Сказки врут! - Ирина Шевченко

Я уткнулась лбом в колени и уже не сдерживала хлынувших в два ручья слез. Не найду, Петрович. И искать не буду.

— Ты поплачь, Настюшка, поплачь, — коснулась щеки мохнатая лапка. — Глядишь, и полегчает… А сметанку я с твоего позволения заберу, все равно там на донышке осталось…

Телефон нагрелся в ладонях — все без толку: темный экран и ни звука.

Неужели сложно набрать мой номер? Сказать хоть несколько слов? Я же не жду объяснений, извинений. Я только хочу знать, что ты есть, что я не придумала тебя и вчерашний вечер. Что не сошла с ума…

Феи, единороги, зомби, призраки. Кинулась в эту сказочную жизнь, как в омут с головой. Кто бы ответил, зачем? Думала, за Сережкой. За детской мечтой, которая, не исполнись, легла бы камнем на сердце — права Натали. А исполнилась — камень с души, и как и не было ничего. «С+Н=Д» — вот так правильно, пусть так и будет…

А потом пришла любовь. С молотом. И как шандарахнет…

Я улыбнулась, вспомнив грозную тетку в рабочем комбинезоне. Любовь нечаянно нагрянет — это точно. Нелепая, нежданная, несвоевременная. Ты ведь тоже не планировал этого, Сокол… Андрей? Андрей, Андрейка, Андрюшенька. Господи, как же так можно жить, чтобы даже имя забылось, потерялось, так что и друзья лишний раз не вспомнят? Сокол да Сокол. А я супротив тебя — пичужка малая…

Мобильник вдруг ожил, тренькнул, завибрировал — целая секунда счастья до тех пор, пока я не рассмотрела имя на вспыхнувшем экране.

— Да, Игорек. Привет.

— Здорово, Вербицкая! Смотрю, в сети появилась. Дай, думаю, позвоню. Ты где вообще?

— Дома.

— Дома? — Озадаченное. — А чего… Ну, ты ж вроде говорила, уезжаешь куда-то.

Говорила? Может, и говорила.

— Вернулась уже.

— Понятно. А парень?

— А парня у меня больше нет.

— Упс. Бывает. А дядя?

Екнуло что-то внутри…

— Игорь, к чему эти расспросы?

— Ну я это… Может, заехал бы, если ты уже гостей спровадила. Что скажешь, Вербицкая? Пиццу возьмем или в суши-бар сходим. А хочешь, прокатимся куда-нибудь. Я у брата тачку выпросил на месяцок — зверь-машина. На море сгоняли бы.

— А, ты в этом смысле. Нет, Игорек, спасибо. Настроение не то.

— Ну ладно, как знаешь, — смирился приятель. — Передумаешь, звони.

Хороший парень. Добрый, бесхитростный, никогда в помощи не откажет. Вот в каких нужно влюбляться, чтоб не реветь потом целыми днями.

На подоконнике одиноко жалась к стеклу герань. Калачик, как бабушка говорила. Мама принесла с полгода назад, сказала, очень хороший цветок для жилья и неприхотливый — знай, поливай себе, и все. Поливать-то его как раз и забывали. Круглые листики с резким, бодрящим запахом уже привяли, цветочки осыпались. Я протянула руку и коснулась бархатистых листьев. Закрыла глаза, вспоминая, как было тогда со спатифиллумом, попробовала вернуться в тот день, в те ощущения… Бедный калачик! Так ведь и высохнет, пока я научусь со своей силой управляться.

Полила цветочек и вернулась к прерванному занятию — греть телефон в ладошках и ждать.

Часы показывали полдень. Всего лишь.

Господи, я же так в самом деле с ума сойду!

Еще один звонок, на этот раз в дверь, не обрадовал, а встревожил. Андрей не придет — это я понимала, он и так вчера рисковал, приехав со мной сюда. Влад будет держать дистанцию. Мама? Вряд ли. Она всегда очень тонко и точно чувствовала мое состояние и понимает, что сейчас я не хочу ни встреч, ни разговоров. У меня оставалось лишь две версии, и обе мне не нравились.

Остановилась у двери, осторожно посмотрела в глазок. На площадке топтался седой бородатый старик в соломенной шляпе, совладелец самой часто выгуливаемой в мире таксы. Что ж, по крайней мере, это меньшее из возможных зол.

— Здравствуйте, Анастасия Валерьевна, — приветствовал он меня, когда после повторного звонка я все же решила открыть. — Вы позволите?

Я пожала плечами: почему бы нет?

— Проходите. Сегодня без собачки?

Светлый усмехнулся, стащил с головы шляпу и переступил порог.

— Вы же понимаете, зачем я тут?

— Понимаю. Но ничем не могу помочь.

— Даже чаем не угостите?

Можно было ответить решительным отказом и выставить незваного гостя, но я молча махнула в сторону кухни. Пожилой человек все-таки, устал, наверное, почти две недели по дворам круги наматывать. А разговора все равно не избежать: выпровожу этого — приедет Ле Бон и будет «смьешно топать ноги».

— Черный? Зеленый? — Я по очереди продемонстрировала присевшему на табурет старику разноцветные пачки.

— Зеленый, — ответил он не задумываясь. — Так, значит, Анастасия Валерьевна, вы утверждаете, что не знаете, где сейчас ваши… хм, предприимчивые друзья?

— Понятия не имею.

— Очень жаль. — Взгляд светлого остановился на полной окурков пепельнице. — Но думаю, вы говорите правду. Вряд ли в противном случае вам позволили бы вернуться домой.

Интересно, в чем заключается его дар? Не телепатия — иначе не разменивался бы на общие вопросы. И не некромантия, я надеюсь. Хотя трупов поблизости нет… Тоже надеюсь.

— А можно задать вам нескромный вопрос, Настя? Вы же позволите называть вас Настей? Зачем вы во все это ввязались?

Боже мой, какой знакомый вопрос! Не его ли я задавала себе все это время? Со вчерашнего вечера у меня есть на него ответ, но это не тот ответ, которым я могу поделиться с любопытным светлым.

— Молодая, красивая девушка, — продолжал он между тем. — Слабенькая, мягко говоря, ведьмочка. Нет, я понимаю, конечно, какие-то романтические чувства, какая-то надуманная ответственность за судьбы ближних… Но все эти игры, погони, стычки с зомби и попытки похищения и подчинения — неужели оно того стоило?

Оно того стоило. Но… Зомби?!

— Вы и сами, должно быть, не понимаете, — сам с собой увлеченно беседовал старик. — Но в конце концов что-то же вас остановило. Кстати, ваше возвращение: вы сами приняли это решение или вас… попросили уйти? Мне просто любопытно.

— Любопытство не порок, — согласилась я. — А можно и мне полюбопытствовать? Вас прислал мсье Ле Бон или это очередное задание от Алекса Акопяна?

Ой, дура! Зачем же вслух?!

Я метнулась к двери, но светлый с неожиданной для его преклонных лет проворностью вскочил и преградил мне путь. Кинулась к окну: успею позвать Влада…

Висевшая над плитой разделочная доска вдруг сорвалась с крючка и, пролетев по воздуху, плашмя стукнула меня по лбу. Удар вышел неслабый: в глазах потемнело, пол под ногами пошатнулся… Вот, значит, какие у него способности. Кажется, это называется телекинезом…