Авантюристка поневоле - Kирa Стрeльникoва

Через непродолжительное время ящик наконец поставили и почти сразу сняли крышку — девушка тут же выпрямилась, вдохнув полной грудью, и осмотрелась: они находились в небольшом трюме без иллюминаторов и всего с одной дверью, а снаружи слышался плеск волн о борт корабля. Пара матросов споро работала небольшими топориками, и к тому моменту, когда к ним спустился капитан-южанин, весь отряд заговорщиков покинул свои временные убежища.

— Сидите тихо, пока мы не отойдём от порта, — бесстрастно сообщил он. — Если кому потребуется в туалет, вон ведро, — капитан кивнул в угол. — Вечером, как пройдём сторожевые корабли, выпущу наверх.

После чего он вышел, закрыл дверь, и Эллиа услышала, как с той стороны её чем-то загораживают. Поскольку особо сидеть было негде, они с Дором так и оставались в ящике — тут по крайней мере, было чисто и сухо. Ли забралась к нему на колени, молча обняла за шею и прикрыла глаза, постаравшись расслабиться. В туалет не хотелось, чему она только порадовалась. В присутствии стольких мужчин Эллиа бы всё равно не смогла ничего сделать. Остальные заговорщики тоже сидели молча, каждый думал о чём-то своём, судя по отрешённым лицам. Девушка, прислонившись к груди Дора, задремала, убаюканная мерным стуком его сердца и покачиванием корабля, равномерным шумом, долетавшим с палубы и из порта. Сквозь дрёму ощутив, как качка стала немного другой, Элли догадалась, что они наконец вышли из порта, и снова потянулись томительные часы ожидания. Тишина в трюме давила на уши, но девушка слишком устала и испереживалась за последние дни, чтобы сейчас поддаваться эмоциям. Чувствуя крепкие объятия любимого, она черпала в этом спокойствие и уверенность, что всё действительно закончится для них двоих благополучно.

Услышав шум за дверью, Ли встрепенулась, покосилась на вход, и через несколько минут в их убежище появился капитан.

— Можете выходить, — бросил он. — Мы в море.

На лицах заговорщиков отразилось явное облегчение, и даже легерийский герцог расслабился, позволив себе лёгкий вздох.

— В Аппе будем дня через четыре, если погода не изменится, и никаких неприятностей не случится, — добавил южанин, едва заметно поморщившись.

Дор тихо шепнул, что Аппа — это порт в Легере, ближайший к их нынешнему местонахождению, и Эллиа кивнула. Завуалированный намёк капитана она тоже поняла, насчёт неприятностей — их могли доставить нелегальные пассажиры на его судне.

— Поскольку я вожу грузы, отдельных кают у меня нет, будете спать здесь, — продолжил он пояснять. — Мои люди сейчас вам повесят. Питаться — по желанию, или здесь, или на палубе со всеми, ужин через час будет. Пресная вода в бочках на палубе и у трапа, пользоваться аккуратно, — капитан покосился на Эллиа. — Лишнего не тратить. Где гальюн, Сайкс вам покажет, — южанин кивнул на стоявшего рядом с ним молчаливого матроса. — Если возникают вопросы, тоже к нему. Дор, девку свою держи рядом, чтобы по кораблю не шлялась одна, а то мало ли, что случится, — наёмник кивнул, а Эллиа подумала, что и сама не собирается в одиночку ходить по судну.

Больно надо ей искать приключений, хватит и того, что уже влипла в переделку. Кому-то из сопровождавших герцога что-то в словах капитана не понравилось, и один из мужчин, смерив южанина надменным взглядом, процедил сквозь зубы:

— Ты как вообще обращаешься к нам? Ты знаешь, кто мы такие?!

На что тут же получил невозмутимый, с лёгким оттенком пренебрежения, ответ:

— Не знаю и знать не хочу, господин хороший. Моё дело вас довезти до места, а остальное меня не касается.

— Хватит, — одно слово легерца, сказанное предупреждающим тоном, заставило возмущавшегося замолчать, не провоцируя ссору дальше.

Говоривший, метнув на капитана мрачный взгляд, скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. Пожав плечами, южанин вышел, оставив их в обществе Сайкса. Матрос повёл их в краткую экскурсию по нужным местам. Эллиа крепко держалась за руку Дора и прижималась к нему, ни на шаг не отходя — к гальюну они шли через большое помещение, где висели гамаки. Как догадалась девушка, здесь отдыхали матросы, и витал терпкий и густой запах смолы, пота и ещё какие-то не слишком приятные ароматы, у стен стояли рундуки, где команда хранила свои вещи. Ли с трудом удержалась, чтобы не заткнуть нос. Хорошо, им выделили отдельное помещение, там хоть дышать можно. Отхожее место представляло собой крошечную каморку с дыркой, в которую и предполагалось собственно всё делать. Эллиа страстно захотелось выйти на свежий воздух, было тяжело находиться здесь в духоте, иллюминаторов-то не было.

Тихонько потянув Дора за рукав и дождавшись, пока он наклонится к ней, Ли поднялась на цыпочки и шепнула:

— А мы можем подняться? Капитан же разрешил…

Дор улыбнулся и кивнул, чуть сжав её ладонь.

— Конечно, можем. Пойдём.

С большим облегчением она поднялась по трапу вслед за любимым на палубу и отошла к борту, с любопытством оглядываясь. На корабле Элли была первый раз, и ей всё казалось здесь необычным: и огромные паруса над головой, и мачты, по которым матросы бегали с ловкостью обезьян, и покачивавшаяся под ногами палуба. Капитан сказал правду, пушек тут действительно не имелось, к тайному облегчению девушки. А потом Эллиа облокотилась на фальшборт, переведя взгляд на зелёно-синюю гладь моря, покрытую белым кружевом пенных барашков. Дор встал за её спиной, прикрыв от взглядов остальных, обняв за талию и положив подбородок на макушку, и некоторое время Ли наслаждалась этими мгновениями близости, на губах невольно расползалась улыбка. Свежий ветер овевал лицо, и она порадовалась, что на ней много одежды — здесь, наверху, в отличие от трюма, было довольно прохладно.

— Пойдём на нос? — негромко предложил Дор через некоторое время, и Эллиа согласно кивнула.

Там они точно никому не помешают и не будут привлекать лишнего внимания. Устроившись на бухте каната, Ли положила руки на бортик и поставила подбородок, уставившись рассеянным взглядом на бесконечную гладь моря. Мерное движение волн завораживало, глаза скользили по то появлявшимся, то исчезавшим белым гребешкам, и мысли в голове также то появлялись, то исчезали, оставляя после себя едва заметный след. Ладони Дора легли ей на плечи, Эллиа прикрыла глаза ресницами, погрузившись в приятное оцепенение и наконец-то действительно расслабившись после напряжения последних часов. Рассеянно отметив, что остальные заговорщики тоже собрались здесь, на носу, Элли перестала обращать на них внимание, снова вернувшись к созерцанию моря. Оно ей нравилось, чем дальше, тем больше, хотелось смотреть и смотреть, наблюдая за непостоянством рисунка из волн и пытаясь угадать, где в следующий раз возникнет пенная шапка на гребне.

Чуть позже Дор сел прямо на палубу, с ней рядом, положив руку ей на колени и тоже прикрыв глаза. Погладив его по голове, она улыбнулась и тихо спросила:

— Устал?

Длинно вздохнув, Дор кивнул, не поднимая век, и Элли так и оставила ладонь лежать на его плече. Мимолётно герцогиня порадовалась, что от качки её не мутит, хотя про морскую болезнь она слышала. Матросы занимались своим делом и не обращали на неожиданных пассажиров никакого внимания. А время потихоньку клонилось к закату, солнце заливало небо золотисто-оранжевыми лучами и отражалось в море множеством искрящихся бликов, и Эллиа засмотрелась на калейдоскоп, снова погрузившись в приятное отстранённое состояние. Рассеянно покосившись на спутников, она заметила, как двое из сопровождения герцога сидят с совершенно зелёными лицами и страдальческими выражениями, и мысленно хихикнула — этим явно не до красот заката над морем.