Самый странный нуб - Артем Каменистый

Рос посмотрел вперед, различив среди редеющих деревьев окраину небольшой деревни. Домов двадцать, стоят по обе стороны от единственной улицы. По ней шагал выстроившийся в три шеренги отряд игроков явно немаленького уровня, шествие возглавлял знаменосец, из задних рядов доносилась зажигательная барабанная дробь. И отстукивали что-то вроде джаза, а не боевого марша.

— «Черная братва», — сказал Анс.

— Крутые?

— Угу. Жаль, что расисты. Берут только персов с черной кожей.

— А если в реале ты белый?

— Да им без разницы, хоть фиолетовый, лишь бы здесь был черным и вел себя как черный. У них сам Тисон играет.

— Белый репер?

— Ага. В смысле у них реперов полно, но про него даже многие черные говорят, что он круче всех. Хана русским: если братва их догонит, улетят они в свои холодные сугробы.

— А что, у русских все в снегу?

— Вряд ли. Наверное, как и у нас: только на севере и в высоких горах. Это я просто для смеха сказал. Ты тоже к торгашу?

— Да, загляну, раз делать пока нечего.

— У него вшивая лавка, ничего никогда не бывает. Не деревня, а полный отстой. Ты если качнешь алхимию и торговать здесь сядешь, от клиентов отбоя не будет. Я тебе гарантирую.

— Неплохая идея.

— Я зря не посоветую. А вон кто-то уже и без меня догадался. — Анс указал вперед.

Возле высокого крыльца, ведущего к двойным дверям одного из самых больших домов деревни, на вытоптанной травке расселся в позе лотоса игрок десятого уровня. Перед ним на расстеленном куске грубой ткани поблескивали маленькие бутылочки с эликсирами: синие — восполняющие магическую энергию, красные — жизненную, зеленые — бодрость.

— Закуплюсь я лучше у него, а не у непися-барыги, — заявил Анс. — Да и лучница говорила, что у него пусто.

— Ну давай, а я все же зайду.

Догадаться, что этот дом и является искомой лавкой, было несложно. Рос поднялся на крыльцо, потянул на себя створку двери. Изнутри тут же раздраженным голосом произнесли:

— Закрывай за собой! Сквозняки мне здесь не нужны!

Рос оглядел помещение. Большая комната, разделенная напополам высоким прилавком. За ним стоял непись человеческой расы с крайне недовольным выражением лица, а перед ним девочка лет десяти, тоже непись, копалась в коробке с нитками для шитья.

— Ну ты выбрала? — нетерпеливо спросил торговец.

— Да. Вот эти, эти и эти. И, наверное, эти тоже нужны.

— Так нужны или нет? Не задерживай, люди вон пришли.

— Ну ладно, тоже возьму.

— Четыре катушки льняных, за все с тебя серебрушка и двенадцать центов.

— Но мама дала только серебрушку.

— Вот скажешь маме, что пусть медь занесет или с тобой передаст.

— Хорошо, дяденька Шхор, я скажу.

НПС торгуют друг с другом и одновременно с игроками? Интересные дела. Выходит, у них еще меньше отличий от игроков, чем думалось раньше. Да и экономическая система поражала все больше и больше: ничто не делается просто так, и даже для персонажей, управляемых программами, нет исключений.

— Ну чего тебе? Не стой на пороге. Или просто так заглянул, глаза потешить, как ваши любят?

— Эликсиры есть? На ману и здоровье?

— Никаких нет. Ваша братия все выгребла. Сколько ни привозят, все сметают.

— У вас там конкурент возле крыльца устроился.

— Конкурент? Мои конкуренты раков в реке кормят. Разве же это конкурент? Он алхимик и в придачу круглый дурак. Наделал зелий разных для тридцатых уровней, а у нас здесь игроки от десятого и до двадцать пятого носятся, выше редко бывает. Так что будет сидеть, скрючив кривые ноги, покуда зад не отморозит, и никто у него за это время ни склянки не возьмет.

— Понятно. Отсутствие спроса.

— Ага, верно сказано. Притащи он зелья для десяток, ну пусть даже для двадцаток — присесть бы не успел. Все забирают, сколько мне ни привезут. Спрос тот еще.

— Мне перчатка нужна для лучника или наруч. Тетива больно бьет.

— А чего в городе не взял?

— Да взял. Убили меня русские сегодня, перчатка выпала, — легко соврал Рос.

— Ох и разбойники, достали они всех нас до печенок. Вчера две коровы сожгли магией злобной, просто так, забавы ради, мимо пробегая.

— Перчатка так себе была, не жалко. Но стрелять без нее неудобно.

— Нет у меня ничего. Могу ткани плотной отрезать — намотаешь, побегаешь так, пока что-нибудь приличнее не найдешь.

— А тетива есть про запас?

— Только из воловьих жил.

— Сойдет.

— Сколько?

Рос показал лук:

— Ну чтобы на пару раз хватило.

— Еще чего-нибудь надо?

Безумно хотелось показать не слишком редкую вещицу из своих трофеев на предмет обмена, но Рос не спешил их светить: тут дешевая лавка, таких предметов, как у него, торговец, возможно, никогда не видел. Ведь он на себя надел белые, битые, копеечной стоимости, для виду, а вот в сумках у него те еще сокровища.

Кстати…

— Сумку мне надо побольше.

— А своя чего, забита вся?

— Ага. Почти.

— Чего же ты в нее напихал-то? Поди, зубы, когти, шкурки разные? Я такое куплю и заплачу хорошо. Мне много надо, я это дело в город отправляю потом, с племянником. Там их твои соплеменники подороже заберут, конечно, но зато тебе ношу облегчим прямо сейчас. Ну так что?

— Извини, уважаемый, но мне самому пригодится. Так что там насчет сумки?

Торговец разочарованно вздохнул и недовольно бухнул на прилавок две запыленные торбы:

— Все, что есть, для таких, как ты, мелких.

Первая оказалась такой же сумкой новичка, причем сильно потасканной, вторая чуть лучше — простая, на тридцать ячеек. Тоже потасканная и, что неудивительно, без снижения веса.

— Получше ничего нет?

— Получше в городе ищи.

— А нет случайно алхимического набора и склянок пустых?

— Я тебе что, алхимик?

— Да вроде не очень похож.

— Вот-вот, был бы алхимиком — сам бы зелья варил. Нет у меня такого набора и не было никогда. Склянки есть, немного. По случаю достались — плохо их берут, зря связался. Не хочет ваш брат алхимией заниматься.

— Ладно, беру эту сумку, тетиву, ну и материю на руку.

— Ладно, за все с тебя ровным счетом восемьдесят серебрушек.

— Сколько?!

— Ну сбавил я чуток, по доброте своей, так что не удивляйся так сильно.