Сварог. Рыцарь из ниоткуда - Александр Бушков

– Соколик мой, я таких на нок-рее вешала… – тихонькосообщила тетка Чари.

Вряд ли она шутила – темные личности сразу поскучнели и,учтиво раскланявшись со Сварогом, заторопились прочь, однако тетка Чаримгновенно извлекла из-под передника нечто напоминавшее деревянные грушевидныенунчаки, сгребла самого разговорчивого за запястье и крутанула так, что тотвзвыл.

– Стоять, выползок черепаший! Ваша милость, деньги у нихзабирать будете?

– Не надо, они их честно заработали, – сказал Сварог.

– Ну-ну… Все равно – брысь! – Она присела рядом соСварогом. – Надоели, не клиенты, а сплошная шпана. Нет, пора закрывать всек русалочьей матери и перебираться в Ронеро, полузабытую милую отчизну. Благопро нас там все и забыли, все сроки давности вышли, гончие листы давно некружат…

Сварог вежливо помолчал. Хозяйка посидела, слушая музыку,вздохнула и сказала, как показалось Сварогу, со значением:

– Знала я одного штурмана, ужасно любил, когда ему играли«Тенью жизнь промчалась». И все говорил, что закажет ее по себе вместозаупокойной…

Сварог выдохнул:

– Может, мы и разных штурманов имеем в виду, но мнеотчего-то кажется, что одного.

– Вы не из Старой Гавани едете?

– От Старой Гавани остались одни головешки, – сказалСварог. – И три мачты из воды торчат. «Божий любимчик» должен был насждать…

– А Зо? С ним что?

– Мы… ну, в общем, мы прорвались поодиночке, – сказалСварог. – Может, Зо просто припозднился. Может, там на дне вовсе и не«Божий любимчик»…

– Ну да, – горько усмехнулась тетка Чари. – Втаких делах, голубчик мой, обходится без всяких «может». Говорила я своему дураку.И Вентрасу говорила…

– Вентрас в Винете, – вырвалось у Сварога.

Тетка Чари нисколечко не удивилась:

– То-то и оно…

– А что такое эта Винета?

– Как вам еще до сих пор голову не оторвали? Ведьничегошеньки не знаете… А интересно, знаете хоть, на кого вы жутко похожи?

– Знаю, – сказал Сварог. – До чего мир тесен…

– Мир-то большой, только вы бродите по старым дорогам вашегодвойника, вот и нарываетесь. Вы, часом, не сын?

– Вот уж нет, – сказал Сварог. – Долго объяснять,вам наскучит. Я и сам еще не разобрался до конца в иных странностях.

– Понятно. Может, вам чем помочь? Вы, конечно, не наш, ноявно как-то с нашими повязаны…

– Спасибо, сам справлюсь. Скажите, если эти прохвосты что-топосоветовали, на них можно полагаться?

– Можно. И рады бы положить грех на душу, да помнят, гдеживут. Если что, я им устрою грустную жизнь на фоне сплошных неприятностей…Утром уедете?

– Скорее всего.

– А выскочить из этого дела никак не можете?

– Не хочу.

– Ох, беда с вами, с идейными, – вздохнула теткаЧари. – Не умеете вовремя остановиться. Правда, мой дурень был не изидейных, да тоже не сумел остановиться вовремя. Вот и крутись теперь слабаяженщина со всем хозяйством…

– А Перек?

– Перек хорошо умеет махать абордажным топором да лазить по мачтам.А для хозяйства нужна смекалка. Ничего, вскорости начну собираться в Ронеро,подожду пару дней, вдруг Зо на горизонте все же обозначится…

– Если появится, скажите ему, что я ушел в Харлан.

– Тоже, нашли место. Сплошные колдуны. Одно меня утешает: еслиэти твари, шары чертовы, пойдут дальше, от Харлана половинка останется…

– А вас не беспокоит, что они пойдут еще дальше?

– Они ж не могут переходить реки. Разве что найдетсясволочь, устроит им мост. Достаточно натянуть шелковинку поперек реки, иной нечистиэто, что мост каменный…

– Боюсь, сволочь отыскалась, – сказал Сварог. –Один сегодня был на базаре. В человеческом виде.

– А я решила, брехня.

– Я сам видел.

– Нет, пора отсюда сматываться. Уж если стали людьмиоборачиваться… Значит, его и в самом деле угрохали?

– Да как раз я его и… – сказал Сварог.

– Идите вы! Я-то думала, брехня, пришел старый Шовер, аэтот, не сбрехнувши, чарку ко рту не поднесет… – осеклась, уставилась черезплечо Сварога. – Вот сюрприз! Князь!

Сварог обернулся. Гомон приутих, даже фогороши заигралипотише. В дверях стоял светловолосый юноша, почти мальчишка. Вокруг высокойтульи шляпы поблескивает княжеская корона, на груди серебряная цепь (хотясогласно законам геральдики князю полагается носить золотую, строгоопределенного фасона).

Двое в кирасах и рокантонах[8] вошли следом,встали по сторонам двери. Тот, что проверял сегодня на окраине документыСварога, кивком показал на него князю. Князь направился к столу. Солдатыостались у двери. Тетка Чари проворно вскочила:

– Ваше сиятельство, честь какая… соизвольте снизойти, чембогаты…

На них таращились со всех сторон. Вспомнив, в какой онличине обретается, Сварог встал и низко поклонился, приложив обе руки к груди.

– Я Велем, князь Рута, – сказал юноша. – Где мыможем поговорить?

Тетка Чари побежала впереди:

– Сюда, ваше сиятельство, тут ни одна живая душа… – Онараспахнула дверь в просторную заднюю комнату, выскочила, вернулась с огромнымподносом. – Чем богаты…

– Поставьте и уходите, – бросил князь. – Станетеподслушивать – повешу.

Тетка Чари, пятясь, вывалилась за порог и тщательно прикрылатяжелую дверь, схваченную поперек коваными железными полосами. Князь нервнопрошелся по комнате, сел на скамью, посмотрел на Сварога:

– Садитесь. Кто вы?

– Путешественник, – сказал Сварог.

– Куда направляетесь?

– Вниз по реке.

Сварог задумался – отчего это князь так вежлив? Обычнолюбой, обладающий гербом, «тыкает» Вольному Топору без зазрения совести – еслитолько чувствует силу на своей стороне. Странное поведение для полновластногохозяина, привыкшего походя грозить виселицей встречным-поперечным…

Князь смотрел на него напряженно и беспомощно. Сварог ждал,скрестив руки на груди. Снаружи не долетало ни звука, дверь была сработана насовесть.

– Что у вас за странный флаг? – спросил наконец Сварог.

– Это флаг Пограничья. – Князь задрал подбородок свидом гордым и непреклонным.