самым интересным. Кащей с удивлением обнаружил, что запутавшаяся в сети рыбка оказалась не простой, а золотой.

Антиграв, полностью достав сеть, значительно увеличил скорость, и сеть отправилась в небо с утроенной силой.

— Ой! — сказал Кащей, торопливо садясь на ковер-самолет и взмывая следом за сетью. Если не успеть перехватить рыбку до того, как удочка поднимется к облакам, то больше никакие желания старых рыбаков, живущих со сварливыми и жадными до чужого добра женами, не исполнятся: замерзнет рыбка раз и навсегда.

Сеть взмыла метров на сто над морем, когда Кащей догнал устремившуюся к звездам удочку и схватил оказавшуюся скользкой рыбку. Небольшой нож перерезал ячейку, и ослабевшая рыбка упала в наколдованный им аквариум с морской водой.

Кащей прикрепил к сети небольшой транспарант с адписью «Привет лунатикам!» и отпустил ее. Антиграв понес удочку и сеть с приветствием в ближний космос. Там, наверху, где летают шпионские спутники и орбитальные станции накручивают миллионные витки вокруг планеты, кто-нибудь да заметит его приветствие. Трудно сказать, о чем подумают космонавты при виде удочки и сети с плакатом. Скорее всего о рыбалке. Может быть, и сфотографировать успеют. И высшие чины устроят крупные разборки, пытаясь выяснить, кто запустил сверхсекретный экспериментальный антигравитационный прибор в космос, поскольку люди только-только начинали использовать антигравитацию. Кащей был не настолько глуп, чтобы говорить им о том, что такими приборами пользуется немыслимое количество столетий. Он и так никому не говорил о том, кто он есть на самом деле. Изредка выбираясь в путешествия по Земле, он по большей части тратил время на изучение микроорганики, проверяя, не сохранился ли где вирус вампиризма? Несмотря на то что с момента уничтожения вампиров прошло немало сотен лет и до сих пор ни одна проба не была положительной, он проводил исследования снова и снова, для профилактики и собственного успокоения.

Золотая рыбка ожила в воде и слабо пошевелила плавниками. Кащей в последний раз посмотрел на улетающую сквозь облака сеть и направил ковер-самолет к земле. Золотая рыбка приходила в себя, а когда ковер-самолет приземлился на том месте, откуда взлетел, и вовсе почувствовала себя в аквариуме как дома.

Кащей поднял сферический аквариум и понес его к берегу. Остановился на обрыве и подумал, что кидать рыбку с двадцатиметровой высоты будет не самой лучшей идеей после того, как он спас ее от гибели, и вернулся к ковру-самолету, чтобы спуститься на нем к водной глади.

— Что-то я плохо соображать стал, — посетовал он.

Рыбка зашевелила плавниками и высунула голову из воды. Золотистое сияние на миг стало невыносимо ярким, и на ее голове появилась небольшая корона из чистого золота. Кащей чуть не выронил аквариум.

— Чего тебе надобно, старче? — спросила золотая рыбка. — Ты спас меня от смерти, за это я выполню три твоих желания!

Кащей поставил аквариум на землю, поскольку вновь едва удержал его в руках. В третий раз, как подумал он, согласно закону подлости, аквариум всё-таки выпадет из его рук и разобьется. Рисковать не стоит.

— Ух ты, говорящая рыба! — воскликнул он, разглядывая рыбку, о существовании которой раньше знал только по сказкам.

— Еще бы! — воскликнула рыбка. — Попадешься к вам в сети, не только разговаривать, ругаться научишься!

— Я не ловлю рыбу сетями.

— Я вижу! — сказала рыбка. — Ты ловишь сети удочками! И как улов?

Кащей задрал голову. Облака.

— Улетел мой улов, — сказал он, — если не сгорит по пути, то отправится в полет за пределы Солнечной системы.

— Хочешь, я верну тебе удочку? — спросила золотая рыбка. — Это будет твоим первым желанием.

— Верни, — кивнул Кащей. В следующий миг перед ним появилась удочка. Без сети и антиграва. Кащей хмыкнул: сказки, оказывается, говорили правду. В реальности существовали многие сказочные герои, но человечество в погоне за остросюжетными и душераздирающими историями навыдумывало про них такое, что самым слабым и впечатлительным сказочным героям икается до сих пор. — Это замечательно, а не могла бы ты вернуть мне и антиграв?

— Второе желание исполнено! — воскликнула золотая рыбка, и рядом с удочкой появился антиграв, тут же взметнувшийся к небу.

Кащей и рыбка посмотрели, как он снова поднимается в небесам, и Кащей очнулся

— Я сейчас! — воскликнул он, запрыгивая на ковер-самолет и взлетая следом. Золотая рыбка вздохнула, выпрыгнула из аквариума и обратилась невысокой худенькой девчушкой с золотыми волосами, заплетенными в косички и зафиксированными двумя резинками с пластмассовыми фигурками морских коньков.

Ковер-самолет превратился в крохотную точку, после чего снова стал расти в размерах.

Приземлившийся Кащей посмотрел на опустевший аквариум и в некотором недоумении уставился на девчушку. Сразу обратил внимание на ее золотистые волосы и подумал, что это довольно необычно. Но красиво.

— Это я, золотая рыбка! — представилась девчушка.

— Очень рад! — ответил Кащей. — А имя попроще у тебя есть?

— Злата!

— Другое дело, а то, понимаешь, не люблю называть людей рыбками. А меня зовут Кащей.

— Ну?! – удивилась Злата. — Правда, что ль? Ты же сказочный персонаж!

— Ты тоже!

— Ну, сейчас! — воскликнула она. — Вот мои родители удивились бы!

— А сказка о рыбаке и рыбке?

— Документальная история!

— В стихах?

— Журналист нестандартный попался.

— Журналист?! – пробормотал Кащей. — Ну, зашибись…

— Лучше не надо! — предостерегла Злата. — А то выполню, и ни тебе пользы, ни мне.

— Это не желание! — спохватился Кащей. — Это такой речевой оборот.

— Ну, слава Богу, а я уж думала… а чем докажешь, что ты всамделишный Кащей? Кстати, у тебя еще третье желание осталось. Вернуть тебе сеть?

В следующую секунду сеть на огромной скорости упала на землю.

— Эй, я не просил! — возмутился Кащей. Злата растерянно поморгала.

— Это не я! — стала оправдываться она. — Она сама. — Кащей в третий раз посмотрел на небо.

— Верю-верю, — примирительно сказал он: лишенная уносящих ее в космос удочки и антиграва сеть в самостоятельном полете могла направиться только в одну сторону. Туда, куда ее потянет притяжение Земли. Поскольку удочка и антиграв вернулись волшебным способом, а сама сеть — своим ходом, то, разумеется, она несколько задержалась в пути. — Она на самом деле упала сама собой.