Искатель искомого - Пирс Энтони

– Не отпускайте ступу! – закричала Лакуна. Но было слишком поздно. Детишки уже стояли на полу; освобожденная ступа взметнулась и исчезла. Пленников приемной стало четверо.

Дети, несколько оробев, уставились на взрослых.

– Ой, привет, – сказал мальчик. На нем были голубенькие шортики, белая курточка и носочки.

– А вы кто? – спросила девочка. На ней было розовое платьице, белые бантики и носочки.

Хамфри пожал плечами, и представляться пришлось Лакуне.

– Это Добрый Волшебник Хамфри, а я – Лакуна. А кто вы?

– Я – Джот, – сказал мальчик.

– Я – Титтл, – сказала девочка.

– Мы – близнецы, – добавил Джот.

– Нам нужно к Черту в Пекло, – добавила Титтл.

Затем они оба кинулись к двери, причем побежали в ногу. Добежав, заколотили в дверь кулачонками.

– Впустите меня! – закричали они в один голос.

– ЖДИТЕ ДЕМОНА X(A/N)TH'A, – возникли на двери печатные буквы. Они ничем не отличались от настенных букв Лакуны, но выглядели гораздо внушительнее.

– Опа! – разочарованно воскликнул Джот.

– Не смей говорить плохие слова! – одернула его Титтл.

– Я же не сказал «попа», я сказал «опа»! – огрызнулся он.

– Все равно не смей!

Джот покрутил дверную ручку, понял, что бесполезно, бросил. Потом за ручку взялась Титтл. Наконец, раздраженные, они повернулись к взрослым.

– А когда придет Демон? – спросил Джот.

– Да, когда? – эхом откликнулась Титтл.

– Не знаю, сказала Лакуна. – Добрый Волшебник сидит здесь вот уже десять лет. Но думаем, что теперь уже скоро.

– Ну, мы долго ждать не можем, – сказал Джот.

– Мы слишком маленькие, – согласилась Титтл.

И они пошли прочь от двери. В ногу.

– Стой, – внезапно сказал Хамфри.

Лакуна вздрогнула. Дети – тоже.

– Не хочешь же ты их здесь удерживать, – сказала Лакуна. – Им домой надо, к маме.

– Я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой, – твердо сказал Хамфри детям. – Теперь ты обязан меня выслушать, Демон X(A/N)th.

Близнецы, казалось, присмирели.

– Ты назвал меня, – сказал Джот.

– Что было не так? – спросила Титтл.

– Две вещи. Во-первых, я предполагал, что ты появишься весьма скоро, так что любой вошедший был бы мне подозрителен. А во-вторых, ты произнес слова, которые мог произнести лишь посвященный в тайны взрослой жизни. Ты сказал: «К Черту в Пекло».

– Но это правда Пекло! – запротестовал Джот.

– Приемная, во всяком случае, – поддержала Титтл.

– Это неважно. Так выразиться мог только взрослый. И мне стало ясно, что ты не ребенок и уж тем более не два ребенка.

– Буду в следующий раз осторожнее, – сказал Джот.

– Ну, ладно, – добавила Титтл. – Чего ты хочешь?

– Я хочу освободить из Пекла мою жену, – сказал Хамфри. – Женщину, которую я люблю. Она находится здесь незаконно и должна быть освобождена.

– У тебя есть жена и вне Пекла, – заметил Джот.

– И ты не можешь иметь двух жен сразу, – напомнила Титтл.

– Я еще сделаю свой выбор, – сказал Хамфри. – Принц Дольф выбирал из двух невест одну, я могу сделать то же самое. Но для этого ты должен вернуть мне жену.

– Я рассмотрю твое прошение, – заявил Джот.

– Но хода ему не дам, – закончила Титтл.

– Не имеешь права, – сказал Хамфри. – Ты обязан честно и беспристрастно решить мое дело.

– А почему это я обязан? – спросил Джот.

– Да, вот именно! – поддержала Титтл.

– Ты сам установил правила игры, – сказал Хамфри, – и обязан их соблюдать.

– Много я чего наустанавливал, – вздохнул Джот.

– Да уж, – добавила Титтл.

– Не забывай, что я – Волшебник Информации. Я имел сношения с демонами, и знаю их натуру.

– Ты не смеешь так говорить при детях! – крикнул Джот.

– Ты разглашаешь Тайны Взрослой Жизни! – добавила Титтл.

Лакуна молчала и с удовольствием вслушивалась в разговор. Она знала, что вопрос весьма серьезен, но маленькие дети были страстью Лакуны, даже если они были не теми, за кого себя выдают.

– Нет здесь никаких детей, – напомнил Хамфри детям. – Одни копии. Кроме того, та демонесса была моей законной женой.

Близнецы задумались.

– Я предлагаю сделку, – сказал Джот.

– Да, честную сделку, – сказала Титтл.

– Но если она будет нечестной, то я ее не заключу, – сурово сказал Хамфри.

– Я задам тебе Вопрос, – сказал Джот.

– На который ты не ответишь, – добавила Титтл.

– Значит, это нечестный Вопрос, раз я не смогу ответить.

– Если ты ответишь правильно – ты победил, – сказал Джот.

– А если нет – то ты проиграл, – сказала Титтл.

– Но это должен быть честный Вопрос, – настаивал Хамфри.

– Это легкий Вопрос, – сказал Джот.

– Кто угодно ответит, – согласилась Титтл.

Лакуна знала, что все обстоит в точности наоборот, о чем Хамфри предупредил ее еще в самом начале. Как же он теперь будет выкручиваться?

– Позволь это решать мне самому, – сказал Хамфри. – Скажи, что это будет за Вопрос, а я решу, стоит ли на него отвечать.

– Вопрос будет такой, – начал Джот.

– Какого цвета трусики у русалки Мелы? – закончила Титтл.

– Возражаю, – сказал Хамфри. – Она вообще не носит трусиков. Это Вопрос без Ответа, а стало быть – нечестный.

– Но она их будет носить, – заспорил Джот.

– Когда ей придется пройтись пешком, – пояснила Титтл.

– С чего бы это ей ходить пешком? – спросил Хамфри. – Она предпочитает плавать.

– А она пойдет искать мужа, – сказал Джот.

– В следующем томе Истории Ксанта, – добавила Титтл.

Хамфри кивнул.

– И ты спрашиваешь меня, какого цвета она наденет трусики, когда выйдет на сушу?

– Да, – сказал Джот.

– Именно тогда, – согласилась Титтл.

– И от правильности моего Ответа зависит судьба Розы?

– Точно.

– Верно.

Лакуна знала, что Хамфри знал, что Демон знал, что может проследить за тем, какого именно цвета трусики наденет Мела. На что же рассчитывает Добрый Волшебник?