Драконы Кринна - Кевин Т. Стейн

Изумление исказило черты эльфа. Он медленно ослабил натянутую тетиву и со стоном осел на землю.

Кэн принялся поздравлять Слита, но того больше не было. Рядом с мертвым эльфом стоял другой эльф, до мельчайших деталей похожий на первого, но с окровавленным драконидским кинжалом в руке.

— Всегда хотел сделать это! — воскликнул Слит-эльф.

Они так давно не участвовали в боях, что Кэн успел позабыть о способности сиваков принимать вид только что убитого ими существа.

Всех драконидов Королева наделила особым даром — даже после смерти они могли серьезно навредить врагу.

Кэн особенно гордился тем, что, когда придет время вернуться к Владычице, его кости, как и у любого базака, взорвутся, раня убийцу даже после смерти. Труп сивака принимал внешний вид убившего его, а сивак-победитель мог видоизмениться и выглядел как его жертва, что помогало лишать врагов присутствия духа — мало кто останется равнодушным, встретив друга, которого считал мертвым. Даже занимающие низкое положение баазы превращались в камень, заключая оружие врага в своих телах, чем серьезно мешали ему продолжать бой.

Кэн испустил недостойный вздох облегчения, подошел к помощнику и хлопнул его по плечу:

— Хорошая работа, Слит. Я было подумал, что вот-вот отправлюсь прямиком в Бездну. Проклятие! Ты чуть не напугал меня, приняв вид этого распроклятого эльфа!

Слит ухмыльнулся, польщенный похвалой:

— Командир, тут может оказаться больше одного эльфа. Отправлюсь-ка я на поиски. Разве я не выгляжу точь-в-точь как эти олухи?

Кэн расхохотался булькающим смехом:

— Да-да, иди и выследи их. Когда закончишь развлекаться, я встречусь с тобой в твоем нормальном обличье в лагере. Если не вернешься к заходу солнца, я пошлю заняться дальней стороной Комоса с разведгруппой.

Слит вытер окровавленный кинжал об одежду мертвого эльфа и крадучись, со всеми предосторожностями пошел в глубь леса, а Кэн поспешил назад к инженерному отряду.

Они вновь взялись за работу, но бригадир заметил, что его дракониды беспокоятся и непрестанно останавливаются, чтобы осмотреться по сторонам. Такими темпами на строительство проклятого моста у них уйдет шесть месяцев!

Придав лицу суровое выражение, Кэн целенаправленно зашагал к командиру отряда:

— Где, Бездна тебя побери, часовые, Глот?

Глот, ответственный за это офицер, нервно подпрыгнул. Взгляд его глаз метался туда-сюда по массивной фигуре бригадира — ростом Глот был примерно по плечо Кэну. Тихое щелканье выстраивающихся в ряд чешуек — только это и требовалось услышать базаку.

— Не говори мне, что испугался одного остроухого! Ты, сопливое отродье. Подтяни свое дряблое ленивое тело. Я видел детенышей, которые были храбрее тебя! Ради любви к Королеве тебе стоит запастись хладнокровием в своих жилах или я отправлю тебя в главный лагерь сторожить пленных кендеров! Ну, и к какому демону делись твои проклятые часовые?

Взгляд Глота дико сновал из стороны в сторону.

— Командир… Ты сказал, что у меня четырнадцать часов на то, чтобы сделать трехдневную работу! Я никак не могу выделять строителей для несения караула!

Отругав офицера, Кэн понял, что должен восстановить того в собственных глазах. Он отозвал подчиненного в сторону и, положив руку на его дрожащее плечо, произнес более мягко:

— Слушай, Глот, я понимаю, что здесь не просто — сложнее, чем когда-либо было, но это наша битва, наш мост. Ты должен творить чудеса, и отряд ждет от тебя этих чудес. Отдай им свое сердце и свой боевой дух, и чудеса свершатся. Я знаю, в тебе есть на это силы. Помнишь наш кулачный бой?

Глот задышал полной грудью, возможно, впервые с тех пор, как стрела ударила в дерево. Во время памятного кулачного боя он обрушился на Кэна с такой яростью, что тот был уверен — что когда-нибудь Глот окажется первым в очереди на пост бригадира. У драконида были способности к этому, и он вновь начал их проявлять.

— Да, командир, — произнес Глот, выпрямляясь. — Больше этого не повторится. И, командир, вечером мы будем готовы к сборке моста. Мы также будем готовы встретить любого эльфа, который осмелится вновь показать свою уродливую физиономию в этих лесах. — Офицер не отличался особым умом, но напористости его хватило бы на двух драконидов.

Отдав честь. Глот отправился к своему отряду. Кэну в этом столкновении пришлось играть роль и хорошего, и плохого, но это того стоило. Теперь он собирался проверить, как там остальные отряды. Глот напомнил ему о проклятом конечном сроке, и Кэн тоже забеспокоился.

В лесу Слит двигался с небрежным изяществом. Он намеренно держался на открытых местах, чтобы его было легко заметить, а он сам мог бы обнаружить своих «соплеменников». На повороте тропы сильная рука схватила его за плечо, втащила в лес и бросила на землю.

Сивак посмотрел вверх. Над ним стояли два эльфа, одетые точно так же, как и он сам.

— Эй, поосторожней, приятели. Я чувствительный эльф. Вы так можете поставить мне синяк, знаете ли. Давайте-ка полюбезней, — сказал Слит на общем, стараясь говорить и выглядеть как эльф. Он протянул руку: — Ну же, помогите встать. Кажется, вы мне вывихнули лодыжку.

Но эльфы продолжали стоять и смотреть.

— Глтбе беее тгдедд блаа? — спросил один из них на своем торопливом птичьем языке.

«Глупые самодовольные болтуны. Почему бы им не разговаривать на понятном языке, как все остальные в этом мире?» — Слит не имел ни малейшего представления, о чем говорит остроухий.

— О да-да, конечно, — ответил он, опять на общем. Эльф подозрительно оглядел «соплеменника» с ног до головы и, наконец, помог ему подняться.

Заняв вертикальное положение, Слит вонзил кинжал в живот врага, сдвинув клинок вверх ему под ребра. Хлынула кровь, и второй эльф в ужасе вытаращил глаза.

Почти сразу же Слит принял облик умирающего и повернулся ко второму, пока еще живому.

Бросив лук, эльф потянулся к короткому мечу. Слит заехал кулаком в его физиономию, одновременно возвращая себе облик драконида. Над изумлением, проступившим на лице эльфа, можно было посмеяться, что Слит и сделал, ударив того по голове, да так, что хрустнули шейные позвонки, и швырнув безжизненное тело на траву.

После этого он опять видоизменился, на этот раз превратившись во второго эльфа, который оказался женщиной. У Слита поднялось настроение. Дела шли весьма хорошо. Если так будет продолжаться и дальше, то к заходу солнца все эльфы в этом лесу будут мертвы.

Внезапно его осенило: сивак решил в таком виде переплыть реку и очистить дальний берег от врага!

«Блестяще! — подумал он. — Самое подходящее место, чтобы вновь возглавить оборону… когда я закончу. Великолепно!»

Заход солнца в тот вечер был самым зловещим и прекрасным зрелищем из когда-либо виденных Кэном — небо на горизонте приобрело удивительный кровавый цвет. Все дракониды оставили свой непосильный труд и наслаждались видом — закат предвещал грядущую битву.