Гладиатор. Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники - Андрей Посняков

– Говорит, что из Британии, мой вождь, – поспешно пояснил Камунориг.

– Из Британии? Да, Цезарь заставил бриттов опустить головы. Значит, войска в подмогу от них ждать нечего… Или ты хочешь сказать, что прислан от них? – Верцингеторикс вдруг вонзил в пленного пристальный взгляд.

– Никто меня не посылал, я сам пришел, дабы помочь тебе во всех твоих начинаниях, о славный вождь. Но для этого надо поскорее освободить Алезию, ибо без нее… ибо без нее…

– Камунориг! Пошли с ними отряд и займись этим делом. А подробнее мы поговорим позже, – распорядился вождь, после чего взвил на дыбы коня и быстро поскакал прочь в сопровождении свиты.

Смуглолицый вельможа, проводив его взглядом, обернулся к воинам:

– Скажите третьему и пятому десятку, пусть срочно идут сюда. И дайте коней этим…

– Думаю, кони нам в болоте не понадобятся, – заметил Беторикс.

– Тогда пойдем пешком, – согласно кивнул Камунориг и тут же предупредил: – Имейте в виду, мои люди с вас глаз не спустят!

– Да пусть любуются. – Тевтонский Лев повернулся к приятелю. – Кари, дружище, надеюсь, ты хорошо запомнил дорогу?

Деревню эдуев отыскали еще до захода солнца, так что пробираться по трясине к священному болоту не пришлось. Остановив коня напротив самой просторной хижины, Камунориг велел воинам созвать сход. Не прошло и пяти минут, как на площади собрались все жители, человек тридцать, среди которых Виталий заметил и знакомое мальчишечье лицо – Арван шарил глазами по сторонам, явно намереваясь при первой же возможности дать деру.

– Приветствую тебя, посланник славного Верцингеторикса! – Выступив вперед, низко поклонился какой-то седой старик, по всей видимости, староста местной общины. – Мы дали ему своих лучших воинов, и…

– Где колдунья? – нелюбезно прервал старика Камунориг. – Мои воины ее не нашли. И что-то я не вижу здесь вашего друида.

– Колдунья? – Староста недоуменно затряс космами. – О какой колдунье ты говоришь, о славный…

Вельможа щелкнул пальцами, подзывая одного из десятников, юркого парня с умным и циничным взглядом, склонился с седла, что-то сказал… Десятник кивнул и отошел; один из воинов метнулся в хижину и тут же вернулся с зажженным факелом – видать, в очаге горел огонь.

– Поджигай! – мазнув по жителям равнодушным взглядам, Камунориг кивнул на крайнюю хижину.

Воин тут же устремился исполнять приказ, а местных жителей следом не пустили! Потянуло дымом, по соломенной крыше весело запрыгали оранжевые лепестки пламени. И обычный-то деревенский дом-пятистенок сгорает враз, а уж эта хижина…

– Я прикажу сжечь все дома в деревне и бросить в огонь вас самих, – бесстрастно предупредил вельможа. – Что, вспомнил?

– О мой господин! – Староста, а за ним и прочие жители, в основном женщины, старики и дети, повалились на колени. – Чем мы прогневили тебя?

– А ну, хватит выть!

Камунориг, надо отдать ему должное, действовал четко и без лишних эмоций. «Тактику выжженной земли» Верцингеторикс применял охотно и часто – что, конечно, не добавляло ему популярности среди галлов. Битуриги, например, наотрез отказались сжечь свою крепость Аварик, и тогда Цезарь легко взял ее приступом.

– У вас еще есть время привести ведьму, – напомнил собравшимся посланник вождя, глядя на поднимающийся к небу столб черного дыма. – И чем скорее вы это сделаете, тем больше домов уцелеет. Но если ты будешь думать слишком долго, я ведь могу приказать жечь постройки вместе с людьми.

Староста проворно поднялся с колен, оглянулся и подозвал мальчишку Арвана; тот кивнул и живенько побежал куда-то за деревню.

Забыв о гуманности, Виталий откровенно восхищался способностью вельможи быстро и эффективно решать проблемы.

– Ведут! Ведут! – Что-то углядев на околице, староста замахал руками. – Вот она, ведьма-то! А рядом с ней – наш друид.

Повернув голову, Беторикс увидал показавшуюся процессию – мальчишку Арвана, какого-то худого, голого по пояс черта с морщинистым недобрым лицом, а за ним – Алезию. Девушка вовсе не выглядела испуганной или подавленной, напротив, радостно улыбалась.

– Я знала, что ты меня отыщешь. Вовремя успел!

– А что было бы, если б не успел? – с интересом спросил Камунориг.

Вместо ответа Алезия хищно улыбнулась и вытащила из-под плаща серп! И где только раздобыла?

– Я бы убила их всех.

– Не сомневаюсь, – вельможа сдержанно улыбнулся. – О способностях дев мандубиев недаром складывают легенды.

Парнишка и друид резко шатнулись в сторону.

– Да не бойтесь вы, – расхохоталась девушка. – Мне теперь незачем лишать вас жизни. А вот если бы дело дошло до болота…

– Женщина мандубиев! – махнув рукой, Камунориг повысил голос. – Это ты носишь имя Алезия и знак синего трехрогого журавля?

– Да, это я.

– В таком случае мой вождь, великий и славный Верцингеторикс, желает видеть тебя своей гостьей.

Когда отряд вышел на дорогу, Беторикс оглянулся на поднимающийся над лесом столб дыма, впрочем, уже не такой густой, как полчаса назад.

– Забыла сказать, что их воины еще с утра отправились на болото, – произнесла шедшая рядом Алезия. – Я слышала, говорил друид.

– Морду бы набить этому друиду! – Гладиатор запоздало сжал кулаки.

– Он просто делал свое дело, – пожала плечами Алезия. – Но если бы он ко мне приблизился, то получил бы серпом по одному месту.

– А я ведь знаю, у тебя получилось бы. – Виталий на ходу обнял возлюбленную и подмигнул.

Кариоликс шагал сзади, напевая себе под нос. Что-то такое знакомое… Парам-парм-парам-па-па! Неужели увертюру к опере «Вильгельм Телль»? Да нет, конечно, что-то свое, галльское. Но как мелодия похожа!

Троим вновь прибывшим – не то пленникам, не то почетным гостям – выделили место в колонне позади личной охраны вождя, под неустанной опекою вечно хмурого Камунорига и его людей. То жалкое оружие, что имелось, у них отобрали, правда, руки не связали. Да и зачем – куда тут денешься, что сделаешь, когда вокруг неисчислимые сотни, скорее даже тысячи.

Ночью на привале Верцингеторикс вызвал к себе Алезию для беседы – приставать не пытался, как она утром рассказала Виталию.

– Так о чем же вы там говорили?

– О многом. О римлянах, арвернах, эдуях, о моем народе, из которого, похоже, уцелела я одна. От всего прочего остались только легенды.

– Я смотрю, их тут многие помнят. Включая самого главного.

– Да, – скромно потупилась девушка. – Не знаю, хорошо это или плохо.

– Наверное, скорее хорошо – тебя же спасли!

– Да, но кто знает, что будет дальше. Нам не доверяют, если ты заметил.