Четырнадцатое, суббота - Владимир Жариков

- Молоток Лешек! - воскликнул я.

- А энтот ирод мне гудит, - она показала на Кощея. - Срочно, мол, будь на берегу Синявы за мостом, так я и подумала невесть что. До Синявы-то не то, что до Смердяши нашей, али до Лысой горы, не ближний свет. Вона, избушку чуть не загнала, уморилась, бедная!

Изба застенчиво сплющила чердак и, выпустив клуб дыма из трубы, издала шипение.

- Так энто, Ваня, и есть твои друзья? - спросила Яга, оглядывая моих ребят.

- Да.

- И чтоб с ими познакомиться, мне понадобилось в энту тмуторокань переться?

- Не совсем, - сказал Кощей. - Нам надо открыть врата. Дело в том, что ради спасения любимой девушки, Ивану пришлось подарить амулет Золотого Льва одному негодяю. А я могу открыть врата только при содействии твоей избушки. И нам надо торопиться, у нас времени каких-то полчаса.

- А назад-то она воротится? - с сомнением произнесла бабуля.

- В прошлый раз же вернулась.

- Поклянись, изверг, что не оставишь меня сиротинушкой бездомной!

- Клянусь! - Кощей торжественно поднял два пальца в небо.

- Что ж ты делаешь, ирод окаянный! - она достала из-за пазухи вилку на золотой цепочке. - На вот, на трезубце Люцифера клянись!

- Клянусь, - повторил Кощей, дотрагиваясь рукой до вилки.

- Грузитесь, - нехотя проскрипела бабуля.

Мы распрощались с Кощеем, с Ягой, похлопали по шеям Горыныча. Все-таки это был зверь. И преумнейший! Его Кощей приволок с какой-то отдаленной планеты, не помню уже с какой. Разместившись в избе на лавках, мы стали ждать, что произойдет. За окном Кощей делал какие-то пассы руками, прыгал, крутился волчком и при этом производил вид нанайского шамана. Избушка задрожала, на мгновение нас ослепила сиреневая вспышка, резкий толчок и тишина…

* * *

- Что это было? - спросила Ленка, чисто риторически.

- Ребята, утро уже, - Катька зевнула и сладко потянулась.

Мы все словно отходили от ночного кошмара или приходили в себя после хорошей попойки.

- А мы, кажется, вчера крепко выпили, - заметил Леха.

- Вчера? Это было не вчера, - сказал командор. - Какое сегодня число?

- Суббота, четырнадцатое августа, - ответил я, взглянув мельком на часы.

- Не может быть, мы там пробыли не меньше трех недель!

- Значит, нам все это приснилось.

- Не могло такое присниться, - сказала Катька. - Как вспомню, что была лягушкой, до сих пор мурашки по коже.

- А думаешь в гробу живой лежать намного приятнее? - спросила Ленка.

- Да бросьте вы, ребята, - сказал Леха. - Все это или глюк или сон. Не могло этого быть, не могло!

- Погодите, погодите, - я вскочил и стал рыться в рюкзаке. - Вот она!

Я достал видеокамеру и стал прокручивать кассету. Вот Лешек. Ну и что? Парень и парень, может из местного населения. А вот волк.

- Ух, ты! - воскликнул командор. - Где ты такого волчару снял? Да так близко!

- Это же Вольф, оборотень. Он сейчас в человека превратится.

Но там, где должно состояться превращение, на пленке оказались помехи. А тот кусок, где я снимал Горыныча, летящего параллельным курсом, вообще оказался стерт.

- Ладно, ребята, - сказал командор. - Забили все! В смысле забыли на все. Ну и забили тоже. Кому рассказать - все равно не поверят. Если кто хочет, может рассказ написать в стиле фэнтези, в журнал какой-нибудь послать, где платят больше. Давайте шевелиться, у нас дел - конь не валялся. Кто дежурный?

- Я. - скромно опустив голову, я потупил глаза.

- Варишь геркулесовую кашу. Остальные - вязать плот.

- А пусть лучше девчонки сварят кашу, - предложил я. - А мои крепкие мужские руки пригодятся для сборки плота.

- Договаривайся! Да, все вещи из избы - долой!

Мы вытащили наши походные шмотки из избы, сложили их кучкой.

- А это тебе зачем? - спросил командор, указывая на ковер-самолет.

- Так, сувенир.

- Оставь в избе. Все равно здесь он летать не будет.

- Так уж и быть, завтрак мы приготовим, да, Ленк? - сказала Катька. - Цени нашу доброту. Но за тобой обед и ужин.

- Ладно.

Каждый занялся своим делом. Командор достал командорский запас стропы, мы подтащили бревна к воде и стали их связывать.

- Смотрите, а это что за гусь? - Леха показал пальцем на перекат.

Метрах в ста ниже от места, где мы собирали плот, по перекату, почти по пояс в воде, борясь со стремительным течением, брел человек. Он был нечесан, бородат и одет в лохмотья. На плече он тащил мешок. Увидев нас, он заспешил к берегу, но не для того, чтобы пообщаться с нами, а чтобы поскорей удрать. Не узнать этого типа просто невозможно. Это был толмач, отнявший у меня амулет и чуть не зарезавший Катьку. Ну, сейчас он мне за все ответит!

Я побежал к перекату.

- Вань, ты куда? - удивились ребята.

- Набить морду этому типу!

Почти у берега мужичок упал, уронил мешок. Когда поднял, в мешке образовалась прореха, из нее посыпались мелкие сверкающие камушки. Толмач перехватил мешок обеими руками, прижал прорехой к животу, но ветхая ткань порвалась окончательно, все содержимое мешка моментально оказалось в воде. А расплата в виде разъяренного меня была уже близка! Мужичок отчаялся собрать утерянное, пулей выскочил на берег и припустил в сторону леса со скоростью, которой позавидовал бы самый лучший спринтер. Я гнался за ним метров триста.

- Да оставь его, Вань! - кричали мне вслед ребята. - Да брось ты, в самом деле!

Я запыхался и прекратил преследование.

- Кто это? - спросил командор, когда я вернулся.

- Да так, гад один.

- Ребят, а где третий кан? - крикнула Ленка, возившаяся у костра с посудой.

Третьего кана нет, его утащили цыгане. Но ребята об этом еще не знают. Девчонки еще не знают, что и их палатки тоже нет.

- Посмотри в избе, - крикнул Леха. - Может, там остался.

- А где изба?

Да, избы уже не было. Она вернулась в свой мир, к законной хозяйке, а когда, мы так и не заметили. Так что бабуля Яга не останется бездомной сиротинушкой.

Через три часа плот был готов и покачивался на волнах за перекатом, там, где толмач рассыпал свой мешок. Мы начали грузить вещи.

- Ой! Смотри! - Катька показала в воду у берега.

Там, среди донных камней, блеснул маленький прозрачный камушек. Я поднял его из воды. Камушек засверкал на солнце огнями.

- Это алмаз, - сказал я, убирая камушек в карман.