Ларт Многодобрый - Елена Плахотникова

Хотя бы иногда.

Но эту мысль мы скромно замолчим. Мы, Лёха Непревзойденноскромный. Язык можно вывихнуть, если выговаривать.

– Вспомнил? Тогда твой нутер тебя убедительно просит: подняться, убрать этот зуб туда, где ты его прятал, и сопроводить очень голодного хозяина вниз. Блин, я сегодня пропустил обед! Могу я теперь спокойно поужинать?!

Странно, но мой ор подействовал. Крант встал, надел цепь с клыком на шею, убрал под одежду. И все это медленно, неохотно, явно напоказ. Смотри, мол, чего ради тебя мне приходится терпеть.

– Кстати, Крант, ты есть хочешь? – Очень уж внимательный взгляд стал у нортора. – Что-то я не видел, когда ты ешь…

– Нутер хочет увидеть меня за кормлением? – И опять эта дракульская улыбка.

– Нет, пожалуй, не хочу. Но если ты голоден, то с этим надо чего-то делать.

– Меня учили справляться с голодом.

– Сидеть голодным и терпеть?

– Или находить замену привычному корму.

– Ага. А-а… никаких проблем у тебя не будет с этой заменой? Или у меня?

– Нет.

– Ну тогда пошли. Ранул нас наверно заждался. Да и Марла…

Интересно, что скажет Марла?..

19

Трудно удовлетворить обиженную женщину. Особенно если она зверем может стать. Большим, хищным и кусачим. Или говорит, что может.

– Зачем ты мне это сказала?

– Не спрятать ипшу под тонким покровом, – ответила. Вроде как поговоркой. Понять бы только, чего Лапушка сказала. И к чему.

– Так ты ипша?

– Нет. Я из Кугаров. – Замолчала, потерлась плечом об меня. – И я ошиблась, Пушистый. Я очень ошиблась, – в самое ухо шепнула, словно в чем неприличном призналась.

– В чем ошиблась?..

– Думала, он из наших. Только Закатных. Или из Песчаных. Они тоже с красной шерстью. Вот и попросила за него. Прости. До Перелома трудно определить истинного Зверя. Я не чарутти…

Этот разговор о Мальке мы завели… в постели. У Марлы в комнате. Первый раз я оказался у нее.

– Так ты тоже Тень?

– А Крант тебе не сказал?

– Нет.

– Тень.

– Или Мастер Теней?

– Откуда узнал?!

Трудно отвечать, когда на тебе лежит полтора центнера живого веса.

– А если от Кранта? – хриплю и пытаюсь вздохнуть.

– Он не знает.

– Тогда угадал, – брякнул, что первое в башку пришло, и попал в точку.

– Тебе многое удается, Пушистый, – сказала задумчиво и откинулась на спину.

А я тем временем вентилирую легкие. Все-таки без груза намного легче дышится.

Ситуация как в анекдоте: «…А ты была когда-нибудь с культуристом?» – «Ага. Ощущения такие, словно на тебя падает шкаф…»

– Удается? Еще бы! Я же ларт.

И меня опять вмяли в лежанку. А она у Марлы потверже моей будет.

– Никогда не повторяй этого. Ты – не он!

– Но Машка…

– Огненная? Она ошиблась. Запомни: ты – не он!

– Точно?

– Я знаю вкус этих тварей.

– Так ты поэтому меня кусала? Проверяла?

– Не только. – Марла фыркнула. Как кошка. И отпустила меня.

Видел я как-то общение влюбленных кошек…

– Тогда мне все с вами понятно, Мастер…

– Не называй меня так, Пушистый. Не надо.

Это не угроза. И не просьба. Предупреждение. Пока еще. Первое. И, скорее всего, последнее.

– Ладно, Лапушка, не буду. Или так тоже не называть?

– А так называй.

Чем нормальный мужик занимается с бабой в постели? Спит? Тоже вариант. Я вот разговариваю. Все, чего мог, сделал, теперь вот отдыхаю. И ума-разума набираюсь.

Тяжело в деревне без пулемета, а в незнакомой местности – без знаний об этой местности.

«Туда нэ хады, там снэг в башка попадет… А туда хады – там баба сладкая живет…»

Вот и набираюсь этих самых знаний, где и как могу.

Как говорил незабвенный Пал Нилыч: «Живи и учись, чтоб делать глупости с умным выражением лица».

С глупостями – никаких проблем. С умным выражением?.. Ну я стараюсь.

– Лапушка, а чего это у Малька было?

– Где?

– Сначала на шее, потом в кулаке.

– Ты и на шее видел? – Марла удивлена и не скрывает этого.

– Видел. А не должен был?..

– Мало кто может видеть. Даже снятую гибору. Особенно такую.

– Какую?

– Сильный чарутти ее делал. На сильного Зверя. Мне бы сразу догадаться…

И Марла задумалась. Пришлось напомнить о себе. Любит Лапушка, когда ее гладят по спине.

– Ну увидел я эту ерундень. Ну и ладно. Все равно ведь не понял, зачем она.

– Чтоб Зверя удержать. Трудно это без гиборы.

– Ага. А на шее почему?

– Держать.

– А на руке? Тоже держать?

– Нет. На руке – хранить.

– Кого хранить? И от кого?

– Гибору хранить. Чтобы не потерять.

– Ну…

– Вот когда ты разрешишь Мальку подумать о детеныше, тогда он и наденет гибору ему.

– На шею?

– Да.

– А у тебя она тоже есть?

– Нет.

– Почему?

– Я не ипша. И не полукровка.

– А чего Крант болтал, мол, ипш больше нет?..

– Мало их осталось. Несмешанной крови.

– Почему?

– Говорят, норторы сильно охотились на них.

– Как на зверей? Из-за меха?

– Как на врагов. Очень опасных.

– И?..

– Многих убили. Но выжившие стали еще опаснее. Особенно для норторов.

– А зачем им это надо?..

– Кому?

– Ипшам, норторам.

– Говорят, древняя вражда между ними. И она древнее Мостов и Башен.

– Чего древнее?..

– Так говорят.

Ясненько, о мостах и башнях в другой раз.

– Лапушка, а…

– Пушистый, ты ко мне лежать пришел и говорить?