И придет волчица… - Ирина Шевченко

– Отойди, – прорычал он, замахиваясь. – Я все равно пройду.

– Пройдешь-пройдешь, – усмехнулся магистр Пилаг. – Я даже лично тебя проведу, чтобы не заблудился.

Непонятно было, понял ли он его, или Трим, как обещал, включил блокировку, но водяная плеть упала, тяжело плюхнув.

– Только не ломай тут ничего, ладно? И будь вежливым мальчиком, поздоровайся.

Сэллер так и сделал: через открытую кардом дверцу вошел в просторную комнату, нашарил взглядом притихшего в уголке человека, облизал пересохшие губы и, сглотнув, выговорил:

– Здравствуйте.

А дальше – все, как и предполагал Лайс: бегло огляделся и рванул прямиком к намеченной цели.

– Не так шустро, приятель. – Кард крепко сжал плечо парня.

– Пусти, – рявкнул тот, пытаясь вывернуться.

– Пущу. Но сначала один вопрос. Всего один, и я тебя отпускаю, Сэл. Знаешь, что там?

Юноша перестал брыкаться и на миг задумался.

– Свобода, – произнес он неожиданно четко.

– Хороший ответ. Самым распространенным является «смысл жизни», да, Трим?

– Разве свобода не может быть смыслом жизни? – словно у самого себя спросил Сэллер.

Почувствовав, что его ничто уже не держит, он расправил плечи, выдохнул и сделал шаг.

– Интересный молодой человек, – подал голос Трим.

– Интересный. Но слишком уж молодой. – Эн-Ферро шагнул следом.

В большом каменном зале царил приятный полумрак. Под потолком, давая тусклый свет, кружились небольшие серебристые шарики. А у стены за маленьким столиком сидела миловидная девица и приветливо улыбалась.

Кард махнул ей и, состроив глуповатую рожицу, ткнул пальцем в застывшего в центре юношу. «Новенький», – шепнул он одними губами. Девушка понимающе кивнула.

– Ну как? Полегчало? Не зудит уже? Думать можешь? А говорить?

– Вроде бы да, – неуверенно произнес Сэл.

– Тогда поговорим. – Магистр Пилаг протянул руку: – Ну здравствуй, идущий…

Мир драконов

– У тебя новый идущий, Гвейн, – кивнул Рошан на зеркало. – Разве ты не должен был его встретить?

– А зачем? – безразлично спросил старый дракон. – Вводный инструктаж? Да кто его слушает? Все равно во врата ломятся, как ни держи. К тому же Эн-Ферро там – объяснит, что нужно. Они вроде бы неплохо ладят. Ну ладили до недавнего времени…

– А теперь они вообще лучшие друзья, – хихикнула со своего места Селаста.

Драконица пребывала сейчас в человеческом обличье, и по тому, как лукаво блестели ее глаза, Рошан догадался, что она в курсе недавних событий на Таре. Да и у прочих ее замечание вопросов не вызвало.

– У членов совета что, других дел нет, кроме как за Лайсом подсматривать?

– Понятия не имею, о чем ты, – отвернулась к стене Джайла.

– Я тоже, – улыбнулся, показав желтые клыки, Гвейн. – А с мальчиком позже поговорю. Все-таки не каждый день в Сопределье проводники появляются.

– Проводник? Ты уверен?

– Полностью. И сдается мне, посильнее твоего карда. Люди, они, как правило, всегда сильнее. Мало им жизни отмерено, меньше, чем прочим, вот Судьба и дает им авансы, вдвойне, а то и втройне.

Рошан принял человеческий облик. Создалось впечатление, что сделал он это только для того, чтобы почесать затылок.

– Странно. Как-то… нереально. Столько совпадений, прямо как в сказке.

– В какой сказке? – заинтересовался Первый старейшина.

– Ну про летучий корабль, например. У меня на Земле рассказывают. Пошел парень к королю, а по дороге встретил семерых одаренных. Причем дар каждого идеально подходил для выполнения одного из заданий, которое герою давали при дворе. Вот и у нас почти так.

– Молодой ты еще, Рошан, – посетовал Гвейн. – Иначе знал бы, что сказки не на пустом месте рождаются. И не бывает без весомых причин таких совпадений.

– Ну здравствуй, идущий.

Сэллер внимательно посмотрел на протянутую ладонь, на серебрившиеся в свете вращающихся шаров когти и демонстративно заложил руки за спину.

– Здоровались уже.

– Прости, не заметил, – усмехнулся кард. – Я тогда пойду?

Молодой человек растерянно огляделся, на миг задержал взгляд на любопытном личике открывающей и нахмурился.

– Подожди… те. Я… Что это было? – Он кивнул в сторону не для многих заметного круга.

– Врата. И ты только что их прошел.

– Куда?

– В другой мир.

– Ясно.

Лайс ни на секунду не усомнился в том, что ему ясно. Такова уж природа идущих, и не важно, жил ли ты в легальном мире или никогда даже не слышал о вратах, примешь случившееся как данность. А если и станешь удивляться, так только тому, как раньше могло быть иначе.

– А этот мир… какой?

– Да в принципе никакой, – махнул рукой Эн-Ферро, и девушка за столом обиженно засопела. – По развитию государств и обществ отстает от Тара лет эдак на пятьсот, науки на уровне вашего четвертого века. Магия слабенькая, смешанных плетений не практикуют. Разрешены лишь светлые начала, а темных считают вне закона и сжигают на кострах.

– Мрак, – вздохнул водник. – А получше ничего нет?

– Полно! – подала голос привратница. – Выбирайте любой, оплачивайте переход и валите отсюда! Мир им наш, видите ли, не подходит.

– Адель, детка, не заводись. – Магистр Пилаг одарил улыбкой обиженную в лучших чувствах девушку. – Мы задержимся, поскольку у этого мира и конкретно у этой станции есть два неоспоримых достоинства. Первое – это конечно же ты. Второе – постоялый двор в пяти минутах ходьбы отсюда.

– Я, если я… – попытался возразить новичок, но кард показал ему кулак.

– Ты когда в последний раз ел? А спал? Вот и не спорь со старшими. Сейчас поменяем деньги, поедим и отоспимся. Введу тебя в курс дела, а дальше – воля твоя. В няньки я не нанимался. Зато, если Галла о тебе спросит, с чистой совестью отвечу, что сделал для ее дорогого друга все, что мог. А с нашими личными разногласиями позже разберемся. Или не разберемся, там видно будет.

Заснул Сэл прямо за столом, едва расправившись с тарелкой наваристого супа. Лайс доел еще и кашу со свиными ребрышками, допил квас и, тяжело вздохнув, попытался растолкать никак не реагирующего парня. Только когда он сдавил его плечо в том месте, где на рубашке темнело выжженное пятно, водник вздрогнул и, болезненно поморщившись, оторвал голову от стола.

– В комнату идем. И почему ожог не залечил, хочешь, чтобы шрам остался?

– Не умею, – пробурчал маг.

– Не умеешь – учись.