Тёмный отбор - Ирмата Арьяр

И Тиррина сдалась. Король безупречно разыграл карты, сделав ставку на неуемное любопытство некромантки.

– Вот здесь, пожалуй, будет удобно. Комната отдыха для персонала. – Ректор открыл дверь в уютную комнату с диванчиками и креслами. Между ними разместился низкий круглый стол с красивым букетом и фруктовой вазой. На этажерке у плотно зашторенного окна лежали стопка книг, пачка бумаги и самопишущие перья.

Мы с Тиррой расположились на диване, король и хаор Орияр в кресле напротив. Ректор и Ворон остались стоять, контролируя дверь и окно, на которые тут же был наложен полог тишины.

– Не слишком-то это похоже на доверительный разговор, – усмехнулась метаморф.

– Секретный, леди. А станет ли он доверительным, зависит не только от нас. Доверие – вещь двусторонняя. Я даю королевское слово, что ничто не угрожает вашей свободе, леди Барренс. Снимите обличье, мы должны удостовериться, что не ошиблись.

Метаморф замерла на миг. А потом черты ее лица ужасающе потекли, меняясь, складываясь в новый облик. И через несколько ударов сердца вместо эффектной рыжей красотки рядом со мной сидела хрупкая голубоглазая и белокурая девушка.

– Как вы поняли? – спросила она чуть хрипловатым голосом. Похоже, когда-то сорванным от крика.

– Мы поставили метки на всех конкурсанток, когда им обрабатывали и бинтовали раны, – вместо короля ответил лорд Сириен.

– На вас метки не было, – подтвердил король. – Кроме того, я ожидал вашего появления рядом с мэйс Асси.

– Я знаю и настоящее имя, и настоящее лицо леди Асгерд, – сообщила метаморф. – А мое имя отныне не леди Барренс, а Данира.

– Ваш титул…

– Ах, оставьте, ваше величество. Какой может быть титул у дракона? – Тиррина Данира положила ладонь на стол, и та на мгновение обзавелась черной чешуей и когтями. Не такими огромными, как у настоящего дракона, но впечатляющими. – Я уже не человек.

– Вы человек… Данира, – с жаром возразил Артан. – Ваша душа – человеческая.

– Как вам угодно думать, ваше величество. Какой помощи вы от меня хотите?

Она говорила только с королем, но внимательно изучила всех мужчин. По Дэйтару Орияру ее взгляд скользнул с неприязнью и обидой. Еще бы, он дракона в плену держал. По Ворону – с равнодушием, а вот на лице Сириена ее взгляд задержался, потом несколько раз переметнулся к лицу Артана и обратно. Тоже задалась вопросом, отчего такое сходство?

– По меньшей мере, одна из участниц связана с демонами и сделает все, чтобы устранить конкуренток и выиграть отбор, – объяснял тем временем король. – У нее мощный ментальный щит, наши маги не смогли его сломать. Но ваше искусство, ваша магия метаморфа могут помочь создать ловушку для предательницы.

– Каким образом? И кого вы подозреваете?

– Никаких подозрений, леди. Мы лишь логически вычислили, кто с высокой вероятностью может быть предательницей. Но девушки безупречны, и заподозрить их невозможно. Даже с вашей искусной подсказкой, Данира. В том-то и дело. В длинном списке все претендентки, не успевшие покинуть отбор. В коротком – леди Мартиэра, леди Ежанна и леди Зайна.

– Почему Зайна? – не выдержала я. – Простите, сир.

– Не извиняйтесь, леди. Ваша родственница по двум причинам. Во-первых, она была в третьей группе на полигоне. Во-вторых, там она лишь слегка повредила пальчик. Такую же травму можно получить, слишком сильно ударив человека, к примеру, секретаршу Карию. В третьих, на ней трехслойный ментальный щит. Поверхностный, как у многих достаточно сильных магов, и глубинный, какой не каждый архимаг способен удерживать. Но есть еще третий слой. Такой щит ставится и удерживается третьей силой, извне. Он не ослабеет даже во сне и в бессознательном состоянии.

– И это пока самый сильный аргумент против вашей сестры, – уточнил Дэйтар Орияр.

– И последнее, – продолжил король. – Именно у нее оказалась термическая травма. Леди Зайна пожаловалась, что заваривала травяной настой во время атаки айэ. Она светлый маг и сама способна подогреть себе воду. Тем же кипятком она обварила атаковавшую ее крапиву, так и спаслась, по ее словам.

– Не последнее, – возразил Сириен. – Есть еще один сомнительный момент. Кто сказал, что вас вызывают в ректорат, леди Асгерд?

– Зайна. Настоящая Зайна.

– Вас никто не вызывал. Она либо солгала, либо кому-то зачем-то понадобилось вас выманить из здания.

По спине пробежал знобкий холодок. Кому и зачем?

– Зайна – приемная дочь герцога, ее нельзя ни арестовать, ни даже полноценно допросить без очень веских оснований, иначе аристократы поднимут вой. – Король явно сожалел, что не тиран. – То же самое относится и к леди Мартиэре. Против нее гораздо меньше аргументов, лишь тот факт, что она не пострадала ни в схватке с демонами, ни при вашей атаке, Данира. А уж княжна Ежанна и вовсе обладает дипломатической неприкосновенностью как посланница суверенного государства. Поэтому нам нужен очень веский недвусмысленный доказательный факт связи предательницы с демонами. Нужно поймать ее за руку.

– Почему вы вернули всех в общежитие? – спросила метаморф.

– Не всех, – ответил ректор. – Полтора десятка наименее пострадавших. В лечебнице есть и тяжелораненые, там нельзя устраивать провокацию. А здесь мы намерены тихо вывести ночью тех девушек, кто не попал в короткий список. Кроме трех названных, в нем остаются еще виконтесса Лебежель и баронесса Жамарис.

– Пятеро. Много.

– Какой-то у вас отбор наоборот, ваше величество, – проворчала я.

Мужчины рассмеялись, и напряжение, витавшее в комнате, резко спало. Даже Тиррина расслабилась и откинулась на спинку дивана. Ее лицо утратило жесткость, линия губ стала мягче, и из железной, хватившей и жизни и смерти леди она превратилась в юную нежную девочку.

– Хорошо. Я согласна. Какой у вас план?

Мы еще час обсуждали план, согласовывали детали, метаморф вносила поправки, всегда к месту.

А под конец, когда мы уже все обговорили и распределили роли, Артан вдруг заявил:

– Я хотел бы сказать вам пару слов наедине… Данира.

– Только в присутствии леди Асгерд! – потребовала она.

Она явно боялась оставаться с королем наедине. И правильно. Незамужний метаморф тоже должен блюсти честь.

– Хорошо, – согласился Артан. – Господа, оставьте нас.

Мужчины, переглянувшись, нехотя подчинились.

Едва за последним из них закрылась дверь, король спросил:

– А вы не хотели бы участвовать в отборе от своего лица, леди Барренс?

– Леди Барренс умерла, – повторила девушка. – Даже если я ошибалась и она еще жива… Совет Ока никогда не утвердит такую королеву. Айэни на троне Риртона? Никогда этого не будет. Потому – нет, ваше величество. Леди Барренс не будет на отборе.