Сильмариллион - Джон Рональд Руэл Толкин

Рок этот, нежданный людьми, свершился на тридцать девятыйдень после отплытия флота. Мэнэльтарма извергла внезапный пламень, и налетелчудовищный вихрь, и земля сотряслась, и небо заколебалось, и горы сдвинулись сместа, и Нуменор погрузился в пучину, и с ним все дети его, жены и девы, игорделивые дамы; и все его сады, чертоги, башни и гробницы; все богатства,ткани и драгоценности, все картины, резьбы и статуи, и вся мудрость его — всеисчезло навеки. И самой последней, венчаная пеной, ледяная, громадная, прозрачнаяи зеленая волна, покрывая весь край, приняла в объятья свои королевуТар-Мириэль, что была прекраснее и серебра, и жемчуга, и слоновой кости.Слишком поздно пыталась она подняться по крутым тропам Мэнэльтармы кзаброшенной святыне; воды поглотили ее и ее последний плач захлебнулся в ревеветра.

Верно то или нет, что Амандиль истинно приплыл в Валинор, иМанвэ и Варда вняли его мольбе, но милостью валаров Элендиль, его сыны и ихспутники уцелели в гибельный тот день. Ибо Элендиль остался в Ромэнне, не вняввелению короля, собиравшего войско; и, скрывшись от воинов Саурона, что явилисьсхватить его и ввергнуть в пламень Храма, он взошел на корабль и стоял недалекоот берега, выжидая. Земля охранила его от чудовищного отлива, когда морехлынуло в бездну, а потом защитила от первого яростного натиска бури. Но когдавсепожирающий вал обрушился на землю и настал час гибели Нуменора, казалось,что корабли Элендиля сейчас перевернутся; и воистину, он счел бы куда меньшимнесчастьем погибнуть, ибо никакая смертная боль не могла быть ужасней гибельноймуки того дня; но тут налетел с запада бешеный ветер, какого прежде не виделилюди, подхватил корабли и далеко отшвырнул их; и изорвал паруса, и изломалмачты, разметав несчастных людей по морю, словно соломинки.

Было там девять кораблей: четыре корабля Элендиля, три —Исильдура и два — Анариона; и они бежали пред черной бурей, из сумерек рока вомрак мира. Под ними в неистовом гневе разверзались воды, и волны вздымалисьгорами, венчаными пеной, и пенные их вершины вонзались в небо меж обрывков туч;и через много дней море выбросило корабли на берег Средиземья. В те дни всеберега и прибрежные земли западного края претерпели изменения и разрушения, ибоморе вторглось на землю, и рухнули берега; и старые острова затонули, а новыевоздвиглись из волн; и осыпались горы, а реки потекли по новым руслам.

Позднее Элендиль и его сыновья основали в Средиземьекоролевства; и хотя их мудрость и мастерство были лишь тенью бывшего до приходаСаурона в Нуменор, велики казались они невежественным людям того мира. И многоповествуют иные предания о свершеньях потомков Элендиля в грядущей эпохе и обих борьбе с Сауроном, что еще не была завершена.

Ибо сам Саурон ужаснулся гневу валаров и жребию, что палволей Эру на земли и воды. Меньшего ждал он, надеясь лишь на гибель нуменорцеви их гордого владыки. И Саурон, восседая на черном троне посреди Храма,смеялся, услышав боевой клич труб Ар-Фаразона; и вновь рассмеялся он, услышавгрохот бури; когда же в третий раз смеялся он своим мыслям, думая о том, как,избавясь от аданов, будет он править миром — в разгаре веселья он был схвачен ивместе с троном и Храмом низвергнут в бездну. Но Саурон не был смертен, и, хотяон лишился облика, в коем содеял столь великое лихо — так что никогда уже не могявляться прекрасным в глазах людей — дух его взмыл из пучины, черным ветромперелетел море и вернулся в Средиземье, в Мордор, бывший его обиталищем. Там онвновь поселился в Барад-Дуре и жил, безмолвный и мрачный, пока не сотворил себеновый облик, воплощение зла и ненависти; и немногие могли снести взгляд ОкаСаурона Ужасного.

Но этого нет в повести о падении Нуменора — о том поведановсе. И даже название того края сгинуло, и люди не поминали более ни Эленны, ниАндора — Отнятого Дара, ни Нуменора на грани Мира; но говорили изгнанники наприбрежных землях, в тоске сердец своих обращаясь к западу, о Мар-ну-Фалмар,сокрывшейся под волнами, об Акаллабет, Падшей Земле, в наречии эльфов Аталантэ.

* * *

Многие Изгнанники верили, что вершина Мэнэльтармы, ПоднебеснойКолонны, не затонула навечно, но вновь поднялась из моря одиноким островом,затерянным среди волн; ибо было то священное место, и даже во дни Саурона никтоне осквернил его. И иные потомки Эарендиля позднее искали тот остров, ибоговорили мудрые, что в древности самый зоркий глаз мог разглядеть с Мэнэльтармысияние Бессмертного Края. Ибо даже после падения сердца дунаданов все еще былиобращены к западу, и хотя им ведомо было, что мир изменился, говорили они:"Аваллонэ исчез с Земли, и Амана более нет, и во мраке нынешнего мира ихне сыскать. Но они были и есть в истинном бытии и в том облике мира, каким онбыл изначально задуман."

Ибо верили дунаданы, что даже смертный (будь над нимблагословение) может искать иных времен, нежели жизненный срок их тел; и вечножелали они спастись от тени изгнания и хоть как-то узреть бессмертный свет; ибогорькая мысль о смерти гнала их в море. И потому их славные мореходы бороздилипустынные моря, надеясь отыскать остров Мэнэльтарма и узреть там видениебылого. Но они ничего не нашли. Как бы далеко ни заплывали они, им встречалисьлишь новые земли, похожие на старые и так же подверженные смерти. Те же, ктозаплывал дальше всех, всего лишь огибали Землю и, усталые, возвращались туда,откуда уплыли; и говорили они: "Все пути ныне замкнулись в кольцо".

И так в последующие дни посредством путешествий, а такжеизучения звезд, владыки людей узнали, что мир действительно стал круглым; и всеже эльдарам было дано, буде они пожелают, достигнуть Древнего Запада иАваллонэ. И потому людские мудрецы говорили, что Прямой Путь все еще существуетдля тех, кому дано найти его, И учили они, что, пока увядает новый мир, древнийпуть и тропа памяти о Западе все еще ведут, прорезая, словно невидимый мост,Слои Дыхания и Полета, которые искривились, когда стал круглым мир, и,пересекая Ильмэн, где живое не может существовать, приводит к Тол Эрессэа,Одинокому Острову, а быть может и в Валинор, где все еще обитают валары, следя,как идет своим чередом история мира. И рассказывали на побережье предания омореходах, сгинувших в пучине, что по милости судьбы или благоволенью валароввзошли на Прямой Путь и узрели, как под ними умаляется лик земли, и пришли козаренным огнями пристаням Аваллонэ, а быть может, и к последним отмелям накраю Амана и, прежде чем умереть, узрели Белую Гору, дивную и грозную.