Чёрный дом - Стивен Кинг

— Да, но на нем могут быть отпечатки пальцев. Я хочусказать, на нем множество отпечатков, но экспертиза может выявить самые свежие.Легко. Он мог надеть перчатки, а мог и не надеть. Если он звонит и пишет нетолько родителям, значит, перешел в Фазу два. Ему уже мало убивать. Он хочетпоиграть с тобой. Может, даже хочет, чтобы его поймали и остановили.

— Телефон. Свежие отпечатки пальцев на трубке. — По голосучувствуется, что Дейл клянет себя за столь явный промах, и сердце Джекапереполняет жалость. — Джек, я с этим не справлюсь. Я в растерянности.

Джек прекрасно понимает, что сейчас не время корить Дейла зарастерянность. Есть дела поважнее.

— Кого ты можешь послать к телефону?

— Полагаю, Дита Джесперсона и Бобби Дюлака.

«Бобби, — думает Джек, — слишком хорош, чтобы надолгооставлять его у магазина „С семи до одиннадцати“.»

— Пусть они опечатают телефон желтой лентой и поговорят спродавцом. А потом приезжают к нам.

— Хорошо. — Дейл мнется, но задает вопрос. В голосе слышитсяпризнание полного поражения, отчего Джеку становится грустно. — Что-нибудь еще?

— Ты сообщил в полицейское управление штата? В округ?Фэбээровец в курсе? Который мнит себя суперагентом.

Дейл фыркает:

— Э… в общем, я решил уведомить их чуть позже.

— Хорошо, — отвечает Джек, и удовлетворенность в его голосезаставляет Генри отвлечься от красот природы и, вскинув брови, повернуться ксвоему другу.

***

Давайте поднимемся вновь, на крыльях орлов, как сказал быпреподобный Лэнс Ховдал, лютеранский пастор Френч-Лэндинга, и полетим вдольчерной ленты шоссе № 93, по направлению к городу. Мы достигаем шоссе № 35 иповорачиваем направо. Справа от нас — заброшенная, прорубленная в лесу дорога,которая ведет не к золотому кладу дракона и не к секретным копям гномов, но кчерному дому, неприятному во всех отношениях. Чуть дальше мы видимфутуристический купол «Гольца» (во всяком случае, он выглядел футуристическим всемидесятых). Все наши ориентиры на месте, включая заросший травой проселок,который уходит от шоссе влево. Он-то и ведет к полуразрушенному дворцуобжорства Эда Гилбертсона.

Позвольте нам устроиться на телефонном проводе, которыйпротянут над землей поперек проселка. Он так и гудит под нашими птичьимилапками: подруга Полы Храбовски, Миртл Харрингтон, рассказывает о теле (илителах), лежащих под прогнившей крышей «Закусим у Эда» Ричи Бамстиду, который всвою очередь, передаст эту информацию Нюхачу Сен-Пьеру, скорбящему отцу идуховному лидеру Громобойной пятерки. Гул голосов в телефонном проводе,наверное, не должен нас радовать, но радует. К сплетням мы, безусловно,относимся отрицательно, но как возбуждающе действуют они на человеческие души!

И вот с запада появляется патрульная машина. Том Лунд зарулем, Дейл Гилбертсон — рядом с ним. А с востока — темно-красный, цветабургундского, пикап Джека. Джек взмахом руки предлагает Дейлу ехать первым,следует за ним. Мы взмахиваем крылышками, поднимаемся над ними, потом обгоняем.Приземляемся на ржавую бензоколонку «Эссо», чтобы следить за дальнейшимразвитием событий.

***

Джек медленно едет по проселку к развалюхе, окруженнойвысокими сорняками и золотарником. Он ищет на траве свежие следы, но видиттолько те, что оставлены колесами патрульной машины Дейла и Тома, котораядвижется впереди.

— Кроме нас, здесь никого нет, — сообщает он Генри.

— Да, но надолго ли?

«Надолго не получится», — ответил бы Джек, если б счелнужным. Вместо ответа он останавливает пикап рядом с машиной Дейла и вылезаетиз кабины. Генри опускает стекло, выполняя приказ, остается на месте.

«Закусим у Эда» когда-то представляло собой простоедеревянное здание размером с товарный вагон «Берлингтон нортерн» с плоскойкрышей. У южного торца в одном из трех окошек продавалось мягкое мороженое. Всеверном клиент получал малорадующий глаз хот-дог или еще менее аппетитные навид жареную рыбу с чипсами. Середину занимал маленький ресторанчик: раздаточныйприлавок и высокие, обтянутые красным кожзаменителем стулья. Теперь южная частьрухнула, возможно, под тяжестью снега. Все окна разбиты. На стенах граффити:Такой-то хрен собачий, мы трахали Пэтти Джарвиз, пока она не завопила, ТРОИЛЮБЕТ МАРИАНН, но не так много, как ожидал Джек. Все стулья, кроме одного,вырваны с корнем.

В траве стрекочут цикады. Стрекочут громко, но все же нетак, чтобы заглушить жужжание мух, доносящееся изнутри. Мух ужасно много,словно они проводят мушиный конгресс. И…

— Ты чувствуешь запах? — спрашивает Дейл.

Джек кивает. Разумеется, чувствует. С этим запахом он ужепознакомился ранним утром, только здесь куда сильнее. Потому что его источник —большая часть тела Ирмы. Куда большая, чем ступня в коробке из-под обуви.

Том Лунд достает носовой платок и протирает широкое,печальное лицо. Уже тепло, но не так, чтобы на его щеках и лбу выступилостолько пота. И кожа у него восковая.

— Патрульный Лунд, — окликает его Джек.

— А! — Том подпрыгивает и нервно поворачивается на голос.

— Возможно, тебе надо проблеваться. Если чувствуешь, чтонадо, сделай это вон там. — Джек показывает еще на один проселок, болеезаросший в сравнении с тем, по которому они приехали. Вроде бы он тянется к«Гольцу».

— Я сейчас приду в норму, — отвечает Том.

— Я знаю, что придешь. Но если тебе нужно опорожнитьжелудок, сделай это так, чтобы твоя блевотина не выплеснулась на вещественныедоказательства.

— Я хочу, чтобы ты протянул желтую ленту вокруг всего дома,— говорит Дейл своему подчиненному. — Джек? На пару слов.

Дейл кладет руку на плечо Джека и увлекает его к пикапу.

Хотя Джеку есть о чем подумать, он отмечает, какая сильнаяэта рука. И дрожи в ней нет. Пока, во всяком случае, нет.

— В чем дело? — нетерпеливо спрашивает Джек, когда они останавливаютсярядом с дверцей со стороны пассажирского сиденья. — Мы же хотим все осмотретьдо того, как сюда сбежится весь мир, не так ли? В этом весь смысл, или я тебя…

— Ты должен взять ногу, Джек, — говорит Дейл. Добавляет:

— Привет, дядя Генри. Отлично выглядишь.

— Спасибо, — отвечает Генри.

— О чем ты говоришь? Эта нога — вещественное доказательство.

Дейл кивает:

— Вот я и думаю, что это вещественное доказательство должнобыть найдено здесь. Если, конечно, у тебя нет желания двадцать четыре часаотвечать на вопросы в Мэдисоне.