Драконий оборотень - Евгения Витушко

Сев по-прежнему был немного бледен, но уже вполне определенно жив. Он сидел, глядя куда-то в пространство перед собой, рассеянно теребя в пальцах тонкий зеленый стебелек и время от времени задумчиво прикусывая его зубами. Можно было подумать, что он и не заметил моего пробуждения, однако теперь-то я уж точно знала, что это не так.

— Ты мне солгал.

Он едва заметно вздохнул, но не пошевелился.

— Прости…

— Ты мне солгал, — не слушая его, снова повторила я. И села, обхватив колени руками. — Ты сказал, что хорксы — единственное оружие, раны от которого смертельны для оборотней.

Сев, наконец, отмер — и обернулся ко мне. Судя по его слегка растерянному взгляду, он ожидал, что я заговорю совсем о другом. Ну-ну, оказывается, я все же могу удивить телепата.

— Ну, собственно… я и сам так думал, — после некоторого колебания признался он. — До сих пор нам как-то не доводилось вступать в открытый конфликт с дриадами. Пожалуй, это был не слишком приятный сюрприз. Для всех нас.

— Для всех вас, — без улыбки поправила я его.

Сев коротко кивнул, соглашаясь.

— Да, ты права. Для тебя-то это, похоже, сюрпризом не было. Нам всем повезло, что ты оказалась рядом.

— Можешь не благодарить, — я пожала плечами и принялась разглядывать кисточку ковыля, качающуюся возле моего правого колена.

— Я и не собирался, — откликнулся он.

Я, не удержавшись, хмуро покосилась на оборотня. Тот перехватил мой взгляд и невозмутимо пояснил:

— Глупо благодарить за спасение жизни. Куда честнее будет, при случае, ответить тем же.

— Честнее? — с иронией переспросила я. Честность в наших отношениях, определенно, заслуживала отдельного разговора. Сев явно понял намек, потому что, нахмурившись, поджал губы и больше не проронил ни слова.

Я снова отвернулась. Теперь молчание повисло между нами, словно тонкая паутина между ветвями — незримо, но осязаемо. Мне вовсе не хотелось начинать этот разговор, хоть я и прекрасно понимала, что рано или поздно поговорить все равно придется. И, судя по всему, оборотень понимал это тоже. И поэтому, в конце концов, заговорил первым.

— Прости меня, Мирра. Я собирался сказать тебе раньше.

— И что же? — я коротко взглянула на него и снова отвернулась. — За столько дней все времени не нашлось? Или, может, тебе это просто нравилось? — я помолчала немного и сумрачно добавила. — Я-то думала, мы с тобой друзья.

— Мы и есть друзья.

— Нет, Сев. Друзья втихаря не копаются в чужих головах.

— Ты так переживаешь по поводу всех голов в мире, или только по поводу своей?

— Не вижу разницы. Это в любом случае отвратительно.

— Мирра, — укоризненно произнес оборотень. — Обвинять меня в том, что я могу слышать чужие мысли так же несправедливо, как обвинять тебя в том, что ты можешь превращаться в ящера. Это наша природа, и от нас она практически не зависит.

— Это не одно и то же.

— Разница незначительна. А насчет того, что я не говорил об этом… Ты ведь тоже не рассказывала мне о своих превращениях, мне пришлось самому догадываться, но я ведь не ставлю тебе это в вину.

— И где же ты видишь тут сходство? — возмущенно переспросила я. — Все, что я делала — это скрывала от чужих глаз часть собственной жизни. То же, что делаешь ты — это в чужую жизнь вмешиваешься… В личную жизнь, надо заметить. Да еще и без спроса!

— Я действительно хотел тебе все рассказать, — снова принялся оправдываться Сев. — Но сначала для этого не было времени — телепорт закрылся, надо было подумать, как добираться до дома, и прочее… А потом просто как-то отпала необходимость в объяснениях.

— То есть, как это — отпала? — я опять сердито прищурилась на него. — Или ты подумал и решил, что и так сойдет?

— Нет!.. Просто в один прекрасный момент я… перестал тебя слышать.

— Что? — я тут же недоверчиво уставилась на оборотня.

— Сам не знаю, как вышло, — он пожал плечами. — Но поскольку твоя личная жизнь, как ты изволила выразиться, оказалась вдруг вне опасности, я решил, что и в объяснениях нет нужды.

Сомневаться в его искренности у меня не было ни малейших оснований, однако слова оборотня меня озадачили. Мои мысли тут же потекли в новом направлении.

— Как же это могло произойти? Когда? Когда ты перестал меня… слышать?

— Почти сразу же после отъезда, — не раздумывая, ответил оборотень. — В первый день мне еще повезло понаблюдать за твоими метаниями между здравомыслием и суеверным страхом. Потом ты вспылила из-за нашего спектакля, разыгранного с твоим отцом. Позже я слышал, как ты отправляла кузнеца обратно за своей сестрой и… все. На следующее утро я обнаружил, что больше не слышу тебя. С непривычки ощущение было такое, словно я внезапно оглох. Честно говоря, это даже порядком раздражало. Мне пришлось довольствоваться обычными способами, чтобы продолжать общаться с тобой — узнавать твое настроение, мысли, предугадывать поступки. А последнее, надо сказать, оказалось не так-то просто, учитывая твое умение находить приключения на свою отчаянную головушку.

Сев едва заметно усмехнулся.

Я продолжала раздумывать над его словами, пытаясь найти ключ к разгадке собственной внезапной телепатической неуязвимости. Драконья кровь? Что ж, это возможно. Но ведь, поначалу-то, он меня прекрасно слышал. Значит, это явно что-то другое. Что-то извне, чего не было у меня в начале путешествия, но что появилось после той ночи в Оресте. Но что же это могло быть? Я задумчиво вертела между пальцев серебряную цепочку, болтающуюся на шее. Рука машинально нащупала плетеную ладанку, выскользнувшую из-за ворота блузы. Некоторое время я рассеянно теребила ее в пальцах, то пряча в кулак, то снова отпуская — и вдруг недоверчиво уставилась на нее так, словно впервые увидела.

Медальон кузнеца! Вот, что впервые появилось у меня в Оресте. Я удивленно впилась взглядом в хрупкую изысканную вещицу. А ведь и впрямь, мне еще тогда показалось, будто это не совсем обычное украшение. Удивлялась еще, что такая ценная вещь принадлежит простому кузнецу.

Я еще раз внимательно взглянула на медальон. Что же ты за артефакт? И немного подумав, вызвала Всевидящее Око. В солнечном свете над сложным узором серебряных нитей едва различимо клубился бледный зеленоватый дымок. Тонкие завитки то сплетались в сложные руны, то снова рассеивались, однако прочесть их мне так и не удалось. Странная магия. То ли слишком древняя, то ли слишком чужая. Тем не менее, если до сих пор со мной так ничего и не произошло (да и прежний хозяин выглядел вполне цветущим), стоит пока, пожалуй, оставить его на прежнем месте.

— Что это у тебя? — оборотень тоже обратил внимание на серебряный медальон и протянул к нему руку. — Где ты его взяла?

— Подарок друга, — я ловко выдернула ладанку из его пальцев. — И не меняй, пожалуйста, тему разговора.