Душа наизнанку - Игорь Конычев

– Правда?

– Нет, конечно. – Теперь настала моя очередь нервно хмыкнуть. Щелкнув поворотником, я перестроился в другой ряд и прибавил хода. – Наоборот, у меня коленки тряслись, первые боев десять! Домой хотелось, к маме, прогуливать школу и есть печеньки!

– А сейчас не хочется?

– Хочется, конечно, но нельзя. И тогда нельзя было. И сейчас. Отец всегда говорил, что есть дела, которые надо просто сделать, и всё. Сегодня нас ждет как раз одно из таких дел. Да и выбора, по сути, нет – сама же сказала: Рада рано или поздно нас найдет, так чего откладывать неизбежное?

– И все равно, мне как-то не по себе. Раньше уверенности больше было, а чем ближе бой, тем сильнее меня трясет, – призналась ведунья. – Когда испытание древних проходила – меньше переживала.

– Тогда я буду храбрым за нас двоих.

– А сможешь?

– Будто бы у меня выбор есть. – Я криво усмехнулся. – Знаешь…

– Погоди! – Варвара вздрогнула и резко вскинула руку, призывая мне к тишине. Ведунья затаила дыхание, ее взгляд затуманился, стал пустым, словно она смотрела не на дорогу, а на то, что не могут видеть другие.

Так продолжалось, наверное, с минуту, после чего Варвара шумно выдохнула и судорожно вдохнула.

– Они идут… – тревожным шепотом поведала она. – Идут за нами. Теперь обратного пути уже нет.

– Значит, и бояться смысла уже не имеет. Пан или пропал, как говорится.

– Именно. – Варвара сжала цыганскую книгу так, что костяшки ее пальцев побелели. Когда она сама осознала, что все предрешено и боя не избежать, то сумела обуздать свой страх. Удалось ли ей это полностью или только частично – трудно было сказать, но голос ведуньи стал жестче и решительнее. – Пан или пропал, – повторила она.

Небольшую поляну заливали алеющие лучи заходящего солнца. Оно медленно клонилось к закату, уже почти скрывшись за пышными зелеными кронами высоких деревьев. Дул легкий ветерок, принося с собой вечернюю свежесть и лесные запахи.

Было тихо. Только небольшой веселый ручеек гнал свои воды за ближайшим пологим холмиком, выныривая из лесу, огибая поляну и снова скрываясь где-то за деревьями. Мы с Варварой сидели прямо на траве, что все еще хранила накопленное землей за день тепло. Говорить не хотелось, поэтому мы просто обнимали друг друга и слушали журчание воды.

Никогда бы не думал, что можно просто вот так вот сидеть и наслаждаться моментом. Волосы сидящей впереди девушки щекотали мне лицо и пахли цветами. Мои руки обхватывали ее тонкий стан, а ее ладони покоились на моих.

Последние мгновения тишины и спокойствия.

– Я это место давно заприметила, – тихо сказала ведунья. Она повернулась и положила голову мне на грудь. – Как-то собирала в лесу травы и случайно вышла сюда. Потом часто приезжала, чтобы попрактиковаться со своим даром или просто побыть одной. Лежала на пледе у ручья и читала. Тогда мне всего хватало, а сейчас – полной грудью дышу, да все надышаться не выходит. Хочу, чтобы ты никогда меня не отпускал. Сейчас бы замедлить время, да еще вот так посидеть, хотя бы чуть-чуть…

– Время не замедлить, – так же тихо ответил я, словно боялся нарушить наше единение и потревожить царящее вокруг природное спокойствие. – Оно идет своим чередом. Но именно его ход и позволяет нам ценить такие моменты, как этот.

Варвара ничего не ответила, только едва заметно кивнула. Прикрыв глаза, она мечтательно зажмурилась, погладила мои руки.

– Вряд ли мы сюда еще вернемся, – с печалью в голосе наконец произнесла она, – после того, что здесь случится, это место уже никогда не станет прежним.

– Тогда стоило выбрать другое.

– Нет. – Девушка покачала головой. – Здесь я сильнее. Здесь мне поможет Мать-Земля. Нам поможет. Надеюсь, она впитает кровь, умоется дождями и оправится, как делала это уже множество раз, во все времена. Надеюсь.

Теперь промолчал уже я. Не говоря ни слова, я крепче прижал девушку к себе.

– Влад, – сказала она, – я… я тебя…

– Хватит миловаться, – из-за деревьев бесшумно появился Добрыня, а следом за ним вышли и Даша со Ставром и Святогором, – дела ждут. Гости на подходе.

Смутившись, Варвара встала и отошла в сторону, а я наградил волколака недовольным взглядом:

– Не мог чуть-чуть задержаться?

– Я-то мог, – он развел руками, – а вот колдуны очень спешат. Слышишь?

Я прислушался, но не смог разобрать посторонних звуков. Оно и немудрено – слух у меня совсем не такой, как у волколака. Зато что-то почувствовала Варвара – она опустилась на колени и приложила ладони к земле.

– Скоро явятся, – подтвердила ведунья слова Добрыни. – Чувствую, как Земля под их ногами стонет. Неприятно ей, когда ноги колдунов ее топчут.

– А коли мы их тела на нее сложим да кровушкой зальем – не осерчает? – хохотнул Добрыня, после чего скомандовал: – Ладно, мальчики налево, девочка направо. Сейчас вернемся.

Двое черных волколаков отправились за вожаком, Дарья же задержалась. Она посмотрела на Варвару, на меня, шмыгнула носом, а потом подалась вперед и сгребла нас в крепких объятиях.

– Вы уж не помрите… – прошептала волчица.

– Ты тоже!.. – сдавленно пискнула Варя, когда Даша, не рассчитав силы, стиснула нас значительно сильнее, чем может это сделать человек ее комплекции.

– Постараюсь, – пообещала нам девушка, после чего выпустила нас, еще раз оглядела и, подмигнув, поспешила за деревья.

– И снова мы вдвоем.

– Только времени не осталось, – с сожалением сказала Варя. – Я хотела бы тебе еще многое сказать, но мне тоже нужно подготовиться. – С этими словами она поцеловала меня, после чего опустилась на землю, присев на колени, плотно прижав траву ладонями и закрыв глаза.

Один я остался не при делах. Хотя почему же? Я отошел чуть в сторону и начал разминаться. Этот простой своеобразный ритуал я повторял перед каждой тренировкой. Разогревая и растягивая мышцы, я готовил тело к нагрузкам, а движения, ставшие уже чисто механическими, позволяли очистить разум похлеще всякой медитации.

И это было очень кстати! Мне просто необходимо было упорядочить мысли, так как перед грядущим боем они смешались, порождая тревогу и страх. Я боялся потерять Варвару, Дашу, даже за Добрыню с парнями боялся больше, чем за себя. Но страх – плохой союзник. Он мешает, делает слабым, неуверенным.

Он не нужен.

Постепенно разогревая тело, я пробуждал в душе злость – единственное чувство, которым у меня всегда получалось вытеснить остальные. Представляя себе противников, я распалялся все сильнее и сам не заметил, как закончил разминаться и начал нетерпеливо мерить поляну шагами, расхаживая взад-вперед. Сжимая и разжимая кулаки, тяжело дыша, я неотрывно смотрел в ту сторону, откуда теперь явственно слышал нарастающий шум.