Одной ногой в могиле - Джанин Фрост

Когда Дэйв повернул голову и открыл глаза, я упала наколени. Родни поставил на место вырезанный кусок грудной клетки — словноподогнал кусочек пазла. Кости протер разрезы кровью из скопившихся вокруг луж,и я со второй попытки сумела заговорить:

— Дэйв?

Он открыл и снова закрыл рот. Потом отозвался хриплымголосом, и слезы ручьем хлынули у меня из глаз.

— Кэт?… Вампир… ушел?

Господи, он думал, что все еще находится в пещере в Огайо!Это было последнее, что он запомнил. Кости с Родни отошли в сторонку. Хуанплакал, бормоча что-то по-испански. Тэйт, контуженный увиденным, упал наколени, затем коснулся руки Дэйва, почувствовал ответное пожатие и разразилсяслезами:

— Не верю! Хрен горелый, не верю!

Дэйв, глядя на нас, нахмурился:

— Что такое? У вас ужасный вид, ребята… Я что, вгоспитале?

Я открыла рот для ответа, но он вдруг вскинулся, сел:

— Там вампир! Что…

Он лишь теперь заметил кровь. Кости, тоже весь в крови,сидел в нескольких шагах от него. Я удержала Дэйва за плечи и поспешнозаговорила:

— Нет, пока не двигайся. У тебя грудь еще не совсемзажила.

— Что?… — Он опустил взгляд на свое тело, осмотрелпалатку.

Его взгляд остановился на гробе и надгробной плите с егоименем.

— Дэйв, послушай меня, — со слезами в голосепродолжала я. — Насчет вампира не беспокойся: он тебе не повредит. Иупырь, что рядом с ним, тоже. Ты… тебя не ранили, а убили. Это — твоя могила, ав этом гробу твое тело пролежало последние три месяца. Ты умер в тот день, но…мы тебя вернули.

Он уставился на меня как на сумасшедшую, а потом его губытронула душераздирающая улыбка.

— Хочешь меня напугать в наказание за нарушениедисциплины? Я знал, что ты разозлишься, но не думал что настолько…

— Она тебя не пугает, — прокаркал сквозь слезыТэйт. — Ты умер. Мы видели твою смерть.

Дэйв встревожено взглянул на Хуана. Тот сглотнул и крепкообнял его за плечи:

— Ми амиго, ты был мертвым.

— Но как же… как…

Я отошла к Кости и Родни, опустила руки им на плечи:

— Нам пришлось выбирать, Дэйв, и тебе тоже придется.Эти двое тебя вернули, но за все надо платить. Как человек ты умер, и этого ужене исправишь. Ты снова с нами только потому, что стал гулем. Прости, что неуспела вовремя предупредить, когда вампир вырвался из пещеры. Он тебя убил, ноты можешь жить дальше… неумершим.

В его взгляде отразился протест. Он обводил глазами нас,палатку, надгробие.

— Приятель, пощупай свое горло, — деловитопосоветовал Кости. — У тебя нет пульса. Возьми нож… — Он указал наинструмент, которому в этот вечер хватило работы. — Разрежь себе руку ипосмотри, что будет.

Дэйв осторожно прижал два пальца к артерии, подождал…выпучил глаза. Схватил окровавленный нож и быстро полоснул им себя попредплечью. Из разреза выступила ниточка крови, но кожа тут же сомкнулась — итогда он завопил.

Я бросилась к нему, стиснула его руки.

— Дэйв, поверь мне, ты справишься. Мы таковы, какимисебя делаем, несмотря ни на что. Ни на что! Ты — по-прежнему ты. Будешьсмеяться, плакать, делать свою работу, проигрывать в покер… Мы все тебя любим.Послушай меня. Ты — больше чем просто бьющееся сердце. Намного больше.

Он заплакал: розовые слезы катились из глаз. Мы с Тэйтом иХуаном окружили его, обняли, закрывая от чужих глаз его слабость. Наконец онуспокоился, вытер глаза, уставился на кровь на пальцах.

— Я не чувствую себя мертвым, — зашепталон. — Я помню… я слышал твой крик, Кошка. И видел твое лицо, а как умер,не помню! Как я могу жить, если я мертв?

Тэйт вспылил:

— Мертвый — это когда валяешься в ящике! Ты — мой други всегда им будешь. И насрать мне, что ты ешь. Я не поверил этому бледномупоганцу, когда он сказал, что может тебя разбудить. Но ты здесь, и даже думатьне смей вернуться в землю! Ты мне нужен, дружище. Без тебя было дьявольскиплохо.

— Я соскучился по тебе, амиго. — Из-за акцентаанглийский Хуана стал почти неразборчивым. — Не бросай меня больше. Тэйт —зануда, а Купер все время торчит в тренажерном зале. Оставайся!

Дэйв уставился на нас:

— Что такое стряслось, раз гуль с вампиром воскрешаютдля вас мертвых?

Я держала его за обе руки:

— Идем с нами, и мы тебе расскажем. С тобой все будет впорядке, честное слово! Ты же раньше всегда мне верил. Пожалуйста, поверь и наэтот раз.

Он сидел на том же месте, молча разглядывая надгробную плитуи склонившиеся к нему лица. Наконец губы его скривились в сухой усмешке.

— Ну и ну! Я отлично себя чувствую. В голове — сахарнаявата, но для покойника — замечательное состояние. Мы что, на кладбище?

Когда я кивнула, он медленно встал на ноги:

— Терпеть не могу кладбищ. Пошли отсюда на фиг!

Я повисла у него на шее и снова расплакалась, но на этот разулыбнулась сквозь слезы:

— Я сейчас вас догоню.

Хуан вывел Дэйва из палатки. Дон молча хлопнул его по спине,глаза его сияли. Все вышли. Только Кости еще сидел на земле рядом с Родни. Ябросилась к нему с такой силой, что опрокинула на спину. И плевать мне было,что он весь в крови. Моя радость выплеснулась в долгом поцелуе. Когда я,наконец, оторвалась, он улыбнулся:

— Всегда пожалуйста!

— А-хм, — ухмыльнулся Родни. — Я тожепомогал, не забыла?

Я горячо расцеловала его в ответ.

Кости оттянул меня от приятеля и весело фыркнул:

— Хватит благодарностей, милая, а то потом от него неотделаешься.

— Ты ужасно выглядишь, Кости. Господи, это всегда такаяжуть?

— Да нет, — ответил мне Родни. — Обычнохватает пинты крови, но твой мальчик очень уж давно остыл. Не думал, что у насполучится. Тебе повезло, что Кости такой сильный.

— Мне вообще с ним повезло, — согласилась я.

— Эй, могильщик!

Это вернулся Тэйт — с самым решительным видом.

— Я держу слово. Пришел извиниться, что назвал тебямешком дерьма. В данном случае я до смерти рад, что ошибся. Однако, посколькувампиры больше ценят дела, чем слова, можешь угоститься за мой счет. Вид у тебядерьмовый. Тебе никто не говорил, что ты слишком бледен?

Кости рассмеялся:

— Бывало. Я совсем выжат, так что ловлю тебя на слове.

Он поднялся на ноги, а Тэйт запрокинул голову.