Невменяемый дипломат - Юрий Иванович

Отдали гостю с севера и Стул, который личным распоряжением императора был причислен к артефактному оборудованию связи и закреплен за Невменяемым. Теперь он ехал, крепко привязанный вместе с остальным багажом, на пристяжном похасе. А вот уникальную книгу не дали. Только и пообещали сделать копию текста и перерисовать все рисунки.

Энормианин не нашел должных причин, чтобы не брать с собой Риону. Она заявила, что хочет домой, в княжество Катранго, и добавила, что никто, кроме Кремона, не в силах доставить ее на родную землю. Только и оставалось, что припугнуть:

– Если отстанешь или выпадешь из седла, никто из-за тебя останавливаться не станет. Учитывай это!

На втором часу пути, сравняв своего похаса с похасом Кремона, Риона затеяла разговор. Оказывается, она сумела выяснить, прислушиваясь к беседам сентегов, что Кремон Низу никакой не Низу. А самый что ни на есть настоящий Невменяемый.

– Кремон! Почему ты скрывал от меня, кто ты на самом деле? Почему ты назвался старшим братом Кашада?

– Государственные интересы, приказ короля…

– Но мне-то ты мог признаться?

– Что бы это изменило? Ты бы ночью побрезговала ко мне прийти и ходила бы только к моему названому брату?

Такие вопросы заставили женщину прикусить губу. С минуту она ехала молча, а потом грустно сказала:

– Нет. Твой брат ни при чем… Но у меня бы остался ребенок… А ты его убил…

Она отстала в растянувшейся колонне всадников, а настроение у Кремона после такого обвинения стало паршивым до невозможности. И что самое неприятное и болезненное, так это понимание справедливости брошенного укора. Что ни выдумывай, как ни выкручивайся, какими обстоятельствами ни прикрывайся, моральная вина так и будет висеть на совести долгие и долгие годы.

И в преддверии предстоящих разговоров с Ягушей это очень удручало. Ради того, чтобы Невменяемый мог встретиться со своей любимой колдуньей, отряд отправился по Оранжевому тракту в город Утиный, памятный по тяжелейшему бою с мятежниками. А также по знакомству с Ягушей, прекрасной конклатеррой Ду-Грайта, тамошнего Медиальта. Почему-то Кремон ни капельки не сомневался, что он сумеет за полчаса уговорить любимую отправиться с ним хоть на край света. Ну а Ду-Грайт и слова не посмеет сказать против.

Пожалуй, только воспоминания о стройной и невероятно красивой колдунье сумели вернуть Невменяемому приемлемое расположение духа. И, стараясь не оглядываться на Риону, он попытался еще более ускорить продвижение отряда. Ну и решил отвлечься, переключив сознание на другое.

Первым делом начал прогонять в памяти все самое важное, что следовало знать назубок об устройстве Древних, дающем море энергии. Но старания и терпения хватило только на два часа скачки.

Поэтому решил поработать над иным не менее важным аспектом нынешней жизни: своими магическими умениями. Еще при отъезде ему померещилось некое ощущение силы. Теперь он сконцентрировался на проверке собственной памяти. Это помогло успокоиться окончательно, и опять появилось подспудное ощущение того, ради чего он, собственно, когда-то и стремился попасть к сентегам.

Умения Эль-Митолана стали возвращаться!

Не сразу. И не огромными пластами. И даже не живительным ручьем. Можно сказать, что сила прибывала капельками, в лучшем случае нерешительными всплесками. Как и говорил Ветеран: медленно и очень скромно. Зато как волнительно-приятно было вновь проходить этот длинный путь познания тайн мироздания! И это познание, когда-то хлынувшее в естество молодого колдуна единым ураганом, сейчас плавно растянулось на все двое суток пути до Утиного.

Вначале самая простенькая структура сотворения искорки среди пальцев. Потом крохотного огонька. Затем, в сумерках – появление ночного зрения. Частичный просмотр собственного здоровья с большим трудом дался только к вечеру второго дня пути. И тогда же Кремон впервые за долгое время решил попробовать принять частички магической силы от иного Эль-Митолана.

Услышавший эту просьбу Ветеран удивился не на шутку:

– Тебе еще рано! Взять-то ты возьмешь, но вот удержать пока не сможешь. В две минуты рассеется. Твой личный резерв еще не вырос и до трети обычного. Что за спешка?

Он и представить себе не мог, что у его пациента имеется нечто тайное и страшно желанное для любого колдуна.

– Никакая это не спешка, просто резкое взбадривание как моего личного резерва, так и системы забора силы со стороны. Разве это может повредить?

Старец посоветовался с главным врачом империи и своим учеником и только тогда разрешил:

– Хорошо, сейчас договоримся с местными… И не рвись платить за эту услугу! – предупредил он. – Тут все знают, кто ты такой, могут и обидеться.

Дело происходило на огромном постоялом дворе, где они остановились для короткого сна на три часа и смены похасов. Силы безопасности вдоль всего тракта были предупреждены по связи и встречали сборный отряд воинов и ученых во всеоружии. А так как расходовать свои силы никто из отряда не желал – для собственного спокойствия, – то следовало выпрашивать оные у обитателей постоялого двора.

Остановка была вызвана еще и предстоящей встречей с посыльными. Именно сюда обещали доставить все вещи северянина, которые ему и Ягуше пришлось бросить во время спешного отступления из Селестии.

Вопрос с передачей силы решился проще простого. Ветеран направился с Кремоном на кухню и обратился к работавшим там сентегам:

– Друзья, нашему гостю Кремону для более существенного лечения нужны небольшие вливания магической силы. Так что, кому не жалко, прошу поделиться, пока он тут будет перекусывать в это позднее время.

Почти все остальные члены отряда в две смены поглощали ужин в общем зале. Для этого и подняли весь персонал постоялого дома заблаговременно. Да и сами работники были довольны лишним заработком. А уж когда узнали, кто и куда направляется, вообще обрадовались. И дело было не только в младшем принце, в главном враче империи или в знаменитых ученых. Оказалось, что и о человеке, написавшем сказки, преодолевшем Шанну, а потом еще и совершившем многочисленные геройские поступки, уже знали по всей империи. И почти все относились к нему с восторгом и пиететом.

Уходя, Медиальт шепотом приказал строго-настрого своему пациенту:

– Только не вздумай жадничать и просить более половинки силы.

– Почему?

– Надорвешься удерживать! Да ты сам почувствуешь, когда лишняя сила ускользать начнет… Потом зайдешь ко мне!

Невменяемый остался на кухне за маленьким столиком и приступил к позднему ужину. И тут же к нему подошла сентега, сестра здешнего хозяина:

– Я все слышала и буду рада поделиться.

– Спасибо, тэш! – поблагодарил северянин, на счет «три» получая гораздо больше, чем половинку. Щедро плеснула целительница, наверняка постоянно ищущая, куда применить свои таланты и умения.