Дивизионный комиссар - Павел Корнев

— К капитану, — встрепенулся при нашем появлении дежурный оперативного штаба.

— Все? — уточнил я.

— Грай, Навин, Крамер, — объявил детектив, глянув в свои заметки. — Выходит, все.

Я обреченно вздохнул и потопал за остальными. Раз шеф вызывает к себе, значит, отнесся к предсмертному сообщению Генри Путеля всерьез.

Чую, сейчас адвокат Волина меня живьем есть начнет.

Но никаких адвокатов в кабинете капитана не оказалось. Вместо них в гостевом кресле вальяжно развалился советник Гардин. Он отрешенно побалтывал налитое в стакан с толстым дном виски, и кусочки льда мелодично позвякивали, ударяясь о стекло.

— Виктор, повтори, что тебе сказал информатор, — распорядился шеф.

— Понимаю, что все это выглядит как попытка из-за личных неприязненных отношений опорочить уважаемого человека… — замялся я.

— К делу! — потребовал капитан и с хмурым видом потеребил ус.

— Перед убийством Генри Путель сообщил, что Аарона Малоя нанял Роман Волин. Зачем — он не сказал. Не успел.

Советник Гардин в глубокой задумчивости уставился на бокал, потом отставил его на широкий подоконник, легко поднялся из глубокого кресла и отошел к окну.

— Волин и Малой могли встречаться в Нове? — спросил он. — Теоретически?

Инспектор Крамер откашлялся и вопросительно глянул на капитана. Шеф кивнул.

— По нашим сведениям, после побега из Осени Малой действительно перебрался в Нову, — произнес Петр. — Поэтому встречаться они могли. Теоретически.

— Ясно, — кивнул советник. — Но одни лишь слова стукача, ко всему прочему еще и мертвого, вряд ли будут сочтены достаточным основанием для ареста столь известной персоны.

Я кивнул, полностью разделяя это мнение.

— С другой стороны, — продолжил Гардин, — требуется в кратчайшие сроки взять ситуацию под контроль! И все лица, имеющие даже косвенное отношение к убийству судьи Бадина, должны понести заслуженное наказание вне зависимости от их статуса! — Он замолчал, отвернулся от окна и уставился на капитана. — У вас есть чем прижать Волина?

Капитан расслабил показавшийся ему излишне тугим узел галстука и спросил:

— Виктор?

Вот интересно: а почему именно Виктор?

Мне больше всех надо, что ли?

Хм… А ведь и в самом деле — больше всех. Как представлю, что этого мажора в камеру запихают, аж мурашки по спине. Гнида.

— Ну, найти основание для допроса и обыска не проблема, — вздохнул я, памятуя об арестованных в больнице телохранителях Романа, — но если не отыщется ничего существенного, в суде дело развалится.

— Значит, придется постараться, — веско заметил Гардин. — Обеспечьте основание для задержания Волина, и я возьму согласование этого вопроса на себя.

— Действуй, — распорядился капитан. — А ты, Ян, останься.

Навин озадаченно кивнул и опустился в кресло. Я вышел в приемную и обернулся к Крамеру:

— Инспектор, мне понадобится ваша помощь.

— Излагай.

— Телохранители Волина еще в изоляторе?

— Да, — подтвердил Петр. — Но к ним уже приехал адвокат.

Меня это известие нисколько не смутило.

— Отведите в допросную высокого, который с дубинкой был.

— С адвокатом?

— А что за адвокат?

— Какой-то из модных, не знаю такого.

— Давайте с ним.

Пока спускались в изолятор, я быстро объяснил инспектору свою задумку и отправился в помещение для допросов. Проформы ради выложил на стол протокол задержания, и когда караульные завели в комнату телохранителя Волина, то сделал вид, будто всецело занят его изучением.

— Кхм… — откашлялся адвокат. Солидный дядечка выложил перед собой папку и заявил: — Позвольте отметить…

— Одну минуту, — оборвал я его, дочитал лист и спросил: — Для протокола, мэтр, чьи интересы вы здесь представляете: задержанных или их работодателя? Кто вам платит?

— Вас совершенно не касается, от кого я получаю деньги! — возмутился адвокат. — Что же касается вопроса по существу, то я полностью и всецело представляю здесь интересы задержанных. И по этому поводу желаю…

— Значит, задержанных. — Я сделал пометку и уточнил: — Обоих сразу?

— Да! А простите, какое это имеет значение?

— Огромное, самое что ни на есть огромное. Кстати, вы уже проинформировали клиента о грозящей ему ответственности?

— Нападение на полицейского при исполнении? — улыбнулся адвокат. — От года до двух лет исправительных работ. Но в нашем случае…

— В нашем случае, мэтр, речь идет о заговоре с целью убийства должностного лица, — огорошил я и телохранителя Волина, и его защитника, — что подразумевает от семи до десяти лет каторжных работ.

— Заговор?! — вскинулся адвокат.

— По нашей информации, работодатель задержанных неоднократно высказывал угрозы в отношении известного вам сотрудника полиции и подстрекал задержанных к противоправным действиям в отношении его. Учитывая изъятие при задержании холодного оружия, а именно — телескопической дубинки и двух кастетов…

— Чушь! — выкрикнул телохранитель. — Полная чушь!

— Мэтр, — поморщился я, — попросите вашего подзащитного закрыть рот.

Адвокат толкнул клиента под столом ногой, и тот немедленно заткнулся.

— Итак, что мы имеем? — начал я. — А имеем мы двух приезжих господ, которым светит десятилетняя отсидка в Святом Кейне. И у вас, мэтр, однозначно возникает конфликт интересов, поскольку прокурор готов дать иммунитет тому, кто первым подпишет признательные показания. Поэтому второму задержанному будет предоставлен общественный защитник.

— Но…

— Помолчите, у вас еще будет возможность покрасоваться перед присяжными, — не удалось удержаться мне от подначки. — И вот что получается: если оба задержанных будут настаивать на своей невиновности, то следствие затянется, но от двух лет исправительных работ им в любом случае не отвертеться. Свидетельских показаний находившихся при исполнении служебных обязанностей детективов для вынесения обвинительного приговора вполне достаточно. Но если один из обвиняемых даст признательные показания, то выйдет на свободу, а его коллега получит по максимуму.

— Это возмутительно! — Адвокат резко поднялся из-за стола и отошел к входной двери. — Не говорите ни слова, — потребовал он от подзащитного и с угрозой заявил: — Я немедленно поставлю в известность господина Волина!

— Не смею вас задерживать, — только и развел я руками, а когда мэтр выскочил в коридор, с иронией посмотрел на задержанного. — Есть предположения, что сейчас советует общественный защитник твоему коллеге?