На страницах окаменевшей истории - Саша Гран

Тем временем Мира приблизилась к Вольфгангу.

— Кто это? — тихо спросила она. — Ты хорошо знаешь этого бруяра?

— Алоис Браун. Он раньше был главой бруяров, но сейчас он передал всю власть своему сыну и живет в уединении на окраине Хундэхайма. А еще… — он внимательно посмотрел Джеку в спину. — Старик Алоис, когда я приезжал в гости мальцом, часто рассказывал, что дружил с нынешним сосудом Императора до момента, пока его тело не занял Его Величество.

Обливи задумалась.

— Когда Император занимает тело своего ребенка…значит ли это, что тот умирает?

— …технически, нет. Его душа просто сливается с душой Императора. Но личность…действительно исчезает. Так что в каком-то роде это можно назвать смертью. — вулстрат грустно опустил голову.

Миранна подумала, что это ужасно. Значит ли это, что этот старик когда-то потерял друга, а сейчас он служит правителю, по чьей вине тот умер?

Насколько же глубока любовь оборотней к Фердинанду, что они спокойно относятся к подобному?

Вскоре странный лес остался позади, и путники увидели впереди очертания города, выбитого из камня. Он находился в огромном углублении в виде купола, что означало, что это была крайняя южная точка Драфталка.

Каменные строения освещались слабым светом подземных фей, а также волшебными факелами цвета травы. Кроме того, подходя ближе, Хиро обратил внимания, что город был украшен, а издалека он слышал отголоски музыки. Это означало, что праздник вечных клятв начался и здесь.

Сейчас, глядя на этот город, у эльфа не исчезало впечатление, что он снова оказался под стенами Амирэна. Конечно, Хундэхайм был в разы меньше столицы Кассандрики, однако был таким же серым и также обнесен этим куполом, как Амирэн свой великой стеной.

Видимо, у Рин была такая же ассоциация, потому что, как только очертания города стали более четкими, она на минуту остановилась, чтобы посмотреть повнимательней.

— …

— Тоже чувствуешь странное ощущение родства к этому городу? — с улыбкой спросил эльф, поравнявшись с ней. Она посмотрела на него.

— Ты об Амирэне? Говорят, столица бруяров была разрушена 400 лет назад во время войны. Сенатор Джин прислал архитекторов-людей, чтобы помочь им со строительством. Так что Хундэхайм до сих пор иногда называют «маленьким Амирэном».

— Вот оно что… — эльф был впечатлен таким поворотом. — Так значит люди и бруяры довольно дружны?

— Так было всегда. Когда-то люди приручили диких обычных бруяров, так что для них ничего не стоило подружиться и с бруярами-оборотнями. — они услышали голос вампира. В это же время один из сопровождающих их бруяров подошел к девушке и уткнулся носом ей в руку. Ощущение мокрого носа на ладошке заставило ее вздрогнуть от неожиданности, но затем она посмотрела на оборотня, подошедшего к ней, и мягко потрепала его по голове.

— Ого, ты, кажется, ему нравишься! — обрадовалась Миранна. — Я слышала, что бруяры всегда чувствуют, кто плохой, а кто хороший!

— …тогда понятно, почему Гоку всегда рычал на генерала Кидо. — вздохнула Рин.

— Гоку? — спросила Мия.

— Мгн. Это обычный бруяр, который жил при Дворце Правосудия. Он всегда игрался с нами, когда мы были детьми. Однако он погиб в Великой Трагедии. Вампиры не пожалели даже животных.

— Обычные вампиры терпеть не могут ни вулстратов, ни бруяров. Неужели вы этого не знали, принцесса? — со вздохом спросил Джек. — Я отношусь ко всем терпимо, но вот мои сородичи не пожалеют тех, кто им не нравится.

— …в любом случае тот вампир, что убил Гоку, тоже умер бруярской смертью. — ответила она с каким-то льдом в голосе. — Я убила его в своей первой Северной Облаве. Это был первый сраженный мною вампир.

Видимо, в детстве Рин очень любила этого бруяра, раз в первую очередь прикончила его убийцу.

Сейчас же она как-то меланхолично смотрела на оборотня, который все еще терся ей в руку. Она продолжала гладить его, и, глядя на это, Джек не удержался.

— Что ж вы все его гладите, принцесса? Почему бы вам вместо него не погладить меня по голове?

Его спутники ошарашенно уставились на вампира, а сама девушка лишь дернула бровью и подняла на него взгляд.

— Зачем?

— Ну вы его гладите, потому что он этого захотел. А я тоже этого хочу.

— Ну ты же не бруяр…хотя…

Он сразу нахмурился.

— Ты опять сравниваешь меня с бруяром?! Я, между прочим…!

Он не договорил, потому что девушка молча подошла и протянула руку к нему. В следующую секунду она уже неловко гладила его по волосам с таким же холодным выражением лица.

От такой внезапной близости Джек зарделся. Он хотел оправдаться, что это была шутка, однако она заговорила раньше.

— Не знаю, правда, зачем тебе это, но мне не сложно.

Он проглотил все слова. Наверняка она бы нахмурилась, если бы он свел все в шутку. Как он уже понял, ей было неприятно, когда она попадалась на розыгрыши.

— Знаешь, вампирчик, будь у тебя хвост, как у бруяра, я уверен, он бы сейчас очень быстро вилял из стороны в сторону. — усмехнулся Вольфганг, выводя того из прострации.

— Э? Чего?! Какой хвост?! Вилял?! Ничего подобного! — он сразу же отшатнулся от девушки и отвернулся. Но спустя несколько секунд молчания он откашлялся. — Кхм…спасибо за вашу щедрость, принцесса.

Старый бруяр же с улыбкой наблюдал за ними, а затем тихо посмеялся.

— Эх, молодежь. Наставник Чжи, а вы стали живее, чем 65 лет назад.

— Чего? Живее? — вампир тут же непонимающе посмотрел на Алоиса.

— Когда мы встретились с вами, я был юн, но все видел уже тогда. Вы приехали вместе с Леоном и всюду ходили за ним по пятам, рассказывая о мире. Но вы были похоже больше на ходячую книгу, чем на живое существо — ваше лицо было таким мертвым. А сейчас вы не только выглядите так же, но и взгляд ваш словно помолодел.

— Кхм… — Джек снова откашлялся, а затем с улыбкой посмотрел на своих спутников. — Сейчас у меня другая компания. И я благодарен судьбе, что свела меня с ними. А Леон…он был хорошим парнем. Жаль только, что его будущее было предрешено.

В это же время они услышали топот еще большего количества бруяров и обернулись в сторону города.

— Отец!

К ним бежал зрелый бруяр, внешне похожий на Алоиса, но выглядел лет на 40–45*, в компании бруяров первого, второго и третьего рангов.

Старик сразу же нахмурился так, словно не хотел увидеть их здесь.

— Сиг, зачем ты пришел?

— Алоис, это