Беглец - Олег Бубела

Идиот! Когда я перекинул ногу, сев на лошади боком, а затем спрыгнул, моя затекшая задница дала о себе знать. Ноги отказались принимать на себя вес тела и я, ничуть не замедлившись, хряпнулся на землю, растянувшись на ней, родимой.

– Алекс! – крикнула встревоженная Алона и подбежала ко мне.

А я лишь стонал и потирал задницу, к которой в кои-то веки вернулась чувствительность. Лучше бы и не возвращалась! Ощущения были просто сказочными. Алона вертелась надо мной, спрашивая, как я себя чувствую... А то не видно было! Короче, немного отлежавшись, я послал принцессу доставать еду из сумки, а сам попытался принять хотя бы сидячее положение. Моя пятая точка возмутилась таким беспределом, и я покорно решил, что буду завтракать лежа.

Достав из сумки мешок с продуктами, Алона положила его рядом со мной, смотря виноватыми глазами.

– Чего стоишь? Развязывай, бери то, что понравится, – поторопил я ее.

– Прости меня, Алекс, – глядя в сторону, сказала гномка. – Я знала, что по первому разу тебе будет больно, но не думала, что ты сумеешь продержаться на лошади так долго. Нам нужно было сделать привал пораньше... Прости, пожалуйста...

Я смерил ее осуждающим взглядом, но так как Алона смотрела в сторону, то мой взгляд не принес ожидаемого эффекта. Вздохнув, я растянулся на земле.

– Алекс...

– Да ладно, проехали.

Принцесса поглядела на меня.

– В конце концов, ты же не виновата, что меня не учили ездить на лошади.

– Так ты меня простишь? – повеселела принцесса.

– Уже простил, – я увидел, как принцесса улыбнулась, и поспешил добавить: – Только никому не рассказывай, как я навернулся с лошади, ладно?

Улыбка немного привяла, но принцесса все же кивнула.

– Ну, вот и ладно. Давай теперь подкрепимся.

Мы развязали мешок, достав из него хлеб, мясо, сыр, овощи, и устроили превосходный завтрак на траве.

Интересно, а можно ли ускорить процесс заживления, как тогда со стрелой? Эта мысль вдруг пришла мне в голову, да там и осталась. Я повертел ее так и эдак и пришел к выводу, что все может получиться, принцип ведь тот же самый. Алона заметила, что я перестал жевать и спросила:

– Что случилось?

– Сейчас лечиться буду, так что полежу немного без движения. Пни меня, если не буду приходить в себя слишком долго, хорошо?

Я перевернулся на спину и расслабился, сразу погрузившись во все сложности внутреннего зрения. Первым делом я осмотрел отбитый копчик. Он выглядел, как опять же переплетение множества мелких нитей, наполненных ярким светом. Только сейчас в этих переплетениях были какие-то мелкие песчинки, царапавшие их, разрывавшие изнутри. Понаблюдав немного, я заметил, что свет энергии на этот раз не сращивает нити, а разрыхляет, разжижает и убирает песчинки. Решив помочь организму, я щедро полил энергией самые яркие участки, занесенные песком, мысленно стараясь расщепить, растворить весь песок в этом свете. Поначалу ничего не происходило, но затем песок стал истаивать, растворяясь, как сахар в горячем чае. Обрадовавшись, я исследовал все места и таким же способом избавился от всего, что мешало мне чувствовать себя нормально.

Покончив с этим этапом, я глянул на общую картину и увидел, что ноги также охвачены сиянием. Увеличив изображение, я понял, что там почти такие же повреждения нитей, какие были сегодня ночью, но, разумеется, в меньшем масштабе. Ну, это мы уже проходили! Добавив немного энергии в темные обрывки нитей, я заставил их интенсивнее сплетаться со светлыми и заживлять кожный покров. После непродолжительной работы я вновь оглядел свое тело магическим зрением, других повреждений не обнаружил и вернулся в сознание, чувствуя приятное освобождение от боли.

И тут кто-то с размаху врезал мне сапогом в бок.

– Мля-я-я... – выдохнул я и скорчился от боли, незаметно вытаскивая из ножен кинжал.

– Алекс, ты живой? – донесся до меня голос Алоны.

Я быстро огляделся, но, кроме нее, рядом с собой никого не обнаружил, а поэтому вложил клинок обратно в ножны и сказал, держась за бок:

– Живой пока. Но это ненадолго, судя по твоим стараниям.

– Но ты же просил пнуть тебя, если будешь долго лежать без движения. Вот я и... – гномка явно была смущена, видимо, поняла, что перестаралась.

– Когда я говорил «пнуть», то думал, что ты толкнешь меня, потрясешь за плечи, но никак не предполагал, что будешь избивать ногами!

Походив и поприседав немного, я убедился, что ничего не болит (кроме печени, по которой пришелся удар). Плеснув в нее немножко энергии и даже не глядя магическим зрением, я собрал оставшиеся продукты, съел еще пару кусков зажаренного мяса, чувствуя легкий голод после магических экспериментов, и положил все остальное в сумку к Алоне. После этого мы залезли на лошадей и вернулись на дорогу. Но тут внезапно я почувствовал зуд в правом боку. Это что, снова печень расшалилась? Я быстро проверил магическим зрением свой организм, но с ним было все в полном порядке. Однако я заметил, что нечто в моей одежде испускает странные силовые волны, раздражая меня. Недоумевая, что же это может быть, я остановил лошадь и достал из жилетки кошелек. Зуд немного ослаб.

Амулет! Разговорный амулет гнома сработал и посылал мне сигналы, чтобы я ответил. Я стал лихорадочно рыться в кошельке. Алона подъехала поближе и с интересом уставилась на меня.

– Как пользоваться разговорными амулетами? – спросил я. – Быстро говори, пока сигнал не пропал!

– Их просто нужно сжать в руке и говорить, – просветила меня гномка, удивленно смотря, как я вытаскиваю из кошелька слабо вибрирующий медальон.

Прямо мобильник, подумал я, беззвучный режим. И сжал его в кулаке.

– Хартын, ты заставляешь меня ждать! – раздался недовольный скрипучий голос, обращавшийся ко мне на гномьем языке. – Ты уже давно должен был отчитаться мне о том, что сделал! Говори, все получилось?

– Да, принцесса у меня, – сказал я в ответ, постаравшись сделать свой голос похожим на тенорок гнома. Да, того самого, Рыжебородого.

– Хорошо! Я весьма тобой доволен и скоро воистину по-королевски награжу! – в медальоне захохотали. – Теперь езжай с ней в Липан с надежной охраной, там вас через два дня встретят мои люди.

– Слушаюсь, – ответил я Каштарху. В том, что это был он, я не сомневался. – Где вы сейчас, мой господин? – спросил я в надежде, что прокатит.

– Что? Хартын?.. Нет, ты не Хартын.

Не прокатило, подумал я.

– Кто ты? – донесся голос из медальона.

– Не твое собачье дело! – грубо ответил я. – Запомни, погань, принцесса находится под моей защитой. Попробуешь сунуться к ней, крупно пожалеешь, а потом умрешь! Или просто умрешь, не успев пожалеть, это уже как получится. Понял меня, Каштарх?

Из медальона долго ничего не доносилось, но потом скрипучий голос выдавил: